Лагуна
Шрифт:
Я оказываюсь совсем близко и силой мысли пытаюсь внушить Максу, чтобы он поднял глаза и увидел меня, но тут же замираю, услышав недовольный голос Дина:
– Все, что требовалось от тебя, Макс, – это втереться в доверие к этой влюбленной в тебя девчонке Ричардсонов и сделать так, чтобы она забила на тендер и он сам привалил к нам на блюдечке. Но ты даже с этим, мать твою, не справился!
Корзина с фруктами валится из моих рук, пока все органы в груди словно сжимают тиски. Резкая, пронзительная боль проносится по телу. А сознание отказывается
Заметив меня, Макс резко подрывается с кресла. Он подлетает ко мне, но я делаю шаг назад, отпрыгиваю от него как от огня.
– Лагуна… – начинает Макс, и мое тело начинает трясти от этого слова.
– Это правда? – едва удается вымолвить мне со слезами на глазах.
Я пытаюсь сдержаться, честно. Коротко и часто моргаю, чтобы не разрыдаться. Чтобы сделать вид, что я сильная. Чтобы притвориться, что мне все равно.
Но проблема в том, что мне не все равно, ведь я люблю Макса. Всегда любила.
Предательская слеза все же стекает по моей щеке, и Макс тянется пальцем, чтобы ее стереть, но я отворачиваюсь.
– Так правда? – снова спрашиваю безжизненно.
Он не мог так поступить. Дин лжет. Я ведь знаю Макса, я ему доверяю. Это неправда.
Но взгляд Макса говорит за него. Он полон сожаления. И каждая частичка моего сердца разбивается вдребезги, как и тогда, три года назад, когда я одна встречала рассвет, ненавидя новый день, ведь в нем не было Макса.
Я делаю несколько шагов назад, не прерывая зрительного контакта, хоть все перед глазами и плывет от слез.
– Эми, все не так. – Макс шагает ко мне с протянутой рукой, но я не позволяю ему коснуться себя.
– Просто скажи мне, что ты вернулся на остров только из-за инфаркта отца, а не ради тендера, – удается вымолвить мне едва слышно.
Макс тяжело сглатывает и прикрывает веки. И это красноречивее любых слов.
– Это не имеет значения, главное, что я люблю тебя. Я очень тебя люблю. – Его глаза наполняются слезами, когда он делает шаг ко мне, а я шаг назад.
– Не хочу больше тебя видеть, – говорю безжизненно.
– Мистер Миллер, можно вас на минуту? – зовет его доктор.
– Одну секунду, – зажмурившись, произносит Макс.
– Это срочно, – настаивает он.
Макс со стоном запрокидывает голову, а затем снова устремляет взгляд на меня, но мне уже наплевать.
Не замечаю, как на автопилоте вылетаю из зала ожидания. Ноги словно ватные, а сердце будто не бьется. Его удары редкие и такие сильные, что каждый из них причиняет боль, будто намереваясь пробить мне ребра. Я часто и коротко дышу, практически задыхаюсь. Иду сама не зная куда. Петляю между людей, шагающих по коридорам, точно у меня паранойя.
Оказавшись на улице, прижимаюсь лбом к холодной двери.
Больно.
Так чертовски больно, словно в мое сердце только что вонзили нож.
Я будто бы даже чувствую, как кровавое озеро разливается внутри, заполняя все пространство грудной клетки
Трясущимися ногами я делаю шаг. И еще один. А затем перехожу на бег.
Слезы снова и снова струятся по моим щекам, пока я несусь домой, чтобы закрыться и больше никогда никого не подпускать к себе.
Макс снова сделал это.
Снова забрал себе мое сердце, а потом просто взял и выбросил.
Я должна была держаться от него на расстоянии. Не нужно было позволять всему этому случиться. Нельзя было доверять ему.
Жизнь ничему не учит меня, а пора бы. Я привыкла существовать в мире, где нет зла и боли. Где люди громко смеются, искренне любят и много улыбаются. Жизнь одна, и, глядя на то, как был разбит мой отец после смерти матери, я точно убедилась в том, что хочу наслаждаться каждой ее минутой.
Хочу окружать себя лишь счастьем.
Очевидно, Макс не тот, кто принесет мне счастье. И я должна сделать все для того, чтобы научиться быть счастливой без него.
Перед глазами – картинки нашей с Максом истории, и они причиняют боль.
Рана внутри смертельна.
Остановившись посреди пляжа, я гляжу на солнце, огромным сияющим диском красующееся на чистейшем голубом небе. По пляжу проносятся крики чаек, которые теряются в шуме волн, и я закрываю глаза, внушая себе, что справлюсь с этим. Никто ведь еще не умирал от разбитого сердца, правда?
Но что, если я стану первой? Покроет ли это страховка?
Да, я снова несу какую-то чушь, ведь мне больно.
Так, как не было никогда прежде.
Так, словно я только что умерла.
Глава 28
Знаете рецепт идеального дня для того, чтобы отвлечься от разбитого сердца?
И я не знаю, но решила попробовать разные вариации.
Ведро мороженого плюс кола плюс «Как отделаться от парня за десять дней» равно провал. Я начала рыдать, как только каждый из главных героев заключал свое пари, ведь знала, к чему это приведет.
И почему в двадцать первом веке до сих пор не изобрели какую-нибудь штуку, которая могла бы стирать тебе память, чтобы ты мог пересмотреть свой любимый фильм, будто никогда не видел его прежде? Это бесчеловечно со стороны миллиардеров – не вложиться в подобное изобретение.
Следующим комбо стало маска для лица плюс пинаколада плюс «Парни с тату. Прямо в сердце». Тут играет красавчик Джон Би из «Внешних отмелей». И все было хорошо, пока я не узнала, что главная героиня Шоу влюблена в главного героя с детства. А узнала я это почти в самом начале. Ужасное начало фильма. И теперь мой самый нелюбимый троп. А дальше он вообще ей изменил. И зачем Чейз Стоукс снялся в подобном фильме? После этого он определенно вылетел из тройки идеальных мужчин.