Линчеватель
Шрифт:
– Этого я боюсь больше всего, - едва слышно пробормотал я.
– Ты много болтаешь, - насупился Гоблин.
– Я с двенадцати лет вожу мотоцикл. Со мной тебе бояться нечего.
Филин, тем временем, осторожно проехал полуразрушенный временем деревянный настил переезда - и пейзаж сменился. Вдоль узкого проезда потянулись длинные ряды гаражей, с едва различимыми номерными знаками. Какие-то гаражи были открыты. Из них слышались мелодии шансона и ругань, которые, обычно, служат началом конфликта. Как правило, такие конфликты заканчиваются крайне
Такие гаражи специализируются, как правило, на скоростном разборе машин за одну ночь. Потому как с утра такие машины обычно объявляют в угон. И не находят. Поэтому, за ночь в гараже от тачки остаются только рога и копыта. Которые пилятся на части, и сдаются в местные металлоприемки. А из металлоприемок тихо вывозятся в ту же ночь. И с утра, приехавшие по адресу мусора, не найдут нихуя ни в гаражах, ни в приемках.
– Хорош, - Гоблин хлопнул Филина по плечу.
– Полюбовались и хватит. Сваливаем отсюда.
Филин, молча, скосил глаза в сторону Гоблина: мол, куда едем.
– В "Вальхаллу", - ответил тот.
– Солнце близится к закату, а пожрать нам так и не удалось.
***
Одним из главных отличий Вальхаллы от сотен других тематических кабаков и пабов, было ощущение абсолютного погружения в атмосферу эпохи викингов. Даже названия блюд в меню, которое принесла Валькирия, пестрели сложно произносимыми словами из мифов и легенд стран Ледяного Севера. Гоблин быстро появился перечислять официантке названия блюд, выговаривая которые можно было легко сломать язык
Я откинулся на спинку дивана, уставившись на покрытый рунами круглый щит, висевший на стене и слушая фолк - музыку.
– Как все оформим?
– спросил я Гоблина, едва Валькирия, покачивая бедрами, удалилась из зала.
– Проследим за Большим пару дней. Куда он обычно мотается. Потом купим на каком-нибудь сайте не совсем уебаный мотоцикл. Проведем Большого до удобной точки и того, - Гоблин провел себе по горлу кончиком большого пальца.
– Все просто. А теперь отьебись от меня. Дай пожрать спокойно.
Ели мы молча. И лишь когда большая деревянная тарелка блюда, название которого я так и не запомнил ввиду его непроизносимости, показала дно, Гоблин довольно откинулся на спинку дивана:
– Уф, - довольно пробормотал он.
– Теперь, другое дело.
Стоило отдать ему должное. При своей худобе, жрал Гоблин как не в себя, обгоняя в этом процессе нас с Филином вместе взятых.
– Куда в тебя столько влезает?
– спросил я, глядя на Гоблина, довольно развалившегося на диване.
– Сюда, - тот похлопал себя по животу.
– Смотри, какие красавицы пришли.
Гоблин кивнул в сторону входа в зал, куда вошли две миленькие девушки, севшие за ближайший от входа стол. Рядом с ними
– Где-то я одну из них уже видел, - задумчиво пробормотал я.
– Видел, - саркастически ответил Гоблин.
– Ладно, погнали отсюда. Нас ждут великие дела.
Он встал с дивана, подсунул под поднос несколько купюр и направился к выходу. У выхода, он приобнял Валькирию, и махнул рукой бармену. Я же, чувствуя на спине чей - то пристальный взгляд, остановился. Обернулся. И…
Воспоминания нахлынули скопом. Ночной парк. На дорожку, прямо под ноги замершей от ужаса девушке падает сбитый мной наркоторговец. Я сижу сверху, пиздюлями пресекая отчаянные попытки сбросить меня и скрыться в темноте.
– Да проходи ты, чего встала? – грубо кричу я ей, силясь удержать вырывающегося торговца. Девочка что-то лепечет в ответ, но я не разбираю ее слов. Уж больно она напугана, обходит нас по дуге. Поминутно оборачиваясь, почти бегом бежит к выходу из сквера.
И теперь - вот она. Сидит за столиком и пристально смотрит на меня, словно силясь вспомнить, где мы могли пересечься. Как тесен мир. Ебать и в гриву и в хвост!
В голове металась одна мысль: “Она узнала меня. Точно узнала. Мне пиздец”!
В животе заворочался ледяной ком. На лбу выступил холодный липкий пот. Сердце бешено заколотилось в груди. Меня начала бить предательская дрожь. Сейчас она позвонит мусорам - и все. Мы втроем отправимся отдыхать на полное государственное обеспечение.
Резко развернувшись, опустив голову, я быстрым шагом направился нагонять товарищей.
Уже когда за мной захлопнулась тяжелая, окованная железом дверь, краем глаза через большое окно зала я заметил, как девочка о чем - то оживленно беседует с официанткой, то и дело указывая на дверь.
Опустив голову, я торопливо пересек тротуар, отчаянно стараясь быть как можно незаметнее. В этот момент проявленной мною слабости, я всеми словами костерил Систему за то, что она не дала мне более вкусных плюшек. Например, невидимости.
“ У Вас осталось одно невыполненное задание. “Серый порошок”. Найдите и убейте двух наркоторговцев, торгующих серым порошком”.
Интерфейс раскрылся, и прямо перед глазами всплыли две папки с личными делами наркоторговцев, до которых мы с Гоблином так и не добрались. Ввиду более насущных забот.
Я встал как вкопанный. Какого хуя? Сбой системы? Что, блять, творится вообще?
Интерфейс растворился, и я тут же рванул к припаркованной машине. Обернувшись, я заметил, как девочка заметила меня сквозь окно, и теперь указывает на меня рукой, что-то выспрашивая у официантки.
– Уебываем отсюда!
– просипел я, едва только плюхнулся на сиденье машины.
– Схуяль такая спешка?
– лениво осведомился Гоблин. Даже Филин удивленно обернулся ко мне: что, мол, стряслось?
– Видишь бабу у окна в кафе?
– я кивнул головой в сторону Вальхаллы.