Кукловод
Шрифт:
– Право? Так, где же он?
– Иван не любит терять время на разговоры, – ответил за всех Урусов. – Он более живет в своем воображении.
Теперь мне многое стало ясно. Выходило, что Иван не зацикленный на своих комплексах одиночка, а член какой-то организации, ставящей перед собой глобальные планы мирового господства. Единственное, в чем я очень сомневался, что именно ему предстояло быть властелином мира. Оба его взрослых приятеля никак не походили на людей, которые станут работать на чужого дядю.
– И уже есть возможность осуществить ваш план? – неожиданно для меня спросил контрастную
Ему никто не успел ответить. В буфетную вошел лакей и передал приглашение хозяйки всем перейти в гостиную. Марья Ивановна избавившись от изнуряющих болей, была весела, доброжелательна и хотела всех видеть счастливыми. Тотчас она пристала к Петрову, чтобы она спел.
– Денис Константинович, дорогой, Анна Сергеевна еще не слышала вашего пения и мечтает…
– Да, Денис Константинович, пожалуйста, – вмешалась в разговор и моя княгиня, – Марья Ивановна столько рассказывала о вашем дивном голосе…
Судя по впечатляющей комплекции и лицу, у Петрова должен был быть высокий тенор. Тем более, на его полных щеках я не заметил никаких следов растительности, что могло говорить о его условной мужской сущности.
Толстяк, томно закатил глаза и слегка поломавшись, согласился спеть. Его худой приятель сел за рояль, открыл крышку и пробежал длинными, сухими пальцами по клавишам. Судя по первым аккордам, играть он умел.
Концертмейстер тихо переговорил с певцом и заиграл вступление. Что это была за мелодия, я не знал. Похоже, какая-то итальянская ария. Денис Константинович закатил глаза и запел. Голос у него был совершенно необыкновенный. Думаю, по вокалу он не многим уступал самому Лучано Паваротти. В небольшом зале слышать такой высокий, чистый, красивый тенор было просто волшебно.
Петров пропел первые куплет, перешел к припеву и начал поднимать высокую ноту. Это было потрясающе, ничего подобного в «живую» я еще никогда не слышал. А он все поднимался и поднимался и, вот, когда дивный голос достиг неимоверной высоты, я его узнал и едва сдержался чтобы не закричать. Это был Магистр тайного ордена, поклоняющегося козлу и занимающимся человеческими жертвоприношениями. Я когда его впервые встретил, прозвал про себя «Вием».
Когда-то в самом начале своего бесконечного путешествия я попал к этим уродам в руки, и они пытались использовать меня в качестве жертвенного барана в своих кровавых игрищах. По неимоверному везению, мне удалось избежать гибели и даже спасти беглого солдата Ивана, нынешнего моего товарища, ждавшего своей очереди повисеть вверх ногами над кровавой жертвенной чашей. Тогда же я сумел похитить у них реликтовую саблю, и бежал, погасив в зале все факелы. Во время побега, в кромешной темноте я ранил магистра, чьим необыкновенным тенором теперь вынужден был наслаждаться.
Не знаю, что, обстоятельства или судьба опять столкнули меня с этим человеком. Столкнули, чтобы дать разобраться с ними раз и навсегда. Слишком много эти ребята попили моей крови, много раз пытаясь убить и гоняли по всей стране, чтобы я теперь упустил шанс с ним поквитаться.
– Это божественно! – простонали женщины, когда последние отзвуки божественного голоса отзвучали в теплых стенах большой гостиной.
Надо же, такой мерзкой твари достался такой талант, подумал я.
– Что
– Вызову на дуэль и пристрелю, – пробурчал я сквозь зубы, и только после этого понял, что ответил ему вслух. – Вам, собственно, какое до этого дело?
– Не советую, – усмехнулся старик, никак не реагируя на мою грубость. – Он все равно никогда не согласится с вами стреляться, а вы себя выдадите.
– Послушайте, вы кто такой? – спросил я. – Что вы вмешиваетесь в мои дела?!
– Простите, я не хотел вас обидеть, – миролюбиво ответил старик, – но мне бы очень не хотелось, чтобы вы совершили непоправимую ошибку.
– Какая к чертям ошибка, вы знаете кто этот человек?
– Знаю, ваш смертельный враг, как, собственно, и мой.
– И ваш тоже? – глупо переспросил я. – Тогда, что вы здесь делаете?
– Слежу за ним и его помощником, – ответил он.
Я с сомнением посмотрел на старика, был он таким слабым и ветхим, что не только за кем-то следить, но, казалось, ходить мог с трудом.
– Простите, нас не познакомили, я даже не знаю вашего имени.
– О, это легко исправить, – улыбнулся он, – называйте меня, как и прежде «Инопланетянином».
Честно скажу, я даже не очень удивился. Мне кажется, уже был внутренне готов к чему-нибудь подобному. Потому сразу же взял быка за рога:
– Вот и прекрасно, что мы, наконец, встретились, у меня к вам давно накопилось много вопросов!
– Тише, пожалуйста, Алексей Григорьевич, тише. Не мешайте дамам слушать божественный голос господина Петрова.
Я пришел в себя и осмотрелся по сторонам. Обе княгини чуть не на коленях стояли перед толстой сволочью и в один голос молили, воздевая руки:
– Еще, умоляем, еще!
Магистр им снисходительно улыбался, довольный произведенным эффектом.
– Выйдем, – предложил старик, – если спросят, скажем, что вы меня взялись лечить.
Мы встали и незамеченными покинули общество. Я был, мало сказать, зол, я кипел от ярости. Однако Инопланетянин не дал мне ее на себя обрушить, он заговорил первым:
– Я знаю, что вы хотите сказать. Поверьте, никаких дурных умыслов у меня против вас никогда не было…
– Само собой, вы меня постоянно подставляли и бросали. Я своей шкурой расплачивался, обделывая ваши грязные делишки, а вы даже не выполнили своего единственного обещания, не дали мне встретиться с женой!
– Наверное, вы по-своему, правы, – тем же ровным, лишенным эмоций голосом, ответил он. – Только почему вы считаете, что вы обделывали «грязные делишки», а не делали вместе с нами общее дело?
– Потому, что мне не нужны кукловоды, которые дергают за ниточки. Чем вы лучше Магистра и его компании? У них свои планы мирового господства, у вас свои.
– Вы не правы, – начал он, но я его перебил.
– Само собой, они силы зла, вы силы добра, они черные, вы белые! Пацаны с нашего двора всегда правы! Как я могу судить кто вы, если вообще ничего о вас не знаю. Меня гоняют из века в век, и я только и успеваю защищать свою жизнь. Вы же мне предлагаете лелеять мысль, что есть на земле мои союзники, хорошие парни, которым я помогаю побеждать плохих! Да кто вы собственно такие?