Либретто
Шрифт:
– А смысл?.. Думаешь, они скажут? Да и какая нахуй разница. У всех крыша едет… Но они одни из лучших, согласись?
– Да…
– До рассвета полчаса… Надо собрать бойцов и ехать туда. «Хотя бы на одном БТРе», – произнес кэп, смотря на огонь в буржуйке. – Если они там всех поубивали, бояться при свете дня нечего и надо подчистить всё. Там народу теперь будет пиздец!
– Понял…
– Ушной! – позвал он радиста. – Передай в батальон, что по данным нашей разведки, боевики были замечены на юге в ауле N. Едем смотреть что к чему.
– Есть! – отчеканил радист Миша по кличке
Прибыв на место, спецназ застал там весь аул и милицию. Женщины голосили, когда выносили трупы Исы, его жены и внучки, старики и дети стояли молча с суровым видом.
– Не успели, блять, по-тихому… – выругался капитан и сержант Витя расстроенно сплюнул.
БТР остановился и кэп спрыгнул с брони. Возле ворот стоял участковый в звании майора, из местных, и нервно курил.
– Что тут у тебя, майор? – спросил кэп и тоже закурил.
– Семья Исая Галиева погибла, – ответил майор. – И с ними восемь боевиков.
«Опять восемь?» – подумал кэп, вспомнив инцидент с поездкой за хлебом.
– Что думаешь? – спросил кэп майора.
– А хули, блять, мне думать?! Война идёт! – разразился майор. – Что я могу?! Но я, блять, точно знаю, что гнал этот несчастный самогон. А знаешь, кто были его клиентами постоянно, а? Русские вояки! Не твои ли были сегодня? – и майор сильно ткнул Гену пальцем в грудь. – Судя по тому, что внутри, Иса не мог этого сделать в одиночку… Бойцы, блять… Бросают посты, уходят за водкой! Свиньи! – майор зло сверлил глазами капитана Гену.
– Закрой хайло своё, клоун ёбаный, – Гена с презрением и отвращением надвинулся на майора. – У тебя тут банда шастает под носом, а ты яйцами своими в бильярд играешь, сука!
– Чоо?!.. – майор было вздумал отстоять свою честь.
– Хуй в очо, не горячо? – кэп плюнул майору под ноги. – Я боевиков посмотрю.
– Да пошел ты… – отрезал майор и отошёл.
Кэп осмотрел дом и увидел опытным взглядом всю картину происшедшего прошлой ночью. Особенно наглядно получилось, вспоминая рассказ ребят. «Поработали зачётно, ничего не скажешь… Везение и удача, конечно. Но ведь и голова на плечах есть, раз так всё произошло. Не буду наказывать», – решил про себя капитан. Осмотрел боевиков. Документы забрать не удалось, но он понял – эти бандюганы из местных, не наёмники. А значит, вполне возможно, что никого больше и нет, кроме этих. Может просто спустились с гор домой и по пути нарвались на спецназ, жаждущий водки…
Но информацию Гена всё равно передал. Он запрыгнул на броню и бойцы, провожаемые плевками и непристойными жестами, под общий гул толпы, скрылись из виду.
***
А через несколько дней боевики снова поразили своим появлением, казалось бы, из ниоткуда. Удивили появлением и количеством – что-то в районе двух сотен их было. Заняли Аргун и окопались в нем. Несколько дней шёл штурм, задействованы были спецназ ВВ, СОБР, ОМОН, танкисты, артиллерия, да и в общем, «вся королевская рать» …
Во время боя за один двухэтажный дом, Данилу контузило близко разорвавшийся миной. Спецы засели на первом этаже, пытались выдавить боевиков со второго, и Данила выскочил на улицу, чтобы зашвырнуть гранату в окно. У него это получилось,
Серёжа в том же бою, спустя всего несколько минут после выше описанных событий, заработал орден Мужества, накрыв своим телом залетевшую к ним гранату, но она не разорвалась. Когда его, обмочившегося, пацаны подняли с пола и поставили на ноги, сняв с него каску, чтобы облить водкой, Серёга был совершенно седой…
Много было раненых в тех боях. И убитые были: погиб, совсем недавно получивший звание майора, «капитан Гена» – его «снял» снайпер. Погиб связист Миша – осколок гранаты аккуратно вошел ему в основание черепа и Миша так и не успел донести послание о том, что их командира больше нет и им нужно отходить, потому что их окружали, надо было откатиться назад, чтобы потом начать всё с начала…
Вадим с сержантом Витей руководили оставшейся без «головы» группой. Благодаря им, люди остались живы, а группа осталась мобильной и боеспособной, потому что под прикрытием танков и СОБРа, вовремя отошла. Не было ни одного, кто бы не получил ранение – серьёзное или нет – но так или иначе пострадали все. Мало толку от спецназа в открытом поле, ведь заходить надо было с открытого места.
При поддержке авиации, удалось погасить сопротивление боевиков – следующие дни проводились только зачистки.
Данилу самолётом с другими ранеными со всех родов войск отправили в госпиталь в Ростов-на-Дону, а в конце сентября потрепанных бойцов сменили всех: кого по сроку службы, потому что большинство служило с начала войны, кого – по ранениям и заслугам. Из тех, кто прибыл в мае, остались все, кто был жив и мог держать в руках автомат. Только Серёгу отправили в отпуск, можно сказать, насильно: командование дивизии надеялось, что через сорок дней отпуска, пыл его остынет, он отдохнет и принесёт пользу этой войне, готовя молодых глубоко в тылу.
Сержант Витя тяжело переживал потерю своего друга Гены… Он не пожелал оставаться под командованием нового человека и тоже поехал домой – до дембеля ему оставалось каких-то полгода. Из близких друзей остались воевать дальше только Вадим и Лёха – они решили дослужить свои 9 месяцев.
Приехал новый командир, вошёл в курс всех дел и через несколько дней Вадим и Лёха остались совсем в новой группе.
Тяжело терять тех, кого любишь. Даже если эти люди живы, но их нет с тобой рядом… От этого то место, где ты живешь, тускнеет, и даже ты сам уже не тот, что был раньше.