Лили
Шрифт:
– Все нормально, Сойка. Где папа?
– Он уехал на неделю в Нью-Йорк, вместе с отцом Саши. И звонила миссис Сойер… уже более двадцати раз. Полагаю, это срочно, – пыталась сдержать улыбку и серьезно рапортовать об инфантильности этой чумной женщины. Я скинула шпильки, облегченно вздыхая, опуская голые ступни на ледяную шахматную плитку.
– Спасибо, милая, иди спать.
Мы распрощались, и только я хотела набрать точно заполошную Клаудию, как раздался барабанный и настойчивый стук в дверь и бесконечный трезвон. Разъяренная неадекватным поведением Нейта, я выбежала на крыльцо.
– Ты что творишь, псих?! Ты сейчас дверь
Но я даже договорить не успела, как этот скот влетел в мои губы, прижимая к с хлопком закрывающейся двери.
«Мой первый поцелуй… ммм…», – Боже мой… я мечтала об этом с четырнадцати лет, но рывком отстранившись, не отвечая на этот нахальный жест, я произнесла, ехидно кривя свой оскал.
– Я же – мужик…
– Ну а я – гей, – также дерзко выпалил оскорбленный и униженный Сойер.
– Ну ты сам попросил меня! – он не слушал, а угрожающе надвигался.
– Ты обесчестила меня, Лилиана Дэвис. Теперь моя очередь.
С этими словами Нейтан Сойер завладел моими губами в мстительном жестоком поцелуе, запуская свои настойчивые руки по моей талии, поднимаясь одной по спине, а второй к обтянутой в лаковую кожу заднице. Неумело открывая губы и подаваясь ему навстречу, я обняла его шею и тихонько простонала от переполняемых совершенно новых ощущений.
Но ощутить в полной мере порхание чертовых бабочек у меня не получилось, и ножка как в фильмах про большую и искреннюю любовь не взлетела, потому что эта похотливая свинья, получив разрешение, начала совать свои извращенские пальцы под и во все мои предметы одежды, засовывая свой дрянной язык до самых гланд, обслюнявливая мой рот и грубо вжимая меня в дверь, впиваясь в мои мякушки.
Я что есть силы стиснула зубы на его, гуляющем на моих просторах в полной вседозволенности, языке, прокусывая до крови, с силой толкая слюнявого красавчика в грудь.
– Охренел?!
Демонстративно вытирая свой рот туда сюда тыльной стороной запястья и ладони, я убивала его взглядом, сама не соображая, понравился ли мне этот такой внезапный собачий поцелуй.
– Не обольщайся, малышка, целовать тебя, все равно, что целовать сестру, – во время этого паскудного монолога ни один мускул, нерв и даже мышца не дрогнули на его красивом лице.
– Что?!
От этого раздвоения личности горе-кавалера у меня разъехалась касса по всей трассе до самого города, откуда мы только что прикатили, а Сойер припечатал.
– Ты – всего лишь мелкая фригидная пигалица, ясно?!
– Ну все!
Ничего не отвечая, я опрокинула голову и стремительным рывком опустила свой каменный лоб на его хрупкую переносицу с характерным хрустом.
– Дура!!! Ты просто неадекватная отмороженная стерва!
– Я такая.
Сплевывая кровь на мои прекрасные петунии, Нейтан просто взлетел на свой мот и мухой скрылся из виду за поворотом.
– Что это было вообще… – проговорила я, получая мысленный нервный ответ.
«Очередная грязная игра этого г@ндона. Ненавижу! Не таким я себе представляла первый поцелуй… и не с ним… хотя может и да… но не так…»
Решив, что все-таки мне не понравилось, я приняла душ, смывая с себя остатки легкого похмелья и прикосновений наглого скота, и завалилась в любимую мягкучую кровать, прячась за свои легкие шторки от суетных событий и набирая номер Клаудии.
– Миссис Сойер, вы звонили? Не разбудила?
– Слава Богу, Лилиана!!! Мне нужна твоя помощь!!! – оглушила меня
– Что случилось, не кричите так.
– Ты не понимаешь! Алистер уехал! А Кира слушается только его! Она не ест ничего со вчерашнего дня! Она доведет меня до инсульта, Лили!!! Помоги!!! – Клаудия едва не плакала, то кричала, то всхлипывала, и я слышала, как капают капельки успокоительного в воду или виски, и тут меня осенило.
– А где ее родители, я стесняюсь спросить?
– Они улетели в Европу отдыхать, кататься на лыжах, там даже сети нет… и вернутся через неделю, как и деды! Спаси меня!!! Поживи с нами, пока все не вернутся, – она меня просто ошарашила таким стечением обстоятельств. Я попытала еще одну попытку съехать с этой сомнительной авантюрки, ибо мне было не до нее.
– А Нейтан?! Пусть ОН поможет вам! У меня выпускной! У меня распределение!
– Да ему наплевать… милая, дорогая, пожалуйста, соглашайся… побудь в няньках неделю, – все женщина разревелась, и я поплыла.
– Ладно… миссис Сойер… завтра утром буду.
– Боже мой… всю ночь я проведу с ней одна?!!! Господи, помоги мне… жду тебя, дорогая…
Раздражаясь от бесконечных стенаний, я отключилась…
Кира Дэвис – моя любимая сестренка, ну если быть точнее племяшка. Да по сравнению с ней я была ангелочком. Эта маленькая избалованная оторва никого в х@р не ставит, кроме Саши и Алистера. Кристиан ей был не указ и, тем более, не авторитет. А к моему отцу она относилась с осторожностью и никогда не звала «дедом»… но речь не об этом.
«Что ж… это будет, как минимум, интересно. Что там Нейт сказал?! Я – мужик, я – сестра… о, нет, дорогуша… я – новая горячая няня в твоем доме, и ты очень пожалеешь о том, что на свет родился. И у меня будет отвязная зеленоглазая, как ее папочка, напарница – "я", только помноженная на сотню в квадрате.»
Глава 2. Званный ужин
Лили.
Утром я проснулась в отличном настроении, готовая к новым свершениям и подвигам… а еще издевательствам и кровожадной мести. «Готовь свою упругую задницу к порке, господин Сойер!» – потирала я мысленно ручки, с замиранием вспоминая его синие и бездонные, слово океан, глаза.
А еще, наконец, настал самый важный день в моей жизни, ведь сегодня у меня выпускной, я получу жетон и стану патрульным офицером. Моя самая главная цель в жизни – это работа в ФБР, в элите полицейского корпуса. Ну и конечно же, я очень уповаю на моего преподавателя, Джоунса, который обещал пристроить меня в мото патруль по большому блату раньше окончания испытательного срока.
Но прямо сейчас необходимо было подобрать гардероб для временного проживания в особняке Сойеров. Я, в принципе, одевалась дерзко и вызывающе. Мини юбки и майки, кожа и шнуровки, драные джинсы и джинсовые шортики на размер меньше. Собрав максимально откровенные шмотки, битком забивая чемоданы, я отправила их с нашим водителем к месту назначения, а сама погнала за своим малышом, надевая крышесносный нарядец. Белые обтягивающие штаны и топ, едва прикрывающий грудь дополняла лохматая непослушная грива густых длинных волос. Пара взмахов туши и два мазка румянами, и я была в полной боевой готовности. Проворачивая варианты наступления во время поездки с ругающимся матом усатым таксистом, я не могла заглушить в себе воспоминания, которые горели на моих губах мокрым поцелуем.