Лайтларк
Шрифт:
Айсла кивнула, и толпа затихла.
– Для меня большая честь представлять наш народ на Столетнем турнире.
Пульс Айслы участился, барабаном отдаваясь в костях. Она смотрела на толпу, на ошеломленные, полные надежды лица. Некоторые дикие были одеты в платья из кусков ткани с вплетенными в них листьями и лианами. На ком-то не было вообще ничего, кроме висевших на спине мечей. Некоторые явно только что поели: на их губах остались темно-красные подтеки. Айсла смотрела и изо всех сил пыталась не дрожать. Старалась говорить твердо, не запинаться, не дать им повода хоть на мгновение задуматься, почему их правительница все время прячется
– Я клянусь разрушить наше проклятие раз и навсегда.
Они имели полное право волноваться. Неудача Айслы обрекла бы их всех еще как минимум на один век страданий. А позади уже лежало четыре проклятых столетия. Дикая стиснула зубы, ожидая, что толпа увидит ее насквозь, – и надеясь, что представление о том, чего они хотят, не оправдается.
Но утренний воздух задрожал от воплей и поднятых высоко над головами клинков. На верхушках деревьев закричали птицы. Ветер с воем зашелестел листьями. Айсла с облегчением спустилась по лестнице, усыпанной лавиной лепестков. Природа расцветала у ее ног, а толпа расступалась, освобождая ей путь к древнейшим деревьям-близнецам.
Их корни вздымались в воздух и сплетались вместе, образуя круглую, как зеркало, арку. За ней ждала другая сторона леса, безопасная и знакомая. Но она шла не туда. Айсла сглотнула. Она готовилась к этому моменту всю жизнь.
Терра и Поппи положили руки ей на плечи.
Айсла ступила в портал, который работал только раз в сто лет. В ее памяти всплыло последнее, что она сказала своим опекуншам: «Я буду следовать вашим указаниям».
Если б только это было правдой.
Глава 2. Остров
Портал с рябью закрылся за ее спиной, заглушив ликующие возгласы. Теперь Айсла слышала только свое неровное дыхание. Она сделала шаг вперед, и ее ослепил свет как от тысячи умирающих звезд и солнц.
Айсла отшатнулась в сторону. Кто-то взял ее за плечо, чтобы помочь вернуть равновесие.
– Открой глаза, – произнес голос, темный и завораживающий, как полночь.
Айсла даже не поняла, что стоит с закрытыми глазами. Она моргнула, и мир вокруг сначала качнулся, затем выровнялся – эта телепортация была гораздо хуже, чем с использованием звездного жезла.
Мужчину, смотревшего на нее сверху вниз, ситуация явно забавляла. Его лицо казалось каким-то знакомым. Он был таким высоким, что дикой пришлось задрать подбородок, чтобы посмотреть в его черные, как угли, глаза. Волосы на бледном лбу лежали чернильными потеками. Конечно же, он из сумрачных. А это означало…
– Спасибо, Гримшоу, – твердо сказала Айсла.
Она быстро выпрямилась и огляделась по сторонам, надеясь, что никто не заметил ее неловкости. Ох, как бы Поппи и Терра сейчас ругали подопечную.
Но кроме дикой и сумрачного на скале никого не было. Она обернулась, и из ее горла вырвался слабый сдавленный звук. В сотнях метров внизу бушевало свирепое море. Айсла чуть не полетела
Чуть не покончила со всеми своими планами.
– Неудобно бы вышло, – усмехнулся правитель сумрачных, явив совершенно неуместную на его грубо высеченном лице ямочку на щеке.
– Зови меня Грим, Айсла.
Грим. Ну и имечко, еще и так им гордится, подумала Айсла. Тем не менее оно ему подходило. Под этой ухмылкой действительно крылось что-то мрачное, слабая тень, которая во тьме могла перерасти в чудовищную.
– Мы раньше встречались?
Дело не столько в том, что он знал ее имя, нет. Этого следовало ожидать. И даже не в том, что Грим произнес его идеально, растянув «с» как шипение змеи. Было что-то еще…
Снова на его губах дрогнула ухмылка.
– Если бы и встречались, – глаза нахала на мгновение опустились, – то точно не однажды.
Айсла почувствовала, как ее лицо вспыхнуло под его пристальным взглядом. За исключением редких встреч под чутким надзором наставниц или тайных путешествий со звездным жезлом в другие новоземья, она почти не общалась с мужчинами.
Особенно с мужчинами, похожими на него.
Особенно с такими, которые как будто бы не боялись ее или проклятья диких.
Она нахмурилась. Ему стоило бы бояться. Если дикие хотели, они могли заставить человека упасть со скалы в погоне за ними. Перед их способностью очаровывать невозможно было устоять – правда, применять ее в течение ста дней турнира запрещалось. Сумрачный, вероятно, думал, что он в безопасности.
Но ошибался.
Каждый турнир представлял собой масштабную игру, шанс обрести непревзойденные способности. Говорили, что тот, кто снимет проклятия, исполнив пророчество, получит высшую награду – всю силу, которая была вложена в их создание.
Неужели Грим флиртовал, чтобы ее отвлечь?
Айсла посмотрела на него.
А он заулыбался еще шире.
Любопытно.
Каждые сто лет с тех пор, как было наложено проклятье, остров Лайтларк появлялся всего на сто дней, вырываясь из пут бесконечной бури. Из новоземий, которые люди заселили после бегства с Лайтларка, приглашали правителей каждого народа, чтобы они попытались снять проклятия, наложенные на их способности и на сам остров. Звали всех, кроме сумрачных. Этот народ обладал даром накладывать проклятия – творить злые чары, что делало их главными подозреваемыми в свершившейся беде, несмотря на то что они отрицали вину. Похоже, в этом году король Лайтларка совсем отчаялся и впервые пригласил правителя сумрачных на турнир.
Грим снова взял ее за руку. Прежде чем Айсла успела возразить, он осторожно отвел ее в сторону. Мгновение спустя на краю утеса, на том самом месте, где только что стояла Айсла, засветился золотом гигантский знак – эмблема, представляющая все шесть народов, – и некто появился прямо из воздуха.
Бледно-голубая накидка распахнулась на ветру, а затем опустилась на голые, очень темные плечи и мускулистые руки. Брови мужчины казались больше глаз. Красиво очерченный подбородок затемняла идеально подстриженная щетина, обрамлявшая розовый рот. Азул, правитель небесных. Айсла знала их имена с тех пор, как научилась говорить. Азул и Грим считались древними – обоим исполнилось более пятисот лет. Они застали тот день, когда наложили проклятия. Настоящие легенды, по сравнению с ними она никто.