Лейла

Гувер Колин

— Как долго вы пробыли здесь после первой встречи? — спрашивает он.

— Еще три дня.

— Произошло ли за это время что-то примечательное?

— Не припомню ничего особенного. В основном мы проводили время в номере. Спускались, только чтобы поесть. Мы оказались здесь в разгар рабочей недели, так что постояльцев было немного.

— После этого вы вернулись в Теннесси, а Лейла уехала в Чикаго?

— Нет. Даже проведя вместе четыре дня, мы были не готовы прощаться. Я пригласил ее погостить неделю у меня в Теннесси,

но неделя превратилась в две, потом в шесть, а потом и в восемь. Мы не хотели расставаться.

— И как давно вы уже вместе?

— Около восьми месяцев.

— Произошли ли в вашей жизни какие-то существенные изменения после встречи с ней? Кроме очевидных.

Я отвечаю ему вялым смешком.

— Я даже понять не могу, что вы имеете в виду. Очень многое изменилось.

— Под очевидными изменениями я подразумеваю все, что происходит в доме, — поясняет детектив. — Какие изменения произошли еще раньше?

Я делаю еще глоток бурбона.

И допиваю до дна.

Я размышляю обо всем, разглядывая дно пустого стакана. О фотографии, которую выложил в сеть и последствиях моих действий, о страхе и выздоровлении.

— Первую пару месяцев все было идеально.

— А потом?

Я отвечаю на его вопрос тяжелым вздохом.

— А потом появилась Сейбл.

— Кто это, Сейбл?

— Моя бывшая.

Глава 3

Лейла читает журнал, лежа на моей кровати, а я тем временем запихиваю пару джинсов в рюкзак.

— Ты взял зарядку для телефона? — проверяет она.

— Взял.

— Зубную щетку с пастой?

— Все есть.

— Возьми с собой книжку, — предлагает она. — Тебе долго ехать.

— У меня нет книг.

Лейла опускает журнал к груди и смотрит на меня с выражением, будто я ее оскорбил.

— Лидс, давно доказано, что читающие люди живут дольше. Ты что, хочешь умереть молодым?

Ее мозг как извращенная версия Википедии.

— Я читаю. Просто с телефона. Мне нравится путешествовать налегке.

Она смотрит на меня, вскинув бровь.

— Брешешь. Какую книгу ты прочел последней?

— «Признания опасного человека».

— Кто автор? О чем она? — Лейла ухмыляется, будто мне не выдержать этот допрос.

— Я не помню имя автора. В семидесятых он вел «Гонг-шоу». — Я отбрасываю рюкзак в сторону и, взяв телефон, включаю его впервые со вчерашнего вечера. Лейла, приподнявшись на локте, с любопытством наблюдает, как я жду, пока загрузятся приложения. Я сажусь на кровать и нахожу нужную книгу в киндл. — Чак Бэррис. Еще он выпустил шоу «Игра молодоженов».

— Это автобиография?

— Наверное. Мужик утверждает, что был киллером на службе у ЦРУ, но я еще не дочитал книгу.

— Ведущий «Гонг-шоу» был киллером?

— Поговаривают, что он все выдумал. Поэтому я ее и читаю.

— Ух ты. Как сексуально.

—

Ты считаешь киллеров сексуальными?

— Нет, — мотает головой Лейла. — Сексуально то, что ты читаешь книги. — Она вновь берет журнал и устремляет взгляд на его страницы. — Ты сексуальный. Пишешь песни, читаешь книги. Жаль только, готовить ни хрена не умеешь.

Я отталкиваю ее в сторону и игриво шлепаю по заднице, а она, хохоча, падает на спину.

— Ну правда. Ты даже сэндвич сделать не можешь, не испортив.

— А ты мне, по-твоему, на что?

Лейла в ответ закатывает глаза. А я начинаю просматривать все сообщения, которые пропустил за те двенадцать часов, что телефон пролежал выключенным.

Первое сообщение от Гаррета со временем и местом сегодняшней встречи.

Я не ушел из группы. Когда мы с Лейлой выехали из гостиницы, Гаррет написал мне, как ни в чем не бывало, будто я не пропустил два концерта подряд из-за девушки, с которой только что познакомился. «Твой отпуск уже закончился? Нужно, чтобы ты сыграл сегодня», — все, что написал он.

Той ночью я не смог придумать толковой отговорки, чтобы отказаться, да и, зная, что Лейла пойдет со мной на выступление, уже не испытывал прежнего ужаса. С тех пор прошло несколько недель, и хотя стоя на сцене, я ощущаю все ту же мертвую пустоту внутри, благодаря Лейле все же чувствую себя живым.

Я не считаю себя циником в вопросах любви, но за всю жизнь лишь пару раз состоял в отношениях. Всегда воображал, что любовь настигнет меня годам к сорока, когда я устану от жизни и путешествий. Уверен, что такой взгляд на жизнь у меня сформировался из-за Джерри Сайнфелда².

В пятнадцать я запоем посмотрел все сезоны «Сайнфелда» и пришел к убеждению, что Джерри был прав. В каждом человеке есть какая-то раздражающая черта. И раздражает она достаточно сильно, чтобы отношения с этим человеком начали походить на пытку. Став свидетелем череды неудачных отношений Джерри, я начал искать в людях самые раздражающие особенности. Их смех. Отношение к обслуживающему персоналу. Предпочтения в кино, музыке, выборе друзей. Их родители. Едва начав встречаться с девушкой, я уже обдумывал варианты разорвать отношения.

Пока не встретил Лейлу.

Мы провели в Coraz'on del Pa'is еще три ночи, но даже после этого я не хотел с ней прощаться. Я не нашел в Лейле ни одной раздражающей меня черты. Напротив, мысль о том, чтобы остаться одному, вселяла в меня больший ужас, чем перспектива быть с девушкой. Такое со мной впервые.

Я пригласил ее провести вместе неделю во Франклине, но с тех пор прошло уже больше двух месяцев, в течение которых я занимался сексом чаще, чем рассчитывал заняться за всю жизнь. Когда мы не трахаемся, я играю ей свои песни, или пишу песни, или же думаю о них. Кажется, что моя музыка обрела больше смысла с тех пор, как Лейла ей заинтересовалась.