Куколка
Шрифт:
Он активировал информ-блок, встроенный в столешницу. Некоторое время смотрел на изображение клиентки, меняя ракурсы. Горилла любовалась черной пантерой. Зная, что у пантер не случается расстройств психики.
А вот поди ж ты…
— Значит, Юлия Руф. Дочь Тита Макция Руфа, второго консула на Октуберане, позднее — императорского наместника на Квинтилисе. Закончила с отличием Бонийский университет, факультет социостратегии. Кандидатская, затем докторская степень. Куратор сети лабораторий… Впрочем, неважно. В данный момент — пациентка моей клиники. Бунгало № 6, четвертый сектор.
«Пальмовую
— В связи с вышеизложенным, любезный баас Гракх, я повторяю вопрос: что вы с ней сделали? Обладая усеченными сведениями, я не в силах поставить верный диагноз.
— Сперва я хочу узнать: что вы обнаружили при первом контакте?
«Не забывай, черномазый, — ясно звучало в контрвопросе Антония, — кто тебе платит! Станешь корчить из себя светило, найдем другого, более сговорчивого мозгочиста. За такие деньжищи академики бегом побегут…»
Профессор еще раз улыбнулся. Он знал: другого не найдут. Во-первых, на «черномазого мозгочиста» молятся такие клиенты, рядом с которыми дочь императорского наместника — рядовой случай. Шизофрения демократична, ей плевать на родословную. Во-вторых, «Пальмовая ветвь» славится не только высоким уровнем излечиваемости. Мы еще и помалкивать умеем.
И в-третьих…
«Не ты, помц, меня выбрал. Не тебе и отстранять».
— Я мало работал с представителями вашей расы, баас Гракх. Вы практически не страдаете расстройствами психики. Или умело их скрываете. Опять же, ваше «клеймо» затрудняет работу психиатра-вудуна. Лоа помпилианца, уж простите мне резкое сравнение, напоминает актинию. Чужому Лоа лучше не касаться щупальцев со стрекательными нитями. Они держат парализованную добычу, срослись с ней и чрезвычайно нервно реагируют на прикосновение. Так вот, у биби Руф я наблюдал неестественную картину…
Умение держать паузы — инструмент психиатра. Мваунгве владел им в совершенстве. Он подошел к окну, любуясь открывающимся пейзажем. Синее небо. Зеленый океан. Белые облака. Желтый песок. Никаких полутонов, как на детском рисунке. Он не зря выбрал для клиники юго-восточную часть побережья Йала-Маку, вдали от фешенебельных вилл.
Тут душа отдыхала.
— Щупальцы биби Руф, если вы позволите мне продолжить аналогию, лишены добычи. Все, до единого. Они тесно прижаты к эфирному телу Лоа. Местами они обвивают тело, затрудняя естественную пульсацию. На концах щупальцев вместо стрекалец образовались клешни, похожие на клешни скорпиона.
— Ядовитое жало не обнаружено?
В голосе Антония звучала ирония.
— Пока нет, — серьезно ответил профессор. Он нахмурился, втянул голову в могучие плечи. Казалось, сейчас Мваунгве ударит себя кулаками в грудь, вызывая врага на бой. — Но одно из щупальцев уже стало сегментарным. На конце его сформировались два мешочка (я полагаю, с ядовитым секретом) и прообраз будущей иглы. Очень длинной, узкой и кривой. Объясните мне, что произошло с биби Руф, если изменения Лоа зашли так далеко?
Антоний вздохнул. Пригладил волосы, блестевшие, как если бы он мыл голову маслом. Вне сомнений, у «представителя клиента»
Необходимость самостоятельных решений — жестокое испытание.
— Произошла трагедия, — помпилианец старался не смотреть на стол, над которым до сих пор вертелась голографическая Юлия в масштабе 1:4. Словно боялся, что хозяйка услышит и обидится. — Все рабы госпожи Руф погибли.
— Все?
— Да.
— Одновременно?
— Да.
— Трагическая случайность?
— Да.
— Допустим, я вам поверил, баас Гракх, — горилла любовалась океаном. Складчатый затылок выражал крайнюю степень эстетического удовольствия. — Допустим, я наивен и доверчив. Важен результат: биби Руф лишена рабов. Вы в курсе, что такое состояние для помпилианки смертельно опасно?
«Ирония за иронию, помц…»
— В курсе.
— И никто не озаботился тем, чтобы бедная биби Руф получила в свое распоряжение сотню новых рабов? Десяток? Хоть одного, наконец? Она избежала бы «Пальмовой ветви», а я лишился бы аванса, да и гонорара в целом…
— Госпоже Руф были предоставлены новые рабы в достаточном количестве. Но трагедия сказалась на структуре ее «клейма». Она лишилась возможности… э-э… — Антоний выразительно сделал ряд хватательных движений. — Надеюсь, вы меня поняли?
— Я вас понял.
Что понял Мваунгве, стоя к собеседнику спиной, осталось загадкой.
— Вы помните о соблюдении врачебной тайны?
— Вы меня обижаете, баас Гракх. Итак, Юлия Руф лишена не только прежних рабов, но и способности «клеймить» новых. Стресс, потрясение, реакция отторжения… Верю. Это могло особым образом сказаться на эфирном теле Лоа. Но биби Руф, когда вы доставили ее на Китту, вела себя… э-э…
Вудун до мельчайших подробностей скопировал интонацию Антония. Даже тембр голоса изменился. Завершая представление, он повернулся к гостю лицом и развел руками. Размах рук вудуна превышал его рост. Так можно заключить в объятия все скорби мира, и еще останется чуть-чуть свободного места.
Ходили слухи, что в юности Мваунгве сознательно лег под нож хирурга-корректировщика.
— Я хочу сказать: неадекватно. Что послужило причиной нервного срыва? Утрата рабов? Или нечто, о чем баас Гракх забыл сказать глупому дикарю Ноде?
— Вам нравится язвить в мой адрес? — спросил Антоний.
— Не стану скрывать: да. Это мой метод общения с представителями клиентов. Зато пациенты рядом со мной чувствуют себя в безопасности. Верите?
— Верю, — на сей раз помпилианец удачно скопировал профессора.
«А он не такой солдафон, каким кажется», — отметил Мваунгве.
И поправился:
«Вернее, каким хочет выглядеть».
— Баас Гракх, я — не просто специалист высокого класса. Я — доминантный самец. Вы — тоже доминантный самец, хотя и другого вида. Столкнувшись, мы формируем конфликтную ситуацию. Язвительность с обеих сторон дает выход напряжению и нейтрализует конфликт. Но когда речь идет о пациенте, человеке ущербном и слабом… Мой Лоа — Лоа доминантного самца. Защита в обмен на покорность. Не врач, но покровитель. Вы даже не представляете, как это помогает в лечении!