Легко!

Степанов Николай Викторович

«Ваш выход, Алексей Рябцев!» Тонкая заслонка отворилась без скрипа, пропуская ночного гостя к бледной красавице.

Я постоял немного над ее спящим телом, пытаясь определить, как принято будить вдовствующую королеву? Затем решил, что морочить голову не стоит, и коснулся плеча.

– Гражданочка, проснитесь! Вы не подскажете, где здесь мужской туалет? – спросил я о наболевшем.

Надо отдать должное «гражданочке», проснулась она мгновенно и абсолютно не испугалась.

– Ты? – В голосе звучало некоторое удивление. Словно она ждала именно

меня, но не сегодня. – Чего приперся?

– Да так, соскучился, – нерешительно ответил я. Ведь меня просили только разбудить, а что делать дальше, я не имел ни малейшего понятия. – Но если помешал – извини, зайду в следующий раз.

Королева сощурила глаза и вскрикнула:

– Да ты не…

С кем она меня спутала, дамочка сказать не успела. У нее началась лихорадочная трясучка. Похоже, пробудилась не только она, но и то, на что довольно неопределенно намекал Хрумстыч.

Так, а мне теперь куда? Пойти позвать врача? Ага, только сначала придет стража и поинтересуется: чего это я, такой «красивый», делаю в спальне королевы и почему ее величество так странно дергается в постели?

Пойду-ка я обратным ходом.

– Стой! Ты куда собрался? – Женщину перестало лихорадить. – Говорил же, что соскучился.

Гипнотизирующе-ласковый взгляд кошки на загнанную в угол мышь лишил меня свободы движений.

– Да я вижу, мне тут не рады…

– Ошибаешься, милый. Еще как рады. – Она полностью освободилась от одеяла, демонстрируя легкую накидку, состоявшую из двух полос полупрозрачной ткани, скрепленных между собой тесемками на талии и плечах.

«Сразу „милый“ – это уже совсем плохо», – решил я, продолжая сопротивляться.

– Может, тогда я быстренько за вином сбегаю, если в доме такая радость? Ты красное предпочитаешь или белое?

– Зеленое, – почти промурлыкала она, – но сегодня обойдемся без спиртного.

Как же это я с цветом опростоволосился? Мог бы и сам догадаться. Тем временем бледная красавица стала еще зеленее и не спеша двинулась по постели навстречу. На четырех конечностях.

– Иди ко мне, мой сладенький, – облизнулась королева.

Мои ноги ее почему-то послушались.

– Значит, муженек не сгорел, – принялась рассуждать она, остановив меня возле края кровати. – Очень хорошо! Это было бы для него слишком легкой смертью. Особенно после того, что он собирался сделать с твоей помощью. Знаешь, почему у тебя ничего не получилось?

Еще бы я знал, что должно было получиться! Мне пообещали после задания вернуть привычную внешность, а вникать во все подробности чужого семейного дела я и не собирался.

– Мой обожаемый супруг опоздал на целый год, и теперь мне ни один чужестранец не опасен. Даже такой симпатичный, как ты.

Каждый видит красоту по-своему, но меня почему-то ее комплименты не обрадовали.

– Где мой недогоревший муж? – резко спросила она.

– Далеко.

– Не хочешь говорить? А зря. Он тебе случайно не рассказал, во что превращается человек после моих жарких объятий?

– В людоеда?

– Это

если моя любовь настигнет тебя до полуночи, – вкрадчиво пояснила Узранда, – ну а после…

Зловещая таинственность в ее голосе оказалась настолько убедительной, что у меня внутри все покрылось толстой коркой льда. Какая тут, к лешему, любовь! Тем не менее, когда вдовствующая королева поднялась в полный рост, подчиняющиеся неизвестно чьей воле руки сами начали стаскивать позаимствованную в пещере тужурку.

– Тебе помочь? – ехидно спросила она, заметив, что мои пальцы не справляются с пуговицами переделанной в майку рубахи.

– Не видишь – волнуюсь! Предлагал ведь сбегать за вином! – Послушным мне оставался только язык. К нескрываемому удовольствию, пальцы так и не справились с пуговицами.

– Волнение сейчас пройдет. – Узранда оплела меня руками и ногами и прильнула своими холодными губами к моим.

«Все, пропал окончательно и бесповоротно! В объятиях страстной „лягушки“, облеченной королевской властью. По сравнению с прыжком на колья – не самый ужасный конец, между прочим», – трагическая мысль с оптимистическим выводом промелькнула как молния.

– Ой! Что это у тебя?! – вдруг запаниковала обольстительница, разомкнув объятия и свалившись на кровать.

Судя по неподдельному страху в глазах, она резко пересмотрела свои бесстыжие планы. Однако теперь какая-то неведомая сила тащила меня прямо за шею к той, от которой хотелось оказаться как можно дальше. Эта сила сбила меня с ног и повалила прямо на королеву, да так, что «бедняжка» не имела шансов выбраться.

С женщинами этого мира у меня сплошные проблемы! Даже с самой уникальной и то не обошлось без курьеза. На мгновение меня ослепила яркая вспышка света, а когда зрение вернулось, на постели ничком я оказался один.

«Сбежала!» – мелькнула первая радостная мысль. Однако странные урчащие звуки в районе грудной клетки заставили насторожиться. Не заболел ли я тут какой-нибудь грудной жабой? «Фу!» – облегченно вздохнул я, приподнявшись. На простыне сидела самая обыкновенная жаба, а на моей груди болтался зеленый блестящий камушек. Своим шнурком он разорвал мне полрубахи и оставил глубокий след на шее.

– Но КАК?! – спросил я вслух самого себя, тупо уставившись на взявшийся непонятно откуда изумруд.

Ответом мне было только недовольное кваканье.

Разгадка обнаружилась на следующий день, когда в Зюрюнград, загнав по дороге двух лошадей, вернулись «сгоревший» десять лет назад Хрумстыч, и… его первая жена. Та самая старушка, что взяла у меня монетку с дорогим ее сердцу изображением. Благодаря своим чарам она выудила из меня всю информацию и снабдила самым эффективным оружием против Узранды.

Глядя на избавительницу теперь, язык просто не поворачивался назвать ее пожилой дамой. Королева помолодела лет на двадцать. Я же говорил, что все женщины этого мира чертовски привлекательны. И первая жена Хрумстыча – не исключение.