Курьер
Шрифт:
– Не сообщив никому о сегодняшней операции, лейтенант полностью предотвратил утечку информации. Это позволило проследить реакцию настоящих преступников на отмену казни. И только потом им подкинули новость о грядущем разоблачении. Ну и тебя, дурака, следовало уму-разуму научить. Имея таких врагов, воин всегда должен быть начеку, а не вестись на подставы. Понятно?!
– Так точно! Спасибо, господин сержант!
– Не за что. Тебе еще не раз представится возможность отдать богам душу.
– Но ведь не за подлое убийство, которого я
– Это верно. Ступай.
– Слушаюсь.
Ужин после продолжительной голодовки и нечеловеческих душевных мук показался райским. Ребята за столом старались шутить, но выглядели напряженными: работа палача надолго оставляет неприятный осадок в душе.
Не успели мы поесть, как в лагерь прибыло пополнение. Еще две сотни новобранцев, которых сразу после нас направили в столовую.
– Как дела? – подошел ко мне Лехан.
– Теперь почти нормально. Сегодня чуть богам душу не отдал. Прилюдно.
– Ну ты даешь, провалиться мне трижды в цехмерские топи! На пару дней оставить нельзя. Опять Череп?
– Ага.
– Чувствую, пора с ним кончать.
– Уже.
– Чего – «уже»?
– Незадолго до ужина его, Болта и еще одного гада казнили. Они прикончили Виталха, чтобы меня подставить.
– Из нашего взвода?
– Да.
– Жаль паренька. А при чем тут ты?
Вкратце рассказал ему последние новости.
– Шляпу мою брали, уроды?! – Лехана почему-то больше всего возмутило именно это обстоятельство.
– И плащ тоже. А уж как жест скопировали! Я сразу купился. Не знал же, что тебя за пополнением отправили.
– Был приказ – никому не сообщать о задании. Сам понимаешь, нарушать нельзя.
– Понимаю, – тяжело вздохнул я.
– Не грусти, главное, ты уцелел. Теперь будешь командиром первого отделения, – огорошил меня приятель.
– Ты это серьезно?!
– А ты в армии много шутников видел? – усмехнулся он. – В связи с прибытием пополнения меня назначают взводным, Прохану дают роту.
– Из новеньких?
– Не совсем. Каждое наше подразделение разделят пополам и дополнят вновь прибывшими.
– Опять из тюрем?
– Есть и такие, но не больше половины. В общем, слушай первый приказ: в отделении из старичков остается твой ряд, вместо меня возьми вторым Алерха, остальных подберем сразу после ужина. Пойдешь со мной.
– Слушаюсь, господин капрал, – улыбнулся я.
Через четверть часа состоялось боевое построение старожилов. Затем каждый второй ряд роты выдвинулся на десять шагов вперед. В образовавшихся неполных подразделениях назначили новых командиров, получилось четыре роты. Потом из столовой вывели новичков и поставили их перед нами в две шеренги. Обе половины нашего взвода, как наиболее отличившегося, получили право выбора первыми. Мы с Леханом и еще два бойца отправились на осмотр новобранцев.
Десятерых в наш взвод Ловкач отобрал сразу, еще троих – чуть погодя, когда мы совершали обратный ход. И тут я обратил внимание на бледного паренька,
«Какого демона?!»
– Эй, ты сюда в прятки пришел играть?! А ну два шага вперед!
Он сделал вид, что не слышит. Зря. Денек с утра у меня выдался не из легких, а тут…
– А ну сдай в сторону!
Мужик, прикрывавший стеснительного, выполнил приказ.
«Светлые боги! Вот так сюрприз! – Передо мной стоял тот самый чужак, по милости которого я оказался в здешнем аду. Это словно сдавленное с боков лицо и колючий взгляд я не забуду до конца жизни. – Не может быть! Или это его брат-близнец? Тогда какого лешего он прячется?»
– Лехан, человек способен вернуться с того света?
– Да кто ж его отпустит?
– Не знаю, но вон тот гад мне знаком. И я ему, видать, тоже.
– Ну и что?
– Так он вроде сдох.
– Ты о чем?
– Помнишь, рассказывал о типе, который испортил мне многообещающее свидание?
– И…
– Сказали, он концы отдал. И вдруг…
– Берем, – тут же кивнул Ловкач. – Потом с ним поговоришь.
Обреченно опустив голову, молодой человек присоединился к нашей группе новобранцев. Выбрав последнего бойца, двинулись к своему взводу. Нельзя было растягивать формирование полка до темноты.
– Ты только не убей его, когда разговаривать будешь, – усмехнулся Ловкач. – А то состав отделения будет неполным.
«Бледный», естественно, был определен под мою опеку. Мало того, я выделил ему лежанку, которую прежде занимал наш новый командир взвода.
– Как зовут?!
– Ромас.
– Следуй за мной!
– Зачем?
– Это приказ. Ты не подчиняешься приказу?
Парень побледнел еще больше, видимо, в пути им успели объяснить некоторые правила армейской жизни. Он выпрямился и пробормотал:
– Слушаюсь.
«Надо же, а это здорово – приказывать. Могу сейчас хоть землю кушать заставить, и пусть только попробует отказаться».
– А теперь объясни, каким таким чудом ты вдруг воскрес? – Допрос начал, когда мы оказались уже за казармой.
Место я специально выбрал безлюдное, дабы никто не помешал задушевной беседе.
– А я и не умирал. Это ваш староста…
– Ты на дядьку Артима свою подлость не спихивай.
– Ничего я не спихиваю. Ему нужно было сына от армии отмазать, а мне – отдать долг в двадцать серебряков. Вот он и предложил вместо долговой ямы…
– Он предложил? – Едва сдержался, чтобы не врезать Ромасу по морде. – Да как ты смеешь?!
– Думаешь, охота было час сидеть под деревом, а потом еще и на драку нарываться? – Почувствовав угрозу, парень отскочил на пару шагов.
И то правда. Какой смысл было возле леса кормить комаров и поджидать неизвестно кого? Да и староста очень уж вовремя появился. Будто знал, что мы именно там окажемся. И дернул же демон! Минутку, чего я на рогатых бочку качу? Не они меня увели из деревни.