Купец
Шрифт:
А вот…
Не может быть! На пришвартованном возле маяка сторожевом катерке мелькнула человеческая фигура. Не все бухтовцы, оказывается, покинули корабли. И не похоже было, чтобы оставшийся на судне человек просто прятался там. Виктор увидел, как незнакомец юркнул в носовую башенку с пулеметом, закрытую тяжелыми деревянными щитами. И почти сразу же оттуда прогремела короткая очередь.
Пули подняли фонтанчики брызг вокруг плавника, кружившего неподалеку. Плавник тут же ушел под воду. А пару секунд спустя мощный удар снизу швырнул катер на
Корпус судна раскололся. Палубные надстройки снесло. Щиты пулеметной башенки — тоже. И пулеметчика с пулеметом.
Подстреленная тварь выбралась из воды. Ее спина под плавником кровоточила темной жижей, но, похоже, серьезного урона пули морскому гаду не нанесли.
Амфибия дотянулась до лежавшего без сознания человека, цапнула его зубами и вместе с добычей уползла обратно в воду. Пулемет с разбитой, явно самодельной деревянной коробкой для ленты остался лежать под частоколом мола. Лента — длинная, почти полная — железной змеей скрутилась возле пулемета.
Затаив дыхание, сибиряки проводили раненого мутанта взглядами. К счастью, он их не заметил. Этот — нет, но…
Грохот раздался совсем рядом. Африканская галера вдруг разломилась надвое. Крики рабов, так и не выбравшихся из трюма и не отцепившихся от весел, смешались с треском, скрежетом и плеском. Вздыбился и рассыпался на доски причал, за которым прятались Виктор, Костоправ и А-Ка. Накатившая на мол волна едва не утянула под воду всех троих. Но волна — это полбеды. Новая тварь вот-вот должна была выползти прямо на них.
И ордынские купцы, и их охранники, и рабы, которые успели освободиться от цепей и покинуть галеру, уже в панике бежали по молу к берегу.
— Нет, не туда! — Виктор остановил А-Ка и Костоправа, дернувшихся было вслед за ними.
На берегу теперь ловить нечего. В порту хозяйничают амфибии, а бухтовцы заперли крепостные ворота. Да и по длинной прямой полоске мола им вряд ли удастся убежать далеко.
В самом деле, из воды вынырнули и взгромоздились на мол сразу две массивные туши, отрезав спасающимся людям дорогу и вперед, и назад. Путь к крепости был закрыт. Но оставалось еще одно укрытие.
— Туда, — Виктор указал на маяк.
Сибиряки втроем бросились к каменной башенке.
Пробегая мимо обломков сторожевого судна, А-Ка подхватил сорванный с турели пулемет. Размотавшаяся лента потянулась за ним, норовя уцепиться за любой выступ.
— Брось! — крикнул Виктор.
— Нет! — на бегу ответил Стрелец. — Это ПК, я справлюсь!
Тащить пулемет с размотанным ленточным хвостом одному было неудобно. Виктор подхватил конец ленты и перебросил его через плечо.
Они все-таки добежали до маяка. Повезло…
Монстр, разбивший африканскую галеру, не вылезал из воды, пока не сожрал всех несчастных, которые оставались на судне, а покинувшие маяк дозорные бросили дверь открытой. Когда Виктор, А-Ка и Костоправ заперлись внутри и поднялись по винтовой лестнице наверх, морской гад еще плескался
Маяк представлял собой невысокую, но практически неприступную башенку. Над лестницей располагалось два этажа. На верхнем стоял на треноге большой закопченный котел, наполненный густой горючей смесью, пахнущей маслом и нефтью. Здесь же имелось место для костра, лежала сухая растопка, запас хвороста и дров, с полдесятка факелов, а на специальной полочке хранились кремень с кресалом и зажигалка. Под потолком висел сигнальный колокол. В стене зиял широкий проем, через который, наверное, даже издали хорошо был виден свет маяка.
На нижнем этаже была установлена довольно крупная бомбарда на тяжелой поворотной платформе. Из этого орудия, судя по всему, и совершили свой единственный выстрел сбежавшие служители маяка. Возле бомбарды лежали картузы с отмеренными пороховыми зарядами, пирамидка ядер и расфасованная в плетеные цилиндрики крупная картечь. Маяк явно использовался не только для облегчения судоходства, но и для обороны порта. Бомбарда могла стрелять из трех амбразур. Кроме того, по всей окружности маяка имелись еще четыре узкие бойницы.
Сибиряки заняли более пригодную для обороны нижнюю площадку.
А-Ка возился с пулеметом.
— Знаю я такие игрушки, — бормотал Стрелец, лязгая металлом. — Ничего сложного. По сути — тот же автомат, только большой, и питание — не из магазина, а ленточное.
Тем временем монстр, потопивший судно работорговцев, закончил трапезу. Видимо, тварь не насытилась. Амфибия выползла на мол. Извиваясь всем телом, загребая лапами-плавниками мелкую гальку и щепу от разбитых кораблей, она принялась рывками подтягивать свою тушу к маяку.
Значит, увидела укрывшуюся там добычу. Увидела или учуяла…
— А-Ка, твою налево! — поторопил Стрельца Костоправ. — Скоро ты там со своей пушкой разберешься? Нас жрать сейчас будут!
А-Ка уже разобрался. Стрелец приложил тяжелый ПК к бойничному проему, смотавшему на мол.
— Золотой, придержи ленту. Да не так! Чтобы ровно шла. Вот так, да.
В тесном пространстве маяка ПК рокотнул коротко, но солидно: у Виктора аж заложило уши.
Первая очередь выбила каменное крошево возле твари. Все-таки тяжелый пулемет — это не калаш, к которому привык А-Ка. Да и не бойничная прорезь — это не пулеметная турель.
Однако второй очереди для пристрелки не понадобилось. Вторая вошла в спину твари. Аккурат по центру. Пули продырявили верхний плавник, разворотили толстую чешую, пробили защитные наросты и, кажется, порвали кожистую складку, прикрывавшую дыхательное отверстие под плавником.
Тварь дернулась, изогнула хребет дутой, словно взбешенная кошка, но не остановилась. Амфибия по-прежнему ползла к маяку.
— В голову! В голову бей! — закричал Виктор.
Он вспомнил, что пулеметчик-бухтовец, стрелявший с катера по плавнику монстра, так и не смог завалить мутанта. Значит, надо искать другое уязвимое место.