Лабиринт Сумерек
Шрифт:
На столе квадратом светлела нарисованная карта.
Глава 17
ЛАБИРИНТ
…Рассвет гасил последние искры в серебряной золе. Туман, подбирая рваные рукава, уползал в ущелья. На камнях оставались крошечные капельки влаги, словно тонкая алмазная пыль, красивая, но совершенно бесполезная. Ни напиться, ни в бурдюк собрать – только взгляд Бога утренних Сумерек, многомудрого Хинкатапи, и радует.
Лан-Ар вздохнул. Наверное, им следовало идти дальше, но Нитар-Лисс все еще спала, что-то бормоча себе под нос.
От сидения затекла спина, но Лан-Ар продолжал упрямо сидеть, глядя на камень-«дерево». Уж лучше смотреть на вспотевший росой гранит, чем на гору изрубленных мохнатых тел. Покрывало Шейниры не тронуло их, погибших от меча; оно пило только живую влагу.
«Пора идти».
Ему снова начинало чудиться, что камни с интересом разглядывают их, двух чужаков. А «заяц» – тут ийлур быстро начертил в воздухе оберегающий знак Фэнтара – каменный заяц вроде бы даже шевельнул ухом.
– Убереги нас Пресветлый от видений Сумерек!
Лан-Ар склонился к спящей Нитар-Лисс: жрица выглядела бледнее обычного, но дыхание было глубоким и ровным. Рука, заключенная в браслет-убийцу, покоилась на груди; серебро побурело от засохшей крови.
«Может меня убить в любую минуту», – всплыла нехорошая, полная мутной тревоги мысль. И, как ни старался Лан-Ар выбросить ее из головы, она всегда возвращалась и зудела, как навозная муха, жужжала, уговаривая и убеждая…
– Тьфу.
Ийлур с чувством выругался. Это все «сад» виноват, не иначе. Давние жертвы, давняя, кровь, сила сумеречного бога…
Он легонько прикоснулся к плечу Нитар-Лисс. Коричневые ресницы затрепетали, и через удар сердца на Лан-Ара уставились черные глазищи.
– Э-э… – Он не сразу нашелся, что сказать. Ийлура смотрела на него зло, как на врага. – Нам пора дальше.
«В любую минуту, когда сочтет необходимым».
Нитар-Лисс моргнула, взгляд потеплел.
– Проклятье, ты что, не мог меня разбудить пораньше?
Она встряхнула раненой кистью.
– Шейниров хвост! Вот уж не ожидала… И что будет дальше, известно только Покровителям… У нас вода еще есть?
– Что? – не сразу сообразил ийлур. Затем протянул темной жрице похудевший бурдюк. Плескалось где-то на донышке. Нитар-Лисс хмуро вынула пробку и, закинув голову, долго пила. Лан-Ар ее не винил, он знал, что, когда теряешь кровь, потом мучает жажда.
– Я поняла, что делать с картой, – объявила ийлура, – не успела давеча тебе сказать, ну да ладно. Еще есть немного времени. Будь любезен, разведи огонь.
…Пришлось снова возиться с костром. Нитар-Лисс исчезла из поля зрения, а когда вновь появилась, в ее руках играл и переливался травяной зеленью ключ размером с ладонь. Жрица уселась на траву рядом с Лан-Аром, приобняла его и положила голову на плечо.
– И ведь я нашла его случайно! Тогда еще удивилась – из такого огромного изумруда
Лан-Ар слушал, а сам рассматривал то, что когда-то было цельным камнем размером никак не меньше кулака взрослого ийлура. За такой изумруд любой из правителей отдал бы свой дворец и всех рабов в придачу, это точно. Но кому-то понадобилось из сокровища выточить странной формы безделушку, которую, к слову, сложно было назвать именно «ключом»: это была сильно вытянутая правильная пятиугольная пирамида, у основания переходящая в идеально гладкий шар.
– Вот уж правда, испортили камешек, – невольно усмехнулся ийлур. А сам подумал – где все это время его прятала Нитар-Лисс? Не могла же она, в конце концов, тащить столь ценную вещицу в дорожном мешке?
…Потом вспомнил. Как он забыл о тонком пояске, серебряной цепочке, дважды обернутой вокруг талии ийлуры? Сбоку к цепочке крепился кожаный пенал, перевязанный цветными нитками. Как будто там хранился оберег. Наверняка именно там Нитар-Лисс носила изумрудный ключ, хотя… Попробуй разгадай эту темную.
Жрица заговорщицки подмигнула:
– Ну-с, поглядим, куда нам укажет ключик.
Потерев изумруд ладонями и подышав на него, Нитар-Лисс разложила на земле карту.
– Смотри внимательно, Лан-Ар. – Тонкий палец указывал куда-то в середину пергамента. А там – и правда! – там, среди хаоса штрихов и точек, желтело пустое место, почти не тронутое чернилами.
– Мне кажется, что карта без ключа лишена смысла. Равно как и ключ без карты.
Несколько минут ийлура внимательно рассматривала результат своих размышлений. Лан-Ар почесал затылок, а про себя решил, что даже вместе ключ и карта – тоже лишены смысла. И место, где «у начала времен Санаул создал Лабиринт», по-прежнему было скрыто от взглядов смертных.
– Хм. – Нитар-Лисс покачала головой. – Шейниров хвост…
И тут же с деланой веселостью в голосе добавила:
– Не будем отчаиваться. И не будем забывать, что сейчас утро и потому мы не видим игры света в камне… Надо бы ночью попробовать.
Лан-Ар, не удержавшись, скептически хмыкнул, чем заслужил хмурый взгляд жрицы. Напустив на себя самый смиренный вид, ийлур поинтересовался:
– И куда мы теперь пойдем?
– Известно куда. На юг, Лан-Ар, на юг. Мы идем на юг, это я точно знаю!
…Уплывающий в сумерки день не принес ничего плохого. Даже наоборот – они наткнулись на хрустальный ручеек, вытекающий из-под рябого, словно перепелка, валуна, и наполнили пустой бурдюк. Нитар-Лисс долго пила, черпая пригоршнями ледяную воду, затем умылась, попробовала стереть кровавые пятна с куртки, но потом махнула рукой – пустое, бесполезное занятие. Лан-Ар тоже хлебнул водицы, плеснул себе в лицо, с силой провел мокрыми пальцами по волосам, будто желая привести в порядок беспорядочно скачущие мысли. На руках остались багровые разводы, и он торопливо сунул руки в ручей. Это была кровь убитых чудовищ, и Лан-Ару вдруг стало противно до тошноты – оттого, что он весь, с ног до головы, покрыт бурыми пятнами и не может отмыться.