Ледяная дева
Шрифт:
Герцог удивленно посмотрел на княгиню.
— Уверен, вы не имеете в виду Баллона и его дочь?
— Боюсь, — сказала княгиня, — что в то время, когда моему мужу грозит опасность погибнуть от французской пули, а его страну могут захватить самым подлым образом, мне нет дела до французов, кто бы они ни были!
Герцог был поражен, но, поскольку все его мысли постоянно были только о Зое, быстро спросил:
— Могу я поговорить с дочерью Баллона? Думаю, она очень огорчена вашим отношением.
—
— Я был поражен ее талантом танцовщицы и музыкальными способностями.
Последнее он добавил намеренно, так как понимал, что слуги могли рассказать княгине, что он слушал игру Зои в музыкальном салоне.
— Охотно верю, — ответила княгиня, — но предлагаю поговорить о других вещах. Дорогой Блейк, я не имею ни малейшего желания ссориться с вами из-за этой девушки, ведь она всего-навсего учит мою дочь французскому языку.
— Я и не собираюсь с вами ссориться, — возразил герцог. — Однако я все-таки хотел бы поговорить с Зоей. Уверен, вы не откажете мне в этом.
Герцог заметил, как сузились глаза княгини. Затем она сказала:
— Вы настаиваете? Должна сказать, Блейк, вы меня удивляете. Никогда не думала, что вас может заинтересовать молодая девушка. Но если так, то почему это не моя дочь Таня?
— Я уже говорил, что Тане очень подойдет мой брат, — терпеливо объяснил герцог. — Как и обещал, я устрою в Уэлминстер-хаузе бал для Тани, когда вы приедете в Лондон.
Княгиня прекрасно понимала, какие выгоды сулит такое предложение. Она всплеснула руками и воскликнула:
— Вы так добры, Блейк! Для Тани это будет прекрасной возможностью попасть в английский бомонд. Она засмеялась и прижала пальцы к губам.
— Видите, я заговорила по-французски, а еще вчера все клялись, что никогда больше не произнесут и слова на этом языке. Но как же можно по-другому описать тот блестящий круг избранных, в котором вы играете такую видную роль?
— Вы мне льстите, Софья, — заметил герцог. — Но я все еще хочу поговорить с Зоей.
Взгляды их встретились, и герцогу показалось, что княгиня хочет настоять на своем. Затем с легкой улыбкой, в которой сквозило сожаление, она сказала:
— Увы, это невозможно.
— Почему?
— Потому что на рассвете Зоя уехала в Москву.
— Вы хотите сказать, что отправили ее в Москву?
— Я отправила ее к отцу.
— Но почему?
— Потому что она француженка. Я подумала, что там ей будет спокойнее, а здесь так были накалены страсти…
— Вы действительно думаете, что в Москве, где в любую минуту могут загреметь пушки Наполеона, она будет в большей безопасности?
Герцог был разгневан, и княгиня, посмотрев на него с некоторой опаской,
— Вас не касается, Блейк, что я делаю или как поступаю с людьми, которые так или иначе всего лишь слуги в моем доме.
Герцог встал.
— Вы уже уходите? — спросила княгиня, и в голосе ее послышался испуг.
— Ухожу, — ответил герцог — До свидания, княгиня Он небрежно поднес ее руку к губам, поклонился и вышел из комнаты.
— Блейк! — окликнула его княгиня, и в голосе ее послышались умоляющие нотки. Герцог сделал вид, что не слышит.
Он вернулся во дворец, велел слуге немедленно упаковать вещи и отправился к царю.
Царь был занят государственными делами, но, как только освободился, пригласил герцога к себе.
— Что случилось, Уэлминстер? — спросил он. — Думаю, вы не стали бы так срочно просить встречи, если бы дело не было очень важным.
— Это дело действительно важно для меня, сир, — ответил герцог. — Я решил, что после вчерашних волнений и суматохи мне следует немедленно отправиться к сэру Роберту Уилсону. Это в интересах моей страны и, думаю, также и вашей.
— Вы собираетесь посетить и мою армию?
— Мне доставила бы большое удовольствие встреча с генералом Кутузовым, — ответил герцог. — Кроме того, я хотел бы своими глазами увидеть происходящее. Думаю, после вчерашнего, сир, мы с вами оба довольно скептически относимся к депешам, от кого бы они ни поступали.
— Правительство действовало слишком поспешно, — жестко сказал царь. — Я уже издал приказ, чтобы в дальнейшем они тщательно проверяли поступающие к ним сведения.
— И вы абсолютно правы, сир, — согласился с ним герцог. — Если вы не сочтете это дерзостью, я хотел бы прислать мои соображения о происходящем после того, как встречусь с Кутузовым.
— Напротив, я прошу вас прислать мне ваш доклад, — сказал царь. — Вам хорошо известно, Уэлминстер, что я вам полностью доверяю и не забуду помощь, которую вы мне вчера оказали.
Царю не было необходимости говорить, что он стыдится того, как он сам, его правительство и многие дворяне поддались панике без веской на то причины.
Герцог покинул апартаменты царя и поспешил к себе. Как он и ожидал, все уже было готово к отъезду.
Он написал короткую записку британскому послу и, поскольку этого требовали приличия, Екатерине.
Потом, как мальчишка, который спешит из школы домой на каникулы, он сбежал по мраморной лестнице. Перед подъездом его ждала карета и шесть верховых солдат — по приказу царя они должны были сопровождать герцога в путешествии.
Когда они отъехали от Зимнего, герцога охватило такое чувство, как будто он отправляется навстречу приключениям и неизвестно, что его ожидает в пути.