Лебедь и дракон
Шрифт:
– - А я думала, что ты падший ангел, - отвернувшись, призналась она.
Эдвин не стал смеяться, а лишь кивнул в знак того, что понимает ее.
– Так меня называли многие, - утешительно молвил он.
Роза присела на софу и еще больше стала напоминать изящную фарфоровую куклу с копной живых локонов. У нее был трогательный и растерянный вид. Пряжа выскользнула из ее рук и скатилась вниз по подолу платья. Эдвин опустился на одно колено, поднял клубок и виновато улыбнулся, будто красивый мальчишка - паж, который допустил ошибку, служа своей госпоже. Кто бы сейчас, смотря на него, мог подумать о нем что-то страшное. Любой бы попал под влияние его чар.
Одно легкое, неуловимое для взгляда движение, и он уже стоял
– - Помнишь серое пятно на карте?
– спросил он.
– Я говорил тебе, что когда-то на тех, ныне пустующих землях, жили люди, золотилась рожь на полях, стояли города. Я помню столицу этого государства, с высокими шпилями соборов, ратуши и белокаменных дворцов. И разве только это? Мне была знакома там каждая книжная лавка, все от мастерской портного до лотков на рыночной площади, перед которой днем толпились с корзинками продавщицы цветов, а ночью рыскали воры и грабители, от которых я своей шпагой защищал горожан. Я украдкой выбирался из отцовского замка, чтобы сходить на ярмарку, посмотреть на бродячих актеров, послушать шарманщиков. Мне нравилось просто гулять по улицам города, где кипела жизнь, и оставаться не узнанным. Укрывшись плащом, я проходил мимо домов ремесленников, кабаков, обувных мастерских и ювелирных лавок. Увлеченный жизнью города, я не замечал, как то и дело из-за угла или из толпы кто-то пристально наблюдает за мной. Иногда, проходя вечером мимо ярко освещенных дворцов, я видел, что тень крадется за мной по мостовой, но стоит мне обернуться, как она исчезает в переулке. Сначала я старался не обращать на это внимания. Я даже не хотел замечать странных черных птиц, которые летят за мной и садятся на покатую крышу первого дома, лишь стоит мне остановиться. Казалось, эти птицы следят за мной по чьему-то приказу. Они ничуть не смущались, поняв, что я заметил их, и продолжали свою слежку, прячась за вывесками таверн и мастерских. Их карканье напоминало мне смех.
В семье я был младшим из трех братьев. Поскольку мне не было суждено наследовать престол, то в моем присутствии на пирах и приемах тоже никто не нуждался. Меня даже перестали отчитывать за то, что я без свиты гуляю по улицам и уезжаю в лес. Братья начали сторониться меня и только спустя несколько месяцев я понял, что они меня боятся. Они смотрели на меня так, будто знали какую-то тайну, неизвестную мне и считали меня высшим нечеловеческим существом.
Стоило всего лишь расспросить камердинера, чтобы узнать, что к отцу приходил странный человек в черном. Король, мои братья и этот незнакомец надолго заперлись в тронной зале и говорили обо мне.
Я проводил много времени на учебном ристалище, хорошо стрелял из лука, даже немного умел читать и писать. Особенно о моем образовании не заботились, но я гордился тем, что владею оружием ничуть не хуже опытных воинов. Однако, как я мог вступить в поединок с призрачным незнакомцем, который шел за мной по пятам. Я даже начал бояться его и решил не ходить в город. Моим единственным развлечением было выезжать из замка в лес на весь день. По дороге к лесу я любовался обширными полями пшеницы, тенистыми виноградниками, мельницами и ручьями. Крестьяне, что встречались на моем пути очень часто путали меня с эльфом, снимали шапки и отвешивали поклоны. Несколько вельмож, видевших это, донесли обо всем ко двору. Страх братьев прошел, теперь они смеялись надо мной и называли " господин эльф". Только отец иногда печально смотрел в мою сторону.
Однако я не унывал и уезжал каждое утро на охоту в лес. Одним выстрелом я мог убить орла или коршуна, но никто не хвалил меня за успехи. Однако лесные жители в тайне восхищались метким стрелком. Однажды на моем пути вырос карлик в парадном одеянии. В этот миг не только мой конь встал на дыбы, я сам опешил от увиденного. Карлик поклонился, рассыпался в комплиментах и, в конце концов, попросил о
Я часто сидел на траве и беседовал с ними. Перед нами лежал ковер из одуванчиков и ромашек. Шатер зеленой листвы простирался над головой. Карлики делились со мной своими секретами, дарили мне самородки и слитки золота в благодарность за защиту. Один раз рядом с нами остановился незнакомец в черном, окинул меня презрительным взглядом, бросил мне в лицо горсть золотистой пыли и скрылся в чаще. Я кинулся за ним, но его уже не было видно, лишь огромный коршун пролетел над моей головой и успел на лету вцепиться когтями мне в волосы. Кажется, в его когтях так и остался мой локон. Сейчас я уже точно не помню. Прошло слишком много времени. Если бы тогда я знал, что в лесной чаще сам злой гений нашел меня и решил сделать своим учеником.
Эдвин вздохнул, взглянул на часы, словно спрашивая у них, сколько времени прошло с тех пор. В ответ ему стрелки жалобно звякнули, шахматные фигурки задвигались по доске, будто невидимые пальцы переставляли их, и снова все смолкло. Лишь метель кружилась за окном.
– - Один раз мои друзья не явились на встречу в назначенный срок, - продолжил Эдвин.
– Я прождал весь день и поехал назад лишь, когда начало смеркаться. В сердце закрались волнение и страх за карликов. Вдруг на моем пути вырос все тот же человек в черном, дерзко рассмеялся, взмахнул длинной мантией и исчез.
Как-то раз мне пришлось пойти вечером в город. В домах зажигали свет, кареты проносились по мостовой. Куда-то спешили нарядные горожанки. Приближалась ночь, улицы пустели. Кто-то сорвал с моей головы шляпу, холодная рука вцепилась в мое плечо, и в тишине прозвучал страшный шепот: "Жди меня завтра в полночь, господин эльф". Потом раздался омерзительный смех и преследователь скрылся прежде, чем я успел обернуться, чтобы рассмотреть его.
Тогда впервые я по-настоящему ощутил ледяное прикосновение страха. Кто бы ни был мой зловещий преследователь, он знал обо мне нечто такое, что близкие настойчиво скрывали. Иначе. зачем он шел по моим следам, дерзил и издевался надо мной. В этот миг я думал, что призрачный демон в роскошной мантии стал моим пожизненным спутником на этой земле.
В замке жизнь шла своим чередом. Паутина сплетен и интриг медленно оплетала королевский двор. В коридорах рядом с апартаментами отца пестрели, отороченные мехом кафтаны советников, шапочки ученых секретарей, черные сутаны и колпаки звездочетов. Я предпочитал держаться особняком, кивать в ответ на поклоны, прятать свои радости и печали подальше от любопытных глаз. Ни политика, ни козни придворных меня не касались. Кто мог желать мне зла, кроме главного звездочета, который расхаживал по темным галереям в своей длинной рясе и клобуке, и, зло сощурившись, вглядывался в меня так, будто видел над моей головой сияющий нимб.
Ночью я не мог заснуть, вслушиваясь в удары башенных часов. А все утро провел в своих покоях, старательно затачивая шпагу. К концу дня лезвие блестело, как молния и рассекало ткань на лету. Только вечером я вышел из своих комнат, пересек помещение для пира, где звучали музыка и песни, играли в азартные игры, и приблизился к тронному залу. За окнами уже угас багрянец заката. Шатер темного неба раскинулся над морем. Часто смотря в безбрежную даль, там, где вода сливается с небом, я думал о том, как живут в других странах. Какие есть там дворцы, идолы, святыни, законы и обычаи? Я знал, что где-то есть богатые палаты бояр, терема княгинь, лагуны коварных морских дев, галерные суда и многое другое, но не видел ничего этого. Я затвердил название сотен стран, княжеств, городов, но не надеялся их посетить. В такие моменты мне казалось, что счастлив лишь тот, кто может облететь весь мир при помощи собственных крыльев.