Куколка
Шрифт:
Шутки пониженной гравитации.
— Ага, — кивнул Лючано. — Ясное дело.
С вопросами он твердо решил повременить.
— Без точных координат, — вмешалась Юлия, — даже обычный радиосигнал не достигнет цели. Систему навигации можно починить?
— Можно, — буркнул гитарист. — Только долго. Засечки по звездам, поправки, новая калибровка… Трое суток, как с куста.
— Не ворчи, Заль, — осадил его Бижан. — Нет у нас трех суток. Жизнеобеспечение вот-вот накроется. Утечка энергии. Регенерация воздуха, обогрев — даю сутки. От силы — двое.
— А
— Вехдены разные бывают. Самые горячие с реактором работали, мир их праху…
— Не в том дело! — перебил барабанщик. — Мы отрезаны от аккумуляторов. Энергетический отсек вне доступа.
— За сутки-двое мы не доберемся до Террафимы?
— На метле?
— На маневровых!
— Нет. Мы шли семь часов со средней скоростью 0,51 света. На маневровых мы даже скорость до конца не погасим. Были бы координаты — дали бы по радио сигнал «Терпим бедствие!» До Террафимы — три с половиной часа на свете. До Тамира — меньше. Спасатели бы успели…
«Что за Тамир? Еще одна планета в системе?»
— В любом случае нам необходимы координаты. Есть идея, господа похитители!
Победная улыбка Юлии вселяла надежду.
— Ну?
— Вы схватили двух моих рабов. Детей-близнецов. Они на корабле?
— Да.
— Дети — гематры. Они в силах рассчитать поправки…
— Гив, детей сюда! Живо!
Барабанщик вскочил, забыв о пониженной гравитации, и вылетел из рубки в буквальном смысле слова. В коридоре послышался грохот и сдавленные ругательства на вехд-ар. Гив поминал «Змеиную мать», ее сладкое молочко и длинный список нечестивых мужей.
— С детьми аккуратнее! — крикнул вдогонку Лючано.
Заполняя вынужденную паузу, гитарист втиснулся в одну из активированных голосфер и начал рыться в «ядре».
— Аварийная частота работает, — доложил он. — Только сигнал надо давать направленный. Иначе мощности не хватит.
Вернулся барабанщик, ведя за руку бледную Джессику. Давида вехден нес, прижимая к груди второй рукой.
— Что с мальчиком?! — дернулся Лючано.
Он напоролся на ледяной взгляд Бижана, увидел, как ладонь трубача легла на кобуру — и остался на месте.
— Коленку ушиб. Поцелую, и пройдет!
— Джессика! — злую шутку барабанщика Лючано проигнорировал. — Ты-то в порядке?
— Я в порядке. У меня — шишка. Вот.
Девочка гордо продемонстрировала темно-синюю гулю на лбу.
Бижан махнул гитаристу:
— Заль, тащи «понож» от МОРСа. И аптечку прихвати. Твоего брата мы вылечим, — эта реплика адресовалась девочке. — В обмен на помощь. Надо выяснить наши точные координаты и заново откалибровать навигационную систему.
Джессика и Давид, которого барабанщик сгрузил в свободное кресло, как по команде поглядели на Тарталью. Шлем не помешал близнецам сразу узнать «дядю Лючано». Квазар в дюзу! Похитители должны считать детей рабами Юлии! А они…
Лючано едва заметно кивнул. Потом качнул головой в сторону помпилианки. Лишь бы вехдены ничего не заподозрили!
Близнецы повернулись к Юлии.
— Не обращайтесь к ним напрямую, капитан, — усмехнулась та. — Мои рабы не станут вас слушаться. Обращайтесь ко мне. А я отдам приказ им.
Тень сомнения легла на лицо трубача. Но вслух вехден ничего не сказал, решив не заострять вопрос. Смерть от удушья — скверная альтернатива удовлетворению любопытства.
— Вы слышали капитана. Выполняйте! — велела Юлия детям. — Можете говорить без дополнительного разрешения.
— Нужен архив координат, мнимая составляющая траектории на момент аварии, доступ к базам данных, технические параметры реактора, интегральный выход на внешние обзорники, модуль текущей скорости корабля, плотность излучений в этом секторе, галактический атлас… — бесцветным голосом начала перечислять Джессика.
— …схема корабля и его масса, — закончил Давид. — И сориентировать корабль так, чтобы продольная ось совпала с вектором движения.
Мальчик держался хорошо. Ему было больно, но он не хныкал и не жаловался. На замурзанных щеках виднелись две светлые дорожки. Уже высохшие. Бижан хмыкнул с уважительным одобрением. А барабанщик нырнул в голосферу, обеспечивая сбор данных.
— Готово, — отрапортовал он, вновь объявляясь в реальном мире. — Кроме ориентации «Нейрама». Это, капитан, ты уж сам…
— Приглядывай за ними.
Бижан занял место за пультом. «Нейрам» качнуло — компенсаторы инерции не работали. Звездная россыпь на обзорниках слегка повернулась. Трубач продолжил манипуляции, изменяя курс на крошечные доли градуса — и картинка на мониторах застыла.
— Есть ориентация. Работайте.
Джессика немедленно оказалась у пульта. Переключив режим эмитора, она уверенно отправила одну из рабочих голосфер брату. После чего забралась с ногами в кресло, притянула вторую сферу к себе и залезла внутрь почти целиком — живая иллюстрация к выражению «с головой уйти в работу».
Индикаторы на пульте взбодрились, замигав вдвое чаще.
В рубке объявился гитарист с «поножем» и аптечкой-диагностером. Давид, погрузившись в корабельный вирт, даже не вздрогнул, когда «йети» ножом разрезал ему штанину на пострадавшей ноге. Сканер аптечки присосался к распухшему колену.
— Перелома нет, — гитарист внимательно изучал мини-дисплей. — Ушиб мягких тканей, гематома и растяжение. Сейчас займемся.
Давид вздрогнул: кассетный инъектор впрыснул ему первый «коктейль» стимуляторов и регенерантов. Настала очередь «поножа». Аппарат загудел, меняя конфигурацию. Лючано зачарованно наблюдал, как металлопластовая конструкция втягивает лишние чешуйки, приноравливаясь к ноге мальчика. Минута — и «понож» зафиксировал пострадавшее колено, приступив к восстановительным процедурам.