Купец
Шрифт:
А они — кричали. И еще как!
— Йап-па йап-па йап-па йап-па! — неслось со всех сторон. Зеленокожие скоро должны были выйти на поляну. А добытчик даже не пытался бежать или прятаться.
— Дальноход? — еще раз недоумевающе позвал Виктор.
— Долбохрен, твою ж маму наперекосяк! — подхватил Костоправ. — Чего сопли жуешь?! Помоги, епть!
Лекарь еще не понял, что помощи от проводника им уже не дождаться. — Не боитесь, — оскалившись, Дальноход зачем-то извлек из ножен свой длинный клинок. — Мох-сосунок не такой уж
Сосунок? Забавное название. При других обстоятельствах Виктор, может быть, и улыбнулся бы. Но сейчас было как-то не до веселья.
— Чтобы убить человека, ему потребуется пара часов… — с глумливой улыбкой продолжал добытчик. — Как минимум.
Ага, успокоил типа. Зеленокожие-то появятся здесь раньше.
— И потом мох будет еще недельку-другую высасывать труп.
Что ж, очень познавательная лекция «Из жизни плотоядных сосунков». Но что, интересно, намерен делать дальше проводник, заманивший — теперь-то уж какие могут быть в этом сомнения? — их в ловушку.
Глава 25
Дальноход с обнаженным мечом подошел вплотную к мшистым зарослям, но сам влезать в колышущуюся темно-зеленую стену сосунка не стал. Добытчик взмахнул клинком…
«Рубить будет! — пронеслось в голове у Виктора. — Нас или…»
Удар. Еще.
Ш-ших! Ш-ших! Сверкающее, заточенное до бритвенной остроты лезвие легко рассекало тугую губчатую массу. Из срезов капал едкий сок. Тяжелые влажные клочья беззвучно падали на землю. Дальноход без труда прорубился к Виктору. Рубанул мечом над головой.
Все-таки вызволит? В душе ворохнулась надежда.
Моховый кокон оборвался. Виктор упал. Попытался распутаться и вскочить. Куда там! Сейчас он мог только вертеть головой. Отсеченные путы держали свою добычу все так же крепко.
— Не трепыхайся, — посоветовал Дальноход. — Это бесполезно. Уж если сосунок вцепился, то и мертвым будет держать добычу не хуже живого. Хотя сожрать — уже не сожрет. Так, помочит только соком слегка.
Он бесцеремонно вытащил Виктора, опутанного густой зеленой сетью, на поляну. Оставил лежать. Снова заработал мечом, вырубая из плотной стены сосунка других пленников.
Выволок матерящегося, но такого же беспомощного Костоправа, затем — стиснувшего зубы А-Ка. Обоих положил возле Виктора. Потом занялся быконями. Им Дальноход освобождал ноги, наскоро отсекал мох, опутывавший круп, голову и шею, после чего по прорубленному коридору выводил животных из ловушки. За быконями зелеными шлейфами тянулись влажные моховые хвосты.
Дикарское «йап-па!» не умолкало. Однако никто из человекообразных мутантов на открытое пространство пока не вышел.
«Может быть, зеленокожие пройдут мимо поляны», — подумал Виктор.
— Слышь, Дальноход! — процедил А-Ка, безуспешно пытаясь выбраться из сосунка. — Ты нас вообще-то освобождать собираешься или сам решил с дикарями разобраться?
— Не спеши, — отмахнулся добытчик. —
Освободят? Виктор внимательно наблюдал за проводником. Кто освободит?
Дальноход вышел в центр поляны и, сложив руки рупором, гаркнул во все горло:
— Йап-па!
— Ты чего творишь, сосунка тебе в зад по самые гланды! — дернулся в зеленых путах Костоправ.
— В чем дело, Дальноход? — спросил Виктор. — Ищешь вместе с нашей и своей смерти тоже?
Ладно бы добытчик их только погубить задумал по какой-то неведомой причине. Но самому-то зачем так подставляться? Это было непонятно.
Вместо ответа Дальноход заорал снова:
— Йап-па йап-па йап-па йап-па!!!
— Па-па-па-па!.. — эхом отозвался лес.
А потом…
— Йап-па йап-па йап-па йап-па!!! — это уже было не эхо.
На крик Дальнохода кто-то отзывался из-за ближайших камень-деревьев.
«Зачем? — продолжал недоумевать Виктор. — Зачем призывать неминуемую смерть? Или все же не неминуемую? Или не смерть вовсе?» В голове у него творился полный сумбур.
— Йап-па! — опять гаркнул добытчик.
И…
— Йап-па йап-па! — получил ответ.
На противоположной стороне поляны, где было поменьше опасного вислого мха, наметилось движение. А вскоре из зелени полезли…
— Ё-о-оперный урод! — в отчаянии прорычал Костоправ.
Зеленые полезли.
Ловко лавируя между камень-деревьями и осторожно огибая занавеси сосунка, на поляну выходили дикари-мутанты, вооруженные дубинками и заостренными палками-копьями. Мужчины и пара женщин. Самцы и самки. А за ними…
Не может быть!
Виктор увидел среди дикарей обычных людей, аккуратно пробиравшихся мимо плотоядных зарослей и ведших в поводу неказистых тощих быконей. Черные от въевшейся угольной пыли лица и такие же грязные руки незнакомцев не оставляли сомнений в том, откуда они пришли.
Полуразбойничий Шахтный город — вот откуда. Но что здесь забыли шахтные? И как возможно такое, чтобы обычные люди шли вместе с мутантами. Словно друзья-товарищи. Или…
Или, скорее, как подельники?
Шахтные помахали Дальноходу. Кто-то из зеленокожих тоже поднял руку. И это был не угрожающий жест, а знак приветствия.
— Что происходит, Дальноход? — потребовал объяснений Виктор.
И получил требуемое.
— Торговля, купец, — добытчик повернулся к нему. Улыбнулся неприятной глумливой улыбочкой. — Всего лишь торговля. Ну, или мена. Называй как хочешь.
— Какая еще, на хрен, торговля?! — возмутился Костоправ. — Какая, мать твою, мена?! Ты что несешь, Дальножоп?!
Точный и сильный удар ногой в голову заставил лежащего лекаря взреветь от боли.
Но уже в следующую секунду Костоправ разразился длинной тирадой, смысл которой сводился к обещанию свести добытчика и мох-сосунок в сеансе орального секса. Причем взаимного.