Лагуна
Шрифт:
Еще одним вариантом стало просто лежать и рыдать, глядя в потолок, изредка потягивая через трубочку Пина Коладу. Но Пина Колада слишком быстро закончилась, и пришлось вставать, чтобы налить еще.
Дурацкое солнце за окном сияет. Ну, хотя бы у погоды все хорошо. Хотя, судя по сильному ветру, намечается буря, так что, может быть, погода просто делает вид, что у нее все хорошо, а на самом деле это сплошное лицемерие.
Боже, что я несу?
Занавески приоткрытого балкона развеваются от ветерка,
Мы с отцом каждый год смотрим на то, как серферы со всего мира приезжают к нам, чтобы поймать их. И никому до сих пор не удавалось. Кроме моего отца. И всякий раз, когда мы отправляемся к месту их обрушения, я замечаю, как сияют его глаза, и ощущаю свою вину за то, что ему пришлось все бросить из-за меня.
Теперь, кажется, я понимаю, что чувствует Макс, когда речь идет о Дине. Вот только мой отец ни разу не упрекнул меня в том, что лишился жизни серфера, когда появилась я. А Макс пошел на такое из чувства вины…
Я что, действительно оправдываю его сейчас?
О господи, мне срочно нужно выпить еще!
Когда я дохожу до кухни, чтобы сделать новую пинаколаду, то спотыкаюсь о свое платье, в котором вчера была на вечеринке. Глаза снова наполняются слезами. Я просто падаю на пол и запутываюсь пальцами в сеточной ткани. Прислонившись затылком к кухонному шкафчику, закрываю веки, чувствуя себя полной дурой.
Как я могла подумать, что он влюбился в меня? Зачем доверилась ему? Почему слепо поверила в то, что он хочет быть со мной?
От жалости к самой себе тошно. Хочется напиться и забыться, чем я и решаю заняться в качестве следующего варианта борьбы с горем. Поднимаюсь на ноги и тянусь к бутылке рома, что стоит на столешнице.
Делаю глоток и тут же морщусь. Отвратительно.
Сажусь обратно на пол и делаю еще глоток. А потом краем глаза замечаю, как входная дверь моего бунгало распахивается, и на пороге оказывается Эмбер. На ней легкие шорты и топ из муслина, а сверху – длинный кардиган. Что означает, что я права и на улице и в самом деле сильный ветер.
Эмбер убирает свои длинные темные волосы от лица и хмурится, разглядывая беспорядок, который я устроила. Повсюду разбросаны пакеты из-под чипсов, обертки шоколадок, пустая банка от колы, вещи, которые я привезла и не разобрала после свидания с Максом, и еще кое-что из того, что я брала с собой к Клэр.
В общем, при взгляде на все это кажется, что меня ограбили и я пью с горя.
– Ненавижу ром, – признаюсь я. – Он лицемер. В Пина Коладе делает вид, что весь такой сладкий, подстраивается под нее, заставляет ее поверить, что он не такой, не горький и не отвратительный. А на самом деле этот ром на вкус – редкостная дрянь.
Эмбер сводит брови
– Сейчас я вернусь, – задумчиво произносит Эмбер, и я ничего не спрашиваю.
Признаю, что выгляжу достаточно своеобразно. Я никогда не напивалась в хлам, кроме того случая, когда мне исполнялось восемнадцать. Но разве можно отказать этой милой бутылке рома в моих руках? У нее ведь такой жалостливый взгляд, как у щеночка. Клянусь, я даже слышу ее тоненький голосок: «Выпей меня, мне так одиноко».
Делаю очередной глоток, обжигающий горло, и меня едва не выворачивает. Ужасно. Кто вообще решил, что мы должны пить это дерьмо, еще и за собственные деньги?
Несколько минут спустя Эмбер возвращается с бутылкой текилы и садится рядом со мной на пол.
– О нет. Ненавижу текилу. – Я зажмуриваюсь. – Она заставляет меня ввязываться во всякие разные авантюры.
– Ну, ты же любишь всякие приключения, так что почему бы и нет?
– Предлагаешь пуститься во все тяжкие? – Я вскидываю бровь. – Найти приключений на свою задницу? Пойти в бар, познакомиться с кем-то, заняться жарким сексом?
– Извини, детка, но я слишком стара для такого дерьма, – хмыкает Эмбер, и я пожимаю плечами, вновь опрокидывая в себя ром. – Я позвонила Клэр. Оказывается, она на острове, в больнице. Так что через пятнадцать минут будет здесь.
Клэр в больнице. С Арчи?
Хоть что-то хорошее. Возможно, стоит дать текиле шанс.
Интересно, все ли с ним хорошо? С Арчи. Как дела у Макса, мне глубоко наплевать. А как Зандерс? Господи, почему меня вообще это волнует? Это его друзья, а не мои. И они наверняка всё знали и делали из меня дуру.
Что ж, их актерская игра выше всяких похвал. Дайте парням «Оскар»!
Ненавижу Макса.
Надеюсь, он улетит с Дином в Сидней и никогда сюда не вернется. А если вдруг решит остаться, то я скажу отцу, что всегда мечтала побывать в Камбодже, и свалю туда с Клэр. Или куда она там сбежит на этот раз, мне все равно.
– Только не спрашивай, что случилось. – Делаю глоток рома. Все же я не могу вот так взять и бросить его ради текилы.
– Я и не собиралась. – Эмбер подносит к губам бутылку текилы.
– Вот и славненько. – Я с облегченным вздохом прикрываю веки.
Эмбер молчит, тогда я открываю глаза и поворачиваюсь к ней и хмурюсь.
– Тебе что, совсем неинтересно?!
С ее губ срывается смешок.
– Ты слишком мало выпила для того, чтобы делиться. У нас весь день впереди. Да и надо дождаться Клэр.
– Ей лучше не знать, – мотаю головой и снова отпиваю ром. – Да и вообще лучше никому не знать.
– Почему?
– Сама знаешь, как это бывает. Сейчас я расскажу обо всем, что произошло, вы возненавидите Макса, а потом мы помиримся, и вы начнете меня осуждать.