Лейла
Шрифт:
— Как так? Почему не публиковал, черт возьми?
Я лишь пожимаю плечами.
— Не знаю. — Правда, не знаю. — Возможно, потому что все в Нэшвилле мнят себя кем-то. А я не хочу быть воображалой.
Она встает с дивана и подходит ко мне. Затем толкает меня в плечи, пока я не упираюсь спиной в рояль, и садится сверху, упершись коленями в банкетку по бокам от моих ног. Лейла обхватывает мое лицо ладонями и говорит, с прищуром глядя мне в глаза:
— Очень эгоистично с твоей стороны прятать свои песни. Лучше быть бескорыстным
Думаю, я рад, что повстречал эту девушку.
Я действительно рад.
Опустив ладонь на ее затылок, я притягиваю Лейлу для поцелуя. Я понятия не имею, что происходит. Уже очень давно у меня не возникало настолько сильной симпатии к девушке, что интересовало лишь, где она будет завтра.
Но… где Лейла будет завтра?
Где она была вчера?
Где ее дом?
Где она выросла?
Кто сейчас самый важный человек в ее жизни?
Я хочу знать о ней все. Абсолютно все.
Лейла разрывает наш поцелуй.
— Аспен заметила сегодня, как я на тебя глазею, и предупредила меня. Она сказала: «Дай слово, что и близко не подойдешь к музыкантам. У них наверняка хламидии».
Я смеюсь.
— Ты пообещала ей, что будешь держаться от меня подальше?
— Нет, я ответила ей: «Нестрашно, если у него хламидии. Презервативы у него, наверное, тоже есть».
— У меня нет хламидий. Но и презервативов тоже нет.
Она освобождается из моих объятий и встает.
— Ничего страшного. У меня в комнате есть презерватив. — И, развернувшись, идет к выходу.
Собрав с пола наши мокрые вещи, я иду за ней наверх. Не уверен, что Лейла приглашала меня в свою комнату, но она явно ожидает, что я пойду следом, потому как продолжает говорить со мной на ходу.
— У меня давно никого не было, — бросает Лейла через плечо. — А презервативы есть только потому, что их раздавали в качестве презента на девичнике. — Она задерживается на ступеньке и поворачивается ко мне. — Я и подумать не могла, что на деле окажется так трудно с кем-то перепихнуться. В колледже ты даже значения не придаешь тому, как это просто, но после колледжа… эх. — Лейла продолжает подниматься. Я захожу в ее номер следом за ней. — После колледжа сложность с сексом состоит в том, что я ненавижу ходить на свидания. Они отнимают слишком много времени. Ты можешь уже через пять минут понять, что человек не стоит твоего времени, но посвящаешь ему целый вечер.
Я с ней согласен. Предпочитаю сразу выкладывать все карты на стол. Я всегда мечтал встретить ту, с кем сразу смогу найти общий язык, а потом вместе пойти ко дну.
Не знаю, станет ли Лейла этим человеком, но, когда мы коснулись дна бассейна, ощущения подсказывали мне: такое вполне возможно. Поцелуй с ней был самым страстным в моей жизни.
Забрав у меня наши мокрые вещи, Лейла относит их в ванную. Она бросает их в душевую кабину, а вернувшись в спальню, говорит:
— Ты должен уйти из
Я никогда не встречал таких непредсказуемых людей. Даже самое простое предложение, произнесенной ей, застает меня врасплох.
— Почему?
— Потому что ты несчастен.
В этом она права. Мы подходим к кровати.
— А чем ты зарабатываешь на жизнь? — интересуюсь я.
— Ничем. Меня уволили на прошлой неделе.
Лейла садится на кровать, опираясь спиной на изголовье. Я устраиваюсь на боку, подложив подушку под голову, и смотрю на девушку. Мое лицо оказывается возле ее бедра, что кажется странным и вместе с тем эротичным. Я прикасаюсь к нему губами.
— За что тебя уволили?
— Меня не отпускали на свадьбу Аспен, поэтому я просто не вышла на работу. — Она сползает по кровати и повторяет мою позу. — У тебя мокрые боксеры. Стоит, наверное, тебя раздеть.
Мне нравится ее прямолинейность.
Я хватаю ее за талию и укладываю на себя. У нее перехватывает дыхание, оттого как идеально сочетаются наши тела. Лейле не дотянуться до моего лица из-за того, что я выше ростом, но мне хочется поцеловать ее. Ей, видимо, тоже, потому что она ползет вдоль моего тела, пока наши губы не сливаются в поцелуе.
На нас уже почти не осталось одежды и через считанные секунды мы оказываемся голыми под одеялом, почти позабыв о предохранении. Но я не знаю ее, а она меня, и я терпеливо жду, пока Лейла ищет свою сумочку в темной комнате. Достав презерватив, она отдает его мне, и я начинаю надевать его под одеялом.
— Наверное, ты права, — говорю я.
— В чем?
Я наваливаюсь на нее сверху, и она разводит ноги, давая мне устроиться между ними.
— Надо уйти из группы.
Лейла согласно кивает.
— Ты стал бы счастливее, если бы играл свою музыку, даже если не станешь на ней зарабатывать. — Она быстро целует меня и снова отстраняется. — Найди сносную работу, а между делом выпускай свою музыку. Лучше быть бедняком, довольным жизнью, чем… бедняком с пустотой внутри. Я бы сказала, богачом с пустотой внутри, но не похоже, что ты богат, иначе не играл бы в этой группе.
Я размышляю, стоит ли сказать ей, что я отнюдь не беден, но мне стыдно признаться, что я играю в группе не из нужды, а по собственной воле, поэтому решаю промолчать.
— Если суждено быть бедняком, то лучше уж быть счастливым бедняком, — добавляет Лейла.
Она права. Я целую ее шею, а затем грудь. А после снова захватываю ее губы в поцелуе.
— Думаю, я рад, что встретил тебя.
Она слегка отстраняется и смотрит на меня с улыбкой.
— Думаешь? Или правда рад?
— Я рад. Я очень рад, что встретил тебя.
Лейла проводит кончиками пальцев по моим губам.
— А я очень рада, что встретила тебя.
Мы целуемся в неспешном предвкушении, будто уверены, что у нас вся ночь впереди. Но презерватив уже на мне, а она уже направляет меня внутрь.