Кукловод
Шрифт:
Чтобы хоть чем-то себя занять я избавилась от костюма для езды и решила выбрать в гардеробе платье. Потянувшись было за голубым, я на секунду замерла и, пересилив себя, передвинула насколько вешалок и взяла черное платье. Я знала, что лорд Берт заявил бы мне, что оно чересчур простое для королевы, но королевой становиться я совершенно не хотела. Сергун пропал, и как бы не завершились роды Изольды, вскоре будет объявлен траур. Как раз тогда, когда я пыталась самостоятельно справиться с корсетом, в мою спальню неуверенно вошла служанка, предварительно постучав.
– Миледи, –
Подняв голову, я увидела у нее за спиной пожилую женщину, которая в отличие от своей дочери не отводила от меня глаз.
– Заходите, – кивнула я. Девушка развернулась, готовая уйти, но я ее остановила. – Ты тоже останься, помоги мне одеться.
Девушка неуверенно подошла ко мне, не зная, что делать. Я вспомнила, что она кухарка и наверняка никогда не имела дела с подобной одеждой.
– У меня болит рука, помоги застегнуть крючки.
Девушка неумело стала управляться с одеждой. Получалось у нее не важно, но освоилась она достаточно быстро и все-таки смогла помочь надеть платье. Я посмотрела на ее мать, которая застыла рядом и с интересом изучала меня. В отличие от своей дочери, она меня не стеснялась и не боялась, наоборот, изучала с любопытством, но первой заговаривать не решалась.
– Я упала с лошади и повредила руку, вроде бы это растяжение.
– Сядьте, – наконец-то заговорила знахарка, на удивление властным и уверенным голосом и кивнула в сторону моей кровати. Я не обратила внимания на ее грубость, поскольку сейчас меня волновали вещи куда более ужасные, чем отсутствие почтительных поклонов или причитаний от этой женщины. Я села на кровать, и она подошла ко мне, тут же закатав рукав моего платья и осмотрев запястье. Я ойкнула, когда она начала его сжимать и щупать. Ее дочь неуверенно посмотрела на меня, не зная, стоит ли ей остаться.
– Можешь идти, – отпустила я девушку, которая явно чувствовала себя не в своей тарелке.
– Руку вы не сломали, ваше величество, – наконец вынесла вердикт знахарка, переставая мять мое несчастное запястье, – это действительно только растяжение.
Она потянулась к корзине, с которой пришла и извлекла на свет баночку. Внутри оказалась мазь желтого цвета. Зачерпнув немалую часть, женщина стала втирать ее в кожу.
– Я оставлю вам эту мазь, ее нужно накладывать днем и вечером, старайтесь как можно меньше напрягать руку, желательно не ездить пока верхом. Опухоль окончательно спадет через три дня, но втирайте мазь не меньше пяти дней, для лучшего заживления. Стоит перебинтовать руку.
Она перетянула запястье, в то время как я пыталась вспомнить, куда Дина задевала темные перчатки. Меньше всего мне хотелось, чтобы Гален или Фрейя увидели мою перебинтованную руку.
– Спасибо, – поблагодарила я знахарку, когда та закончила.
– Поправляйтесь, ваше величество, – женщина поднялась, оставив баночку на моей кровати, и подхватила свою корзинку.
– Постойте, – остановила я ее, когда женщина шагнула к двери и, поднявшись, быстро подошла к комоду, отыскивая кошелек. Увидев в моих руках деньги, она закачала головой.
– Не стоит, миледи, лорд
– То был лорд Берт, – возразила я, все еще намереваясь поблагодарить женщину, – и я бы не хотела, чтобы кто-то знал, что вам пришлось мне помочь.
– За это лорд Берт тоже заплатил, – спокойно заверила меня женщина, твердо намеренная не брать у меня плату. – Не стоит миледи, поправляйтесь.
Увидев в ее глазах твердость, я кивнула и женщина, неумело поклонившись мне, покинула комнату. Посмотрев на закрывшуюся за ней дверь, я поняла, что за последние полчаса проделала путь от пренебрежения с ее стороны до уважения, но совершенно не представляла каким образом.
Прошло еще полчаса, прежде чем я решилась покинуть свои покои. Вполне возможно, что меня просто не хотели тревожить новостями. Я смогла обрести спокойствие, но подозреваю, что виной тому могла быть обезболивающая настойка, которую вместе с мазью оставила мне знахарка. Бинты были надежно спрятаны под темными перчатками, которые я все же отыскала в гардеробе. Дойдя до лестницы, я удивилась, застав там Вистана. При виде меня, гвардеец поклонился, а в глазах его виднелось беспокойство.
– Вы хорошо себя чувствуете, ваше величество?
– Да, – я оглянулась вокруг, но больше рядом никого не было.
– Я попросил этот пост, чтобы оставаться ближе к вашим покоям, – негромко сказал гвардеец.
– Спасибо, и это не твоя вина, что на нас напали.
Я видела, как расслабились его плечи после моих слов. Он в действительности не был виноват, ведь это я захотела убежать от охраны. За что и поплатилась.
– Ты знаешь, где королева Фрейя и принц?
– Королева отдала распоряжения и отдыхает, а принц внизу, в библиотеке.
Кивнув ему, я продолжила свой путь, то, что Гален сейчас был один, меня устраивало. Видеть Фрейю совершенно не хотелось. Как и сказал гвардеец, Гален был в гостиной, у входа в которую стояли два гвардейца. Парень сидел на диване с бокалом в руках. Пыльную с дороги одежду он сменил на чистый костюм, его волосы все еще были влажные после ванной.
– Почему не спишь?
В его голосе слышалась усталость.
– А ты почему не отдыхаешь? – я пересекла комнату и присела на диван рядом с ним. Бокал в его руках гипнотизировал мое внимания и, протянув руку, я забрала его, допивая оставшееся вино. Брови Галена взметнулись вверх.
– Это мое вино, – без тени возмущения констатировал он.
Я вернула ему в руку пустой бокал.
– Я оказала тебе услугу, вряд ли тебе сейчас стоит напиваться.
– Я не пьян, – возразил мне Гален абсолютно трезвым голосом, – и это был первый. Но ты права, много пить нельзя.
Он поставил пустой бокал на столик и подался назад, откинув голову на спинку дивана.
– Есть какие-нибудь новости? – спросила я у него, тоже откидываясь назад. Повернувшись в мою сторону, он посмотрел на меня и покачал головой. Видя его измученный вид, мне захотелось хоть как-то поддержать мужа. Поддавшись порыву, я взяла его за руку. Парень не стал возмущаться, наоборот, сжал мои пальцы в ответ и оставил наши руки сцепленными вместе.