Личные враги
Шрифт:
Это Кормик послал гонца в Кейр, чтобы сообщить о странной пропаже овец. Сейчас он медленно, с достоинством направился к Лорен. Заходящее солнце позолотило его седые волосы, на миг придав ему обманчиво юный облик. Кормик подошел ближе и снова стал почтенным старцем, каким Лорен знала его с младых ногтей: морщинистое лицо, карие глубоко посаженные глаза, жесткая складка губ, в уголках которых, казалось, всегда таится улыбка. Но сейчас Кормик не улыбался.
Лорен выпустила руки Кенны и приветствовала старца, как велел
— А вас изрядно, — заметил он, и Лорен не сумела понять, одобряет он это или нет.
— Если овец воруют викинги, вряд ли их много. За последнее время дозорные видели только один корабль северян.
— Дай бог, дай бог, — отозвался Кормик и, отвернувшись от нее, пошел к деревне.
Лорен нахмурилась, и Кенна сразу заметила это.
— Он очень беспокоится, — прошептала она на ухо девушке. — Вслух он этого не скажет, но в душе боится, что вслед за овцами придет черед людей. Да и англичан он терпеть не может.
— Надо же, а я и не знала, — мрачно отозвалась Лорен. Оглянувшись, она увидела, что Фуллер стоит в двух шагах от нее. — Веди своих людей и лошадей в деревню. Скоро стемнеет, так что заночуем здесь. Я собираюсь оставить нескольких людей на страже перед воротами. Если хочешь, можешь сделать то же самое.
Фуллер коротко кивнул.
— Пойдем! — Кенна дернула Лорен за руку. — Ужинать пора. Посмотришь на моих ребят. А еще расскажешь мне все-все о твоей свадьбе. Жду ее не дождусь!
Лорен успела сделать лишь несколько шагов вверх по травянистому склону, когда услышала за спиной шум, движение, возбужденные выкрики и топот копыт. Девушка поспешно отстранила сестру и побежала назад, к воротам, где уже собралась толпа. От недоброго предчувствия ее охватил озноб.
— Что там такое? — спрашивала она, не в силах ничего разглядеть, кроме крепких шотландских затылков. Никто ей не ответил, и само это молчание было зловещим. Тогда Лорен локтями и плечами проложила себе дорогу вперед и лишь тогда поняла, отчего ее сородичи так враждебно насторожились.
Большой отряд всадников скакал по лугу, направляясь прямиком к деревенскому частоколу. Всадники были еще слишком далеко, чтобы можно было различить, кто это, но в этом и не было нужды. И Лорен, и все остальные уже знали, кто скачет впереди.
Граф Морган сидел на своем вороном жеребце с почти нечеловеческим изяществом. Ветер развевал его длинные иссиня-черные волосы, и в багровых отсветах заходящего солнца он, да и его люди казались пришельцами из преисподней, что явились на последний, погибельный бой со смертными обитателями Шота.
Когда он подъехал ближе, Лорен разглядела, что сзади у его седла болтается в такт галопу вороного какой-то загадочный сверток. Нет, не сверток.
Ягненок. К седлу графа был приторочен
Не одну только Лорен ужаснуло это зрелище. Все, кто окружал ее, уже схватились за мечи, уже враждебно засверкали глазами, двинувшись навстречу чужакам.
— Дьяволово отродье! — крикнул кто-то, и остальные тут же вразнобой подхватили:
— Люциферово семя!
— Проклятые англичане!
— Воры!
— Дьяволы!
— Нет! — громко крикнула Лорен и, шагнув вперед, повернулась лицом к своим сородичам. Никто и не глянул на нее — все взгляды были устремлены на приближавшихся всадников.
— Они не дьяволово семя! — выкрикнула Лорен и лишь сейчас заметила на краю толпы Фуллера и его людей. Окруженные враждебными, колючими взглядами, они тоже обнажили мечи, но при этом развернулись к ее сородичам, уже изготовясь к бою.
— Сейчас они наши союзники! — вновь закричала Лорен. — Не смейте и пальцем их тронуть! Они явились сюда, чтобы помочь нам!
— У них ягненок! — выкрикнул кто-то. — Краденый ягненок!
— Это англичане воровали овец!
— Верно!
— Нет! — срывая голос, крикнула Лорен. — Это не они! Сейчас они все объяснят! Уймитесь и не лезьте на рожон!
За спиной у нее стихал, приближаясь, топот копыт, всадники осаживали фыркающих коней. Лорен не оглянулась. Она не могла, не имела права проиграть в этом противостоянии. Сейчас от нее зависело слишком многое.
— Что все это значит, Лорен Макрай? — негромко, зловеще вкрадчиво осведомились у нее за спиной.
Девушка даже не повернулась — так и стояла, вперив неуступчивый взгляд в безмолвного Кормика.
— Мы обсуждали недавние пропажи овец, Морган. Вижу, ты отыскал ягненка, брошенного викингами.
Боже милосердный, хоть бы он все понял! Хоть бы подыграл Лорен, помог отвести удар от себя и направить всеобщую ненависть на северян!
Позади что-то скрипнуло, быть может, кожаное седло. Что-то увесисто шлепнулось оземь, прямо в грязь. Лорен повернула голову и увидела, что на земле, жалко растопырив ножки, валяется мертвое тельце ягненка.
— Мы нашли его примерно в получасе езды отсюда, — сказал Морган. — Как видишь, его прирезали ловко и очень острым ножом.
— Английским ножом, — проворчал кто-то из шотландцев.
— И откуда бы у викинга взялся английский нож? — почти ласково осведомился граф. — Уж будьте уверены, в такое время мы, англичане, ни на миг не расстаемся со своим оружием. У нас-то хватает ума охранять свою скотину от воров!
Лорен стремительно повернулась к графу.
— Так вы обнаружили лагерь викингов? — спросила она, прежде чем кто-то успел ответить на это недвусмысленное оскорбление.
Граф Морган мрачно смотрел на нее. Но по-прежнему был зол как черт.
— Нет, — после краткого молчания ответил он. — Не нашли. Только у опушки леса валялся вот этот ягненок.