Лаки
Шрифт:
И все же... она помнила прикосновение своих рук к холодной, мокрой плоти Симона, ее единственного сыночка, и знала, не сомневалась больше, что жизнь окончена.
Итак, стало окончательно ясно, что Иден не собирается отвечать на его звонки. Ленни не мог поверить, что она вот так, мимоходом, вернется в его жизнь, снова вскружит ему голову, а затем вычеркнет его, как будто абсолютно ничего не произошло.
– Мы передали мисс Антонио все ваши звонки, – сообщила телефонистка, которой
«Да пошел ты!» Вот что значили ее слова. «Проваливай и больше не обрывай телефон».
Он разозлился. Она ведь хотела его тогда ничуть не меньше, чем он – ее. Черт побери! В чем же дело?
Он снова потянулся к трубке, чтобы позвонить Джою Фирелло, и снова попал на телефонистку. Вообще кто-нибудь в Калифорнии подходит к телефону сам?
– Мистера Фирелло нет в городе. Что-нибудь передать?
– Мне необходимо срочно с ним поговорить, – быстро сказал Ленни. – У вас есть номер телефона, по которому ему можно сейчас позвонить?
– Я передам ему все, что вы скажете, – ответила телефонистка, никак не реагируя на его вопрос.
Чертова заводная кукла.
С большим трудом он вычислил Суну и Ширли в Палм Спрингс. Ни одна из них не помнила адреса Иден, хотя обе были уверены, что она живет где-то неподалеку от них.
– Ценная информация, – заметил он.
– Надеюсь, ты не собираешься встречаться с ней, – поинтересовалась Суна.
– У вас полная несовместимость, – добавила Ширли по параллельному телефону.
Он звонил не для того, чтобы выслушивать их советы.
– Кто ее агент? – спросил он быстро.
– Так, мелочь, – отозвались они хором.
– Мне нужно имя, а не положение.
Они сообщили имя агента. Он позвонил, и секретарша ответила, что ни при каких условиях не дает адреса клиентов.
– У меня срочное дело, – заявил он грозно.
– Передайте через меня.
– Старая галоша, потаскуха.
Он бросил трубку. Опять началось. На одну ночь она вернулась в его жизнь, и он уже сходит с ума.
Ленни знал, что умнее было бы забыть обо всем случившемся. Выбросить ее из головы раз и навсегда, как, наверное, выбросила его из головы Иден.
Но какой тут ум? Когда дело касалось Иден, он становился глупее последнего идиота во всем городе.
Отпечаток руки Сантино горел на ее бледной щеке. Иден смотрелась в зеркало не видящими от ярости глазами. До сих пор никто никогда не бил ее. Никто бы не осмелился.
Ублюдок.
Волосатый ублюдок.
Он же похож на лысую обезьяну. Он должен целовать ей ноги, а не то что руку на нее поднимать.
Все произошло так неожиданно. Иден догадывалась, конечно, что Сантино Боннатти – не Мистер Обаяние, но к такому подлому нападению она оказалась не готова.
И вообще, откуда он узнал, что она отлучилась из дому?
Она решила бросить его.
Ее решимость прошла через десять минут. Все надо делать вовремя, а, учитывая новый дом и его возможное финансирование картины с ее участием, сейчас еще не наступил подходящий момент для расставания.
Иден наклонилась поближе к зеркалу и внимательно оглядела свое лицо. Потом подняла руку и аккуратно потрогала след его ревности.
Она прошла на кухню, завернула в полотенце несколько кусочков льда и приложила компресс к щеке.
Трижды прозвонил телефон, затем звонок взяла на себя служба ответов телефонной станции. Иден не хотела ни с кем говорить. Ленни Голден оставил кучу посланий. Возможно, это опять он.
К чертям Ленни. Он – причина ее неприятностей.
И Боннатти тоже к чертям.
Ублюдок.
Ему это даром не пройдет. Он ей заплатит.
Когда-нибудь.
Когда придет время.
Когда она будет готова.
Виски ослабило боль (полбутылки!), и, когда Ленни вышел на сцену «Фоксис”, он выступал злобно, цинично, с убийственным сарказмом.
Когда он пошел за кулисы, в проходе стояла Лучик. Она кивком указала на телефонный автомат в углу.
– Кто-то звонил тебе из Лас-Вегаса. Я просила перезвонить через десять минут.
– А кто меня спрашивал? – заплетающимся языком поинтересовался Ленни.
Она потуже запахнула халат.
– Я похожа на секретаршу?
– Ты похожа на лакомый кусочек. – Потеряв равновесие, он качнулся в ее сторону.
– Ой, да брось ты, Ленни! – Она презрительно отпихнула его. – Будь здесь сейчас Фокси, он бы тебе все яйца пообрывал.
– Ну а пока что они у меня есть.
Она расхохоталась ему в лицо:
– Сынок, у тебя никогда не будет таких, как у Фокси.
Зазвонивший телефон спас его от необходимости придумывать остроумный ответ.
Интересно, кто ему звонил из Вегаса? Он надеялся, что это Джесс. Он хотел выговориться. Раз и навсегда ему надо забыть о существовании Иден Антонио.
ГЛАВА 29
Матт сказал:
– Я бы очень просил тебя прийти сегодня на похороны. Джесс в жутком состоянии. Твое присутствие может очень много значить для нее.
– Да я ее едва знаю, – отбивалась Лаки.
– Она проработала у нас более двух лет. Неужели ты не можешь оказать ей такой знак внимания? Я хочу, чтобы она знала, что нам не безразлично ее горе.
Лаки поразилась, как он заботлив. Все повидавший, умудренный опытом Матт. Откуда у него взялось сердце?
– О'кей, – заявила она. – Я приду. – А затем добавила, почувствовав неожиданный прилив сочувствия к Джесс: – Может быть, я еще чем-нибудь могу ей помочь?
– Только появись там – этого достаточно.