Личное счастье
Шрифт:
Полина Аркадьевна отвечала неизменно спокойно и приветливо:
– Они берутся из горошины.
– Значит, они в горошине были спрятаны? А где же они там сидели?
Полина Аркадьевна взяла из миски с водой разбухшую горошину, разломила ее пополам и показала малюсенький зародыш.
– Вот так они там сидят.
Изюмка унесла эту горошину, долго разглядывала малюсенький росточек. Потом спрятала горошину в коробку: когда приедут папа, Зина и Антон, она им покажет.
Вскоре оказалось, что в речке живут не
Но, кроме рыбок, в речке живут еще водяные жуки. Они бегают по воде будто на коньках и не тонут. Такие веселые эти жуки! Еще в речке есть раковины. Они очень крепко закрыты. Сначала кажется, что это просто так – раковинка, и всё. Но, оказывается, там внутри сидит живое существо, моллюск. Иногда этот моллюск приоткрывает створки и выглядывает из раковины. Наверное, ему надоедает сидеть в темноте, вот он откроет дверцу своего домика и поглядывает оттуда на солнечные пятна, которые светятся на песчаном дне, на рыбок, на зеленые водоросли…
Однажды Изюмка, немного испуганная, побежала к Полине Аркадьевне.
– Там около берега… на дне… палочки ползают!
– Какие палочки?
– Обыкновенные! Веточки с деревьев, маленькие… и ползают!
– Не ползают палочки, – сказала Изюмкина подружка Лена, – у них ножек нету.
– Есть, есть ножки! – закричала Изюмка. – Я видела!
Краснощекий толстоногий Андрюша поднял с травы обломок ольховой ветки:
– Где ножки?
– У веток нет ножек, – повторила Лена.
– А я видела! – горячилась Изюмка. – Я сама видела!
Полина Аркадьевна созвала ребятишек, которые играли недалеко от них, на заросшей цветами луговинке, и они все отправились на речку смотреть, как ползают палочки. Ребята бежали вперегонки, всем было интересно смотреть на такую диковину. И только Лена спокойно шла рядом с Полиной Аркадьевной и время от времени монотонно повторяла:
– А палочки не ползают. У них нету ножек.
Зеленый бережок, отлого спускаясь к речке, мягко переходил в песчаную отмель. И здесь, около отмели, в прозрачной тени ракит лежало на дне множество коротких черных обломков, будто кто-то взял тонкую древесную ветку, изломал ее на равные кусочки и бросил в тихий, прогретый солнцем бочажок.
Полина Аркадьевна и ребятишки спустились к самой воде.
– Тише, – прошептала Полина Аркадьевна. – Будто бы нас нет.
Все затихли и стали смотреть в бочажок. Переливчато журчала речка, солнечные отблески волн бежали по ветвям склонившихся над водой ветел, трепетали слюдяными крыльями синие стрекозы, похожие на маленькие вертолеты…
Палочки на дне лежали неподвижно.
Очень
– И ничего они не полз… – начала было Лена.
Но ее сразу дернули за рукав: одна из палочек тихонько пошевелилась и переменила положение.
– Ой! Шевелится!
– Живая, живая палочка!
– Да ничего не живая, это ее водой шевелит!
– Тише, тише, – снова прошептала Полина Аркадьевна. – Будто нас нет…
Тихо, тихо над рекой, никто не шумит, никто не шепчется. Только много внимательных глаз не отрываясь глядит в бочажок.
И – глядите, глядите! – сначала две палочки тронулись с места и еле заметно поползли по мягкому песчаному дну. А вот и третья направилась куда-то… И тут все увидели, что у нее есть ножки.
Дальше молчать было невозможно.
– Я вижу ножки! У них есть ножки!
– А что я говорила? Я говорю, а они…
– А почему у них ножки?
– А почему, которые на дереве, – без ножек?
Полина Аркадьевна засучила рукав и достала из бочажка ползающую палочку. Ребятишки опасливо глядели на нее.
Черный разбухший обломок ветки неподвижно лежал на ладони. Это снова был самый обыкновенный обломок, и никаких ножек у него не было.
– Я говорю, нету… – начала было Лена.
Но ее сейчас же запальчиво перебило несколько голосов:
– А ползала! И ножки были! Мы же видели!
Полина Аркадьевна дождалась, когда они умолкли.
– Это не палочка ползает. Вот, смотрите!
Она разломила ветку, там оказался червяк, довольно противный, белый, с белыми ножками.
– Видите, кто ползает? Это прудовик. Он нежный, без панциря, его может любая рыбка съесть. Вот он и делает себе домик из веточки и сидит в середке. А когда нужно, высунет ножки и ползет. Вот и все!
Полине Аркадьевне с трудом удалось увести ребят от реки. Это была сказка, которая оживала на глазах.
Милые веселые песенки оживали тоже. Изюмка видела ту самую елочку, которая родилась в лесу и в лесу росла. Она видела ту самую букашку, которая тащится с ношей, и пчелу, летящую за медком. Однажды, заслышав где-то в вершинах сосен глухой стук, Изюмка разглядела птицу в красной шапочке, которая стучала клювом по стволу, и красная шапочка ее так и мелькала. Полина Аркадьевна сказала, что это дятел – «дятел носом тук да тук».
А та история, которая приключилась с Изюмкой недавно, началась с кротовой норы.
– Дырка в земле! – закричала Изюмка. – Смотрите, дырка в земле!
– Это кто-нибудь проткнул палкой, – сказала Лена.
– Нет, кто-то рыл землю. Видишь, земля?
– Нет, это палкой.
– А кто же тогда насыпал землю?
– Кто-то проткнул дырку палкой.
– Нет, не палкой, не палкой!
– Нет, палкой, палкой!
Пришлось позвать Полину Аркадьевну.
– Эту норку вырыл крот, – сказала она.