Лич
Шрифт:
Останавливало Кирилла осознание, что резкие перемены чреваты неприятными последствиями. Он уже и так много дров наломал, казнив Чинальпоку, его сообщников, подвинув от кормушки остальную живую аристократию. Слишком вольготно они себя чувствовали последние три десятка лет.
Кирилл терпел Теякапан из-за ее сети осведомителей, состоявших из различных знатных девушек, женщин, простых служанок, рабов и рабынь. О чем шепчутся при дворе, в городе необходимо знать, а то мало ли.
Постепенно правитель Ацтлана хотел убрать с ключевых постов нынешних личей, заменив их теми, кому больше доверяет. Тот же Тлалок
С Теякапан сложнее, другую такую же сплетницу во всем Ацтлане не сыскать, вдобавок она испытывает серьезные чувства к Кеоцикалю, которым Кирилл себя не считал.
Ближе к вечеру архилич на телеге, запряженной мертвой лошадью, в сопровождении нескольких воинов отправился на окраину столицы на испытательный полигон. Хотя полигоном поляну посреди леса можно назвать с огромной натяжкой, Кирилл собирался провести демонстрацию нового оружия.
На месте уже ждал Тлалок с двумя послушниками и одним подгнившим зомби без руки.
— Выгружайте.
Полуличи достали из под тента в телеге двухметровое бревно с просверленной почти на полную длину сердцевиной. На древесине, очищенной от коры, были вырезаны колдовские знаки и слова заклинаний. Также для удобства Кирилл прибил две рукоятки, оружие можно держать как гранатомет.
— Это оно и есть, мой царь? — с недоумением спросил Тлалок.
— Ага, — один из немертвых достал из телеги тонкий железный штырь с оперением на конце и затолкал в дуло пушки. Отдаленно снаряд напоминал танковый ОБПС.
– Исключительно моя идея.
— Я так понимаю, оно должно выстрелить этой железкой?
— В ходе экспериментов, — начал объяснять Кирилл. — Выяснилось, что метание предметов с помощью заклинания «невидимой руки» не позволяет разогнать их до нужной скорости. Маг чисто физически не способен придать достаточное ускорение, каким бы могуществом не обладал. И тогда я попытался решить проблему, основываясь на знаниях Земли, впрочем, меньше слов, больше дела…
Архилич взгромоздил заряженную конструкцию на плечо. Целью был выбран стоявший в двадцати метрах неразумный зомби, вокруг которого мерцал желтовато-янтарный ореол защитного поля. Тлалок наложил самую мощную магическую защиту из арсенала жрецов-личей, в теории она способна даже выдерживать драконье пламя короткое время. Едва Кирилл прошептал слово-ключ, чары активировались, письмена на бревне засияли зеленым и раздался громкий хлопок. Преодолевшая сверхзвуковой барьер болванка быстро достигла мишени. Энергетический барьер лопнул, словно мыльный пузырь, тело зомби разлетелось на мелкие ошметки. Стволы деревьев позади тоже пострадали неслабо, вековые эвкалипты прошило насквозь. Колоссальную отдачу поглотили специальные чары, иначе сам стрелок улетел бы назад.
Тлалок некоторое время просто молча глядел на последствия применения телекинетического ускорителя.
— Что скажешь?
— Оно прошло сквозь высшую защиту и даже ее не заметило…
— Магией драконов практически невозможно убить, верно? Но никто не говорил про обычные железные ломы, пусть и разогнанные магией.
— Ты понимаешь, мой царь, какое разрушительное оружие создал? — с восхищением сказал Тлалок. — Ни один маг не устоит, включая тебя!
— Значит, я не зря соблюдал
— Это абсолютно правильно, владыка, — кивнул младший жрец. — Если об этом… метателе узнают враги, никто из нас не сможет чувствовать себя защищенным. Его изготовит любой мало-мальски толковый маг.
Тлалок взял у Кирилла бревно и внимательно изучил вырезанные письмена.
— Ты вот сумеешь?
— Сумею. Как хитро наложены отталкивающие чары.
— Ничего сложного, — пожал плечами Кирилл. — На Земле существует похожее оружие, там снаряды разгоняли с помощью магнитов и их силы взаимного отталкивания. Я смог применить данный принцип к магии. Удивительно, что до меня никто не додумался до этого.
— Просто основная часть магов мыслит в совершенно ином русле. Зачем разгонять железки до запредельных скоростей, если можно заклинанием поджарить врага молнией, сжечь, заморозить, задушить, содрать плоть с костей?
Кирилл обвел взглядом присутствующих.
— Вы все, никому ни слова об увиденном здесь, даже друг с другом запрещаю обсуждать. Ясно?
— Да, владыка, — невпопад отозвались немертвые.
— А лучше возьму с вас клятвы.
Кинетический ускоритель должен стать основным средством борьбы с драконами, ведь никакой альтернативы пока не имеется. С силой человека-мотылька вышла промашка, жрецы-личи после недели экспериментов заключили, что нуждаются в живом образце. А как и где поймать новых существ непонятно.
В обстановке строжайшей секретности Кирилл приказал Тлалоку наделать побольше ускорителей и снарядов к ним, если получится, усовершенствовать разработку. Младший жрец — один из двух людей, к кому архилич проявил немного доверия.
Вторым стал Ксочипеп, командир царской стражи, который был фанатично предан Кеоцикалю и чьи клятвы не оставляли даже малейшей возможности для предательства. Его архилич решил назначить на тлакеталем, предводителем всей армии. Чинальм слишком скользкий тип, за таким нужен глаз да глаз.
Кирилл считал, что достаточно разобрался в окружающей действительности, пора вести самостоятельную игру. Контроль над армией позволить чувствовать себя более уверенно. Конечно, открытый бунт подчиненной нежити маловероятен из-за принесенных клятв, но саботировать отданные приказы они, прибегнув к хитрости, смогут.
Золин поведал Кириллу о встроенном в каждого лича и полулича механизм самоуничтожения, на крайний случай. Нужно лишь произнести заклинание вслух, вставить в него нужное имя. За двести лет к этой процедуре Кеоцикаль всего трижды, да так, чтобы никто не узнал.
Вскоре в Святилище, дворце-храме в самом центре столицы, состоялся царский совет, где шло обсуждение наиболее важных вопросов.
Жрецы-личи, живые сановники держали отчет перед царем, получали новые распоряжения, кого-то за заслуги награждали, повышали в должности, а кто-то наоборот получал выговор, лишался поста или вовсе жизни.
Кирилл собственноручно удавил не один десяток нерадивых сборщиков налогов, таможенных надзирателей, чиновников, занимавшихся казной. После Чинальпоки приходится серьезно подчищать в государстве, коррупция при казненном наместнике расцвела в невиданных масштабах, взятки брали и давали открыто, ничего не боясь, хотя в прежние времена Кеоцикаль карал за это не менее безжалостно.