Ленивец

Чехин Сергей Николаевич

Меж окнами вторых этажей протянулись веревки, так плотно увешанные бельем, что полностью закрывали небо. Мы шли словно по залитой грязью шахте, вслушиваясь в вопли и песни на площади. Жители так обрадовались чудесному исцелению, что напрочь забыли о многочисленных трупах, валяющихся чуть ли не на каждом углу. Здоровенные, будто прямо из метро, крысы присоединились к празднику и с упоением грызли мертвечину. Это сказка? Нет, это сраный ад.

Стражи у замковых ворот подняли кулаки и гаркнули:

– Майор! Лейтенант!

– Вольно, -

ответил Томан.

Наконец-то добрались до башенки. Недурная комнатушка. Карта на столе, плетеные стулья вдоль стен, камин. Круглое окно выходит на реку. И стойкий запах какой-то травы, напоминающей эстрагон экей тархун. Скорее всего, майор так отгонял чуму, словно это мухи или комары. Ох уж эта средневековая наука. Пусти кровь, прими ртуть.

– Докладывай.
– Рыжий сел во главе стола.

– Отряд разбит. В округе рыщет Колбан с гвардейцами.

– Что?!
– Командир вытаращил глаз.
– Какого беса ему тут надо?

– Его ищет.

Я протянул ноги к огню, укутался в плащ и собрался прикорнуть, и на тебе.

– Сэра Леонида? Кто он?

– Не поверишь! Он...

– Маг-ренегат, - громко и четко произнес я.

Томан скрестил руки на груди и нахмурился.

– Это как?

– Ну, живу себе, живу с дядей и тетей. И вдруг прилетает сова.

– Сова?

– Да. Здоровая такая, жирная. И с письмом в лапках. Первая мысль - опять спам. Местный знахарь задрал писульки рассылать, каждый день воробьи с рекламой по всей деревне носятся. Порчу сниму, урожай увеличу. Принимайте мое зелье каждый день и... Открываю: вы, пишут, волшебник. И должны немедля явиться в школу магии для обучения. Думаю - да на кой она мне нужна? Ехать еще куда-то, с дивана вставать. В общем, выкинул письмо.

– Так.

– Вот. А через недельку заявился какой-то бородатый тип в серой хламиде и остроконечной шляпе. Говорит, собирайся, приключения ждут. Отвечаю - дед, отвянь. Никуда я не поеду, мне и тут хорошо. Он ушел. Следующим утром отправился в лес за грибами, возвращаюсь - а хату сожгли дотла. И вокруг шастают штурмов... гвардейцы во главе с кашляющим стариком.

– Лорд Колбан!

– Ага, он самый. Вижу - серьезно парни настроены. Вот и пришлось бежать без оглядки. А потом наткнулся на Лиру - тоже от Колбана пряталась. Такая вот история.

– Удивительно. Лейтенант, это правда?

– Н...

– Правда-правда. Разве может офицер соврать? Если офицер ляпнет не то - всякое может случиться. Всякое нехорошее...

Девушка опустила голову.

– Да. Он не лжет.

– А чума? Ваших рук дело?

– Ну что вы, я очень слабый колдун, необученный. Просто совпадение.

– Выходит, богиня сжалилась над нами. Но если Колбан рядом - жди беды. Он может напасть на город в любой момент. А половина гарнизона умерла от заразы.

– Мои соболезнования. У вас корабль есть?

– Шутите, сэр? Дюнвик за версту огибают. Купцы пожалуют через неделю, не раньше.

–

М-да, ситуация...

Так долго тусоваться в вонючей дыре... с ума сойти. Хотя если ее немножко почистить, помыть, отправить горожан на субботник... Пока на улицах столько дерьма и трупов - с кресла не встану.

– Есть хочется...

– В столовой остался завтрак. Наверное.

Лира проводила меня в просторное помещение с длинным столом и скамьями. Дежурный принес нам два закрытых глиняных горшочка и ломти черствого хлеба. Без задней мысли поднял крышку и чуть не задохнулся. Вонь была... неописуемая. Представьте концентрированную смесь пережаренной селедки и тухлой рыбы. Аж глаза заслезились. Как только не блеванул - загадка мироздания.

Спутница же с аппетитом налетела на угощение и принялась полной ложкой черпать нечто, напоминающее склизкий кисель с чешуей, костями и требухой. Заметив мое лицо, очень похожее на ту фотку с китайским пловцом, она удивленно спросила:

– Чего не ешь?

– Что. Это. Такое?

– Квашеный лещ.

– Квашеный?

– Ну да. С нотками чернозема. Чуешь?

Лира поднесла ложку к лицу, но дар принял это за химическую атаку и окутал меня непроницаемым щитом. Вот бы раньше так!

– Рецепт прост. Роешь яму поглубже. Засыпаешь лещами. Сверху прикрываешь дерном. Месяц полежит - и весь год есть можно. В походе самое то.

В пищеводе словно закопошились слизни.

– А где подают обычную еду? Шашлыки, кашу, овощи?

– В таверне у причала. Но сейчас там все бешено дорогое. Из-за чумы всегда задирают цены.

– Есть деньги?

– Пара монет.

– Дай одну.

– Не хватит...

– Дай. И не задавай вопросы.

Она положила на стол серебряный кругляш. Спрятал его в карман.

– За мной.

Мы встали посреди винтовой лестницы. Здесь нас вряд ли бы заметили, а рисковать я не мог. Фальшивомонетчиков в эти славные века варили заживо или сажали на кол.

Снял плащ, протянул спутнице.

– Держи. Услышишь шаги - сворачивай и уходи.

– Что ты задумал?

– Тихо.

Положил монетку на ладонь, вздохнул и шепнул:

– Контрол-копи, контрол-паст.

И резко провел по серебряному свободной рукой, будто норовя швырнуть его в Лиру. Блестящий кругляш упал на плащ. Еще один остался на ладони.

– Ничего себе.

– А ты думала. Лови.

Монеты полетели как из-под копыт золотой антилопы.

– Завтра начинаю жизнь с чистого листа. Светлые мысли, белоснежный кадиллак...

– Хватит. Держать уже тяжело.

– Бери половину и валим отсюда. Кажется, я весь провонял квашеным лещом.

– Сейчас. У начальства отпрошусь.

В таверне мы нашли лишь забулдыгу под столом - то ли пьяного, то ли мертвого. Весь город кутил на площади, неистово топоча и брызгая друг на друга нечистотами. Если дело пойдет в том же русле - уже завтра вспыхнет новая эпидемия.