Легионер
Шрифт:
Верно гласит народная мудрость «Пока гром не ударит, мужик не перекрестится», думал Рей, приводя одежду в порядок после короткого подземного путешествия. С того места в скверике, где он находился, «Яблоко» просматривалось как на ладони. Время было раннее, и кафе пустовало.
Впрочем, и вечером сюда захаживало не так уж много людей – цены кусались. Рей диву давался: чашечка препаршивого кофе в «Яблоке» стоила в два раза дороже, чем на Монмартре. Чудеса…
Немного поразмыслив, Рей решил дожидаться Быкасова внутри кафе. Если Бык, вопреки здравому смыслу,
– Прошу… – Юный официант ловко поднес Рею меню в красивой тисненой папке.
– Не нужно, – царственным жестом отодвинул Рей меню в сторону. – Я хочу плотно позавтракать. Подайте черную икру, лососину, что-нибудь мясное (горячее!) – на ваш вкус – и бутылку сухого красного вина. Желательно, французского. Ну и еще чего-нибудь – для разнообразия. Стол накрывайте на двоих.
– Будет исполнено, – подобострастно согнул спину официант и радостно улыбнулся.
Рей понял причину его радости – этот шустрый половой наделся на хорошие чаевые. И ехидно ухмыльнулся ему вслед. Рей уже загодя решил, что стол оплатит прижимистый Быкасов, который, как говорили парни, никогда не давал сверх того, что указано в счете.
Глава 20
Бык появился в точно назначенное время. Казалось, что его массивная фигура под два метра ростом заполнила все кафе до отказа.
Шустрый официант, увидев бандитскую физиономию Быкасова, на какое-то время буквально прикипел к полу, судорожно соображая, что ему делать: бежать навстречу новому клиенту с поклонами и улыбочками или подождать, пока его позовут. Он успокоился лишь тогда, когда Бык сел за стол Рея.
Рей все глаза проглядел, пытаясь заметить признаки спецоперации по его поимке, но площадь перед «Яблоком» выглядела как обычно, а в самом кафе тусовалась лишь одна компашка из трех девиц явно весьма облегченного поведения.
Наверное, они с утра были не при деле, потому что не обращали на Рея никакого внимания. Судя по набору яств, которые заказали путаны, вчерашний вечер (а может, и ночь) оказался для них весьма удачным.
– Заодно и перекусите, – жизнерадостно сказал Рей, широким жестом указав на прекрасно сервированный стол, стараясь при этом ни малейшим намеком – будь-то нервный тик лицевых мышц, неуверенный жест или еще что-нибудь – не выдать свое истинное состояние величайшего внутреннего напряжения. – Заказывал на свой вкус, так что извините, коли что не так. Может, под икорку водочки?
– А ты, однако, жох… – Тяжелый взгляд Быкасова давил на Рея с вполне осязаемой силой. – Водочку, говоришь? Что ж, закажи.
Он сидел перед Реем словно каменная глыба, не до конца обработанный мастером-камнерезом гранитный монумент. Его широкая грубоватая физиономия потемнела от прилива крови, а руки, которые он положил на стол перед собой, были сжаты кулаки.
«Эдак его от злости паралич разобьет, – подумал Рей. – Нельзя этого допускать. Он мне еще понадобится…»
– Кстати, –
– Нисколько, – дерзко ответил Рей.
– Это почему?
– Во-первых, это не так легко сделать, как вам кажется…
– Значит, у тебя есть ствол, – задумчиво констатировал Быкасов. – И ты пустишь его в ход, особо не задумываясь… А во-вторых?
– Вы умный человек, профессионал. Вам сразу стало ясно, что с похищением дочери главного босса что-то не так. Это мне уже известно. Откуда? Как-нибудь позже… Ну, а поскольку вы специалист высокого класса, то понимаете, что для пользы дела я нужен живым и готовым добровольно сотрудничать. Потому я и обратился именно к вам.
– Что ж ты, сукин сын, так долго водил меня за нос. И не только меня.
– Вы о чем? – прикинулся непонятливым Рей.
– Я не буду спрашивать, откуда у бывшего безработного, почти бомжа, столь специфические познания и где он их получил. Меня интересует лишь один вопрос: тебя внедрила «контора»?
– Николай Ильич… – Рей посмотрел на Быкасова с укоризной. – Разве это суть важно в сложившейся ситуации?
– Для меня – да, важно.
– И все равно на сей счет я ничего вам не отвечу. – Рей решил немного поиграть в непонятки; пусть лучше Быкасов остерегается мощной государственной машины, которая якобы стоит за спиной Рея, нежели он по-прежнему будет качать права и вести себя начальственным гоголем. – Вы же понимаете…
– Понимаю… когда вынимаю, – буркнул Быкасов. – Ладно, замнем для ясности. А теперь расскажи мне все, как было.
Рей не утаил ни единой подробности из своих приключений. Он понимал, что Быкасов устроит потом тщательную проверку всем изложенным фактам, а значит, даже малейшая ложь может смазать всю картину.
– Ах ты, мать твою!… – Бас Быкасова нарушил благостную тишину «Яблока» и путаны начали оборачиваться. – Если ты говоришь правду, то вырисовывается целый заговор, – сказал он уже тише, почти шепотом.
Напрочь проигнорировав рюмку, Бык налил водку из запотевшего хрустального графина в бокал, одним махом вылил ее в рот и закусил осетриной, ухитрившись при этом сгрести вилкой почти полтарелки дорогой закуски.
– Я в этом уже давно не сомневаюсь, – сказал Рей, потягивая свое вино.
Он ничего не сказал лишь о встрече с Никитой Амброжеем, чтобы не дискредитировать бывшего прапора в глазах Быкасова, и о своих подозрениях насчет Сей Сеича. Нужно было точно определиться, на чьей стороне Бык.
Если он ходит в упряжке под Палачом, то тогда дело Рея – швах. Придется быстренько линять из кафе и действовать одному по первоначальному плану.
Правда, в таком случае на него будут охотиться со всей серьезностью. И бить станут только на поражение.
– У тебя есть хотя бы намек на предположение, кто похитил дочь босса? – спросил Быкасов, глядя на Рея хищно прищуренными глазами.
– Прежде мне нужно задать вам несколько вопросов.
– Задавай, – неприязненно буркнул Быкасов.