Легко!

Степанов Николай Викторович

– Почему я? Сам и отдашь.

– Мне теперь в Гранск путь заказан. Я теперь – кто? Преступник и человек, которого признал чудодейственный меч. В один день засудят.

– Они могут, – согласился я.

– Ничего, я и без них не пропаду. Пошли отсюда.

– Куда?

– Я сегодня переговорил с Грюндом. Тебе обязательно нужно встретиться с их шаманом. Тот хоть малость тронулся рассудком, но знает, как освободить человека от Салимангра, если заклинание не было доведено до конца.

– А откуда

тебе известно, что Чурван его не закончил?

– Хм, – самодовольно ухмыльнулся Брякун. – Я к решению серьезных проблем подхожу самым тщательнейшим образом. Что ж, я зря целых два часа мучил расспросами Грюнда и его шамана?

– И что?

– Раз ты на свое имя откликаешься, значит, вас там двое. Меч поможет тебе уйти из-под воли Чурвана и сделает более сговорчивым Салимангра. Помнишь, когда я угостил плетью твоего шамана, он пытался командовать?

– Тогда еще меч вспыхнул, – добавил я.

– Главное – ты не выполнил его приказа.

– Точно! Тогда веди.

Мы пошли прочь от охраняемого объекта, и Салимангр сразу проснулся: «Опять нарушаем?»

«Имеем право. Мне достали бич».

«Не может быть! – Потустороннее сознание прямо затряслось от волнения. – Значит, ты вернешь мне свободу!»

Последняя фраза больше напоминала приказ.

«Пока не расскажешь как – не смогу».

«Это делается просто, – торопливо начал объяснять он. – Привязываешь веревку одним концом к бичу, другим к себе. Вонзаешь его в землю и выполняешь три круга, затем вытаскиваешь железяку и ломаешь ее у себя над головой. После чего я свободен».

«А я?»

«Что – ты?»

«Ты не сказал – что будет со мной?»

«С тобой? – он немного замялся. – Как это ни печально, мы расстанемся. Ты будешь свободен от моего присутствия».

Кроме новых подозрений, его ответ мне ничего не дал.

«Все здорово, только железяку ломать нельзя. Вещь чужая, ее вернуть нужно».

«Ах так! Ты вздумал идти против меня?! Зря. Я тебя предупреждал: законы Салимангров нарушать нельзя. Расплата будет жестокой!»

Страшная волна боли ударила по голове. Я непроизвольно остановился.

– Чего стал? Мы спешим, – как сквозь туман донесся голос Брякуна.

– Одну минуту, – с трудом выговаривая каждую букву, ответил я.

«Ты хочешь драки?» – я с трудом продолжил мысленный разговор с Салимангром.

«Драка? С кем – с тобой? Это, конечно, смешно, но я уже готов пожертвовать веселившим меня все дни шутом. Ты мне надоел».

«Приказа уничтожать кого бы то ни было не поступало. Сейчас ты нарушаешь законы и будешь за это наказан».

«Ха, ха, ха! Я забыл тебе сообщить один ма-а-аленький нюанс: закон всегда на стороне сильного».

«Ты забыл не только это. – Я развернул подарок Брякуна и поднес меч ко лбу. – И кто из нас сейчас сильнее?»

«А-а-а!!! Что

ты делаешь?!» – завопил дух.

«Ты первый решил разговаривать с позиции силы. Пожалуйста». – Лезвие снова коснулось головы.

«Прекрати сейчас же!! Мне больно!»

«Ты уверен, что вправе приказывать?» – Бич еще раз продемонстрировал свою воспитательную способность.

«Я умоляю, не надо…» – просипел мой постоялец.

«Тогда сиди и не дергайся».

Он ничего не ответил.

– Все в порядке? – встревоженно спросил Брякун.

– Пока – вроде бы да. Но если со мной вдруг начнутся какие-нибудь странности, будь другом, приложи меч к моей голове.

– С превеликим удовольствием! Я давно мечтаю отблагодарить тебя за то, что ты меня сонного зашвырнул в колючий кустарник.

– Я же не знал, что он колючий.

– Только не надо оправдываться!

Несмотря на позднюю ночь, Грюнд встретил нас как старых друзей.

– Наслышан, наслышан о твоих «подвигах»! И сколько деревень ты подчинил Чурвану?

Кривоносый крудд после исчезновения пленниц из селения вернулся домой триумфатором. Страмыга, как у них водится, забили палками и забыли о том, что он когда-либо существовал. Если кандидат на место вождя не оправдывал надежд и не выполнял собственных обещаний, от него быстро избавлялись.

– Сейчас под началом шамана девять мелких деревушек. Следующей на очереди стояла твоя вотчина.

– Я знал, что Чурван не остановится на достигнутом. Поэтому-то мы и сдружились с этим беззубым уродцем, – улыбнулся вождь.

– Ты на свою морду сначала погляди, красавец, – так же беззлобно отозвался Брякун.

– Вижу, у вас тут полное взаимопонимание, – усмехнулся я. – Вы мне лучше скорее расскажите, как избавиться от нахлебника?

– Сейчас все сделаем. За шаманом уже послали.

«Вот ты как заговорил! А ведь мы столько веселых минут вместе провели. И что я слышу? „Нахлебник“, „избавиться“! Не думал я, что ты такой жестокий», – принялся меня совестить молчавший доселе Салимангр.

«Избавиться» и «уничтожить» – это разные вещи. Убивать я тебя не собираюсь, хотя и следовало бы. А сейчас замолчи, мешаешь общаться».

В комнату вошел седой крудд с черным пятном во весь лоб.

– Где Салимангр? – Он долго присматривался к присутствующим. – А, вот он. Помню-помню. Бич имеется?

Я вытащил меч и спросил:

– Что будет с Салимангром, когда вы его прогоните?

– Мы его не прогоним, а убьем, – сказал шаман.

«А ты говоришь – не одно и то же», – простонал непрошеный гость.

– А другого способа нет?

И вождь, и Брякун начали подавать колдуну знаки, пытаясь выжать из него нужный им ответ, но шаман действительно пребывал в состоянии прострации: