Кукловод

Готина Ольга

– Что ж, – Фрейя скомкала бумагу в руках, – теперь ясно, почему ты так самоуверенна. Что Арен еще сделал для тебя?

Я не сразу поняла, о ком говорит женщина, запоздало вспомнив, что именно так зовут лорда Берта.

– Он ничего для меня не делал.

– Не держи меня за дурочку, – Фрейя стала огибать кресло, приближаясь ко мне, я подавила в себе желание попятиться назад, – «чтобы ты не расстраивалась», с чего бы он был так внимателен? И так фамильярен! Ты с ним спишь?

– Нет.

Несмотря на честность, женщина мне не поверила. В записке не было ничего особенного, так почему же я оправдывалась, а Фрейя

нападала?

– Глупая девчонка, думаешь, что можешь управлять таким мужчиной, как он?

Я поняла, что Фрейя больше не собирается быть со мной милой и окончательно сняла свою маску. Представив, как она покажет эту записку Галену, я запаниковала. Что может сделать парень? Однажды я уже видела его, поддавшегося чувствам собственника. Но взглянув на Фрейю, которой завладела ревность, я поняла, что она этого не сделает, ведь тогда пострадает и Берт, а он пока еще был ей необходим.

– Им никто не способен управлять, даже вы.

– Откуда тебе это знать? – зашипела женщина. – Это для меня он выбрал тебя, тихую и серую мышку. Он позаботился о том, чтобы мой сын сделал тебя женщиной и его законной женой. Я знаю, что Гален выбросил тебя из своей спальни в первую брачную ночь. И все это он сделал для меня.

Я замерла, ожидая продолжения, поскольку все перечисленное и так было мне известно, но его не последовало. Неужели это все? Все, что он сделал? Но если это так, то получается все это время с момента как лорд Берт нашел меня в городе сбежавшей из замка в одежде служанки он действительно не сказал Фрейе ни слова. Так неужели он действительно делал все это ради меня, а не своей любовницы? Она даже не знает о гвардейце и угрозах Ивет?

– Это все?

Мое спокойствие на фоне эмоционального всплеска Фрейи действительно выглядело самоуверенно.

– Все? – негодование в ее голосе усилилось. По ее мнению, и этого было достаточно, чтобы стереть мое самомнение в порошок, однако она не сообщила мне ничего нового, а лорду Берту я не доверяла безоговорочно и прежде. Если я хочу узнать больше, необходимо разозлить Фрейю сильней.

– Он сделал для вас только это? Всего лишь? – я наблюдала за ее реакцией. Мне требовалось еще немного, хотя бы один факт, о котором знала я, но не должна была знать Фрейя, чтобы получить доказательство того, что лорд Берт и не переставал действовать в ее интересах. Но для этого нужно было надавить сильнее. Либо женщина успела взять себя в руки, либо ей действительно нечего было сказать, но мне необходимо было знать наверняка. И я решилась.

– Для меня он сделал гораздо больше.

Рука Фрейи, в которой она еще сжимала скомканную записку, задрожала. Я сделала все, что могла, но ей больше нечего было мне сказать, чтобы уязвить в ответ. В какой – то момент показалась, что женщина готова ударить меня.

– Правильно принимай решения, дорогая, – Фрейя пыталась вернуть свой дружелюбный тон, но в нем все равно слышалась угроза, – я не спущу тебе с рук, если ты намерена перейти мне дорогу. Пока еще можно заменить тебя другой покладистой девочкой, которая понравится моему сыну.

Лишь когда Фрейя обошла меня и покинула комнату, я перевела дыхание и расслабилась. Посмотрев на свои руки, я поняла, что они тоже дрожат, но отнюдь не от гнева. Я подошла к столику, где стоял графин. Выпивка, которая осталась еще с тех времен, когда Гален проводил здесь ночи, была как нельзя кстати.

Выпив

немного вина, я поставила бокал на место и вернулась в спальню, где, притихнув, готовила для меня платье служанка. Записку Берта Фрейя так и не вернула, вероятно, советнику предстоит неприятный разговор, и если раньше он мне не врал, не известно к какому знаменателю он придет после этой встречи. Теперь уже раззадорить Фрейю не казалось хорошей идеей. Ответов это мне не принесло, лишь больше вопросов. Поверить в то, что лорд Берт действительно многое не договаривал королеве, все еще было сложно.

Служанка помогла мне одеться и сделала прическу. Бинта на моем запястье уже не было, видимо лорд Берт снял с меня не только платье. Я смазала руку оставленной мне мазью и не стала накладывать новую повязку. Боль вновь стала терпимой, а опухоль начала спадать. Все это время я не прекращала думать о последних событиях. Мне хотелось получить больше информации, но я совершенно не знала, как к этому подступиться. Обращаться к лорду Берту я не собиралась, Фрейю можно было даже не рассматривать. Оставался мой муж, на голову которого свалилось целое королевство на грани войны. Стоило хотя бы попытаться.

Покинув свои покои, я посмотрела на застывшего у дверей гвардейца. Его лицо мне было незнакомо. Мысленно я добавила еще один пункт дел на сегодня. Позаботиться о своей охране. К своему стыду я совершенно не представляла, куда мне идти, поскольку никогда не посещал ту часть дворца, где Сергун занимался делами.

– Проводите меня к прин… к королю.

Гвардеец, молча поклонившись, уверенно двинулся вперед, показывая мне дорогу. Мы перешли в другую часть дворца, и я старалась запомнить дорогу, чтобы при необходимости проделать этот путь самостоятельно. Навстречу нам попалось несколько мужчин, которые при виде меня перестали перешептываться и поклонилась.

– Ваше величество.

Я смутно помнила лица обоих, но не могла сказать о них ничего. Мы приблизились к двери, где находилось трое гвардейцев. При виде меня они переглянулись.

– Пропустите королеву, – невозмутимо велел провожатый.

– Король просил королеву не тревожить его, – неуверенно сказал один из них, посмотрев на своих товарищей.

– Вероятно, речь шла о его матери, – я выступила вперед, и никто из них не осмелился меня остановить, когда я открыла дверь.

Все присутствующие в комнате замолкли, как только я вошла внутрь. Ближе всех к двери оказался лорд Берт, его взгляд скользнул по мне безразлично, и он повернул свою голову в сторону Галена. Мне не потребовалось нарушать эту неловкую тишину.

– Сделаем перерыв, выйдите, – велел Гален, и все стали выбираться из – за стола, за которым сидели.

– И ты тоже, – Гален обернулся и посмотрел на неподвижно застывшего за его спиной гвардейца.

Когда все покинули комнату, и дверь закрылась, Гален устало откинулся на кресле и прикрыл глаза.

– И как мой брат заседал целыми днями в этой душной комнате? Мне уже хочется послать всех к черту.

Я обогнула стол, приближаясь к нему и попутно оглядывая разложенные карты.

– Я отправил письмо твоему брату и сообщил что ты в порядке, – Гален открыл глаза, вновь обретая сосредоточенность. Вероятно, как и я, он всячески старался держать себя в руках и не проявлять даже малейшей слабости при посторонних. Но сейчас мы были одни.