Линчеватель
Шрифт:
Припекало солнце, на лавочках двора сидели, что – то оживленно обсуждая, пенсионерки, на детской площадке играли детишки. Чуть в отдалении, у песочницы сидели две молодых мамы с колясками, укачивая малышей. Обычный двор. А вот ни машины ни мотоцикла у подъезда не было.
– Клиент отбыл на работу, - подытожил Гоблин.
– А поехать сразу на работу был не вариант? – накинулся я на него.
– Ты что, дурной?
– голос Гоблина прозвучал скорее утвердительно, нежели вопросительно. – Он начальник охраны сети заправок. Хер знает, куда его
В целях конспирации,из двора решено было свалить. Въезд во двор все равно был один – через Тихий переулок. Так мы околачивались вокруг проулка почти весь день.
Сперва, мы устроились в сквере Изобретателей, где Гоблин купил карты в ларьке и предложил сыграть в козла «на интерес». Играл этот жулик знатно, и к трем часам дня в моих карманах даже мелочи не звенело. Потом мы бродили по округе без цели. Солнце близилось к закату, наш клиент все не появлялся, и к вечеру эта слежка мне успела так изрядно настопиздеть, что я готов был пешком отправиться по городу в поисках Хонды и застрелить того на месте.
Удача улыбнулась нам, когда мы сидели на летней террасе сетевой забегаловки, в который по счету раз за день решив перекусить. Я поедал бургер, запивая его чаем, когда в Тихий переулок свернул спортбайк. Заметивший этот маневр Гоблин напрягся и ткнул меня кулаком в бок, отчего я едва не пролил горячий чай себе на штаны.
– Скорее всего, наш клиент прибыл, - сообщил он, торопливо дожевывая кусок курицы и бросая кость в картонное ведерко. – Погнали.
Байк затормозил у двадцать пятого дома. Управлял им невысокий коренастый крепыш в черной куртке со спортивной сумкой через плечо.
«Цель опознана».
Поставив мотоцикл, Хонда вразвалочку направился к подъезду, по пути перебросившись парой слов с сидевшими на лавочке пенсионерками. Те прервали свое обсуждение, и наперебой что-то живо стали рассказывать Хонде. Мужчина остановился, внимательно слушая женщин, кивая и что – то говоря в ответ. Пенсионерки заулыбались. И в этот момент, даже, несмотря на опознание цели системой, я засомневался: а наш ли это клиент? Уж очень он не походил на бандита, оттрубившего «за забором» восемь лет. Да еще за убийство. Но Гоблина было не провести:
– Ты смотри, как маскируется под добренького. Вот хитрый хуй!
– Что дальше делаем? – спросил я у него. – Валим здесь, при целой толпе свидетелей?
– Гоблин удивленно посмотрел на меня:
– Нет, сегодня ты меня поражаешь? Здесь? Сейчас? Совсем теремок на солнце перегрелся? Тут же дети.
– Тогда..
– Проследим несколько дней, - оборвал меня Гоблин. – Любой человек живет по распорядку. Ну, или некому подобию распорядка. Ест, спит, дрочит – все примерно в одно и то же время. Выясним распорядок этого животного – и убьем его в удобном для нас месте. А сейчас – по домам.
***
– По распорядку, говоришь? – хитро прищурившись, спросил я Гоблина.
На дворе стоял четвертый день слежки за нашей жертвой. Мы сидели на
Эти четыре дня показали, что Гоблин был в корне неправ. Единственное, что Хонда делал по распорядку – это выезжал с утра из дома. Домой он мог вернуться как в два часа дня, так и глубоко за полночь. Заправки, которые были в ведении начальника охраны, тоже были разные изо дня в день. Еще цель посещала фитнес - центр на Буревестника Революции. Но время посещения тоже было случайным, известным одному только Хонде.
Гоблин лишь пожал плечами, поедая курицу и запивая ее холодным пивом:
– Валить где будем? – спросил он с набитым ртом.
– Во дворе с утра, где же еще.
– Продолжай, - мигом заинтересовался моим планом Гоблин.
– Рядом с подъездом есть вход в каморку дворников, - начал излагать я план, придуманный мной три минуты назад. – В этой каморке раньше был бак домового мусоропровода. Когда мусоропровод заварили, помещение, скорее всего, приспособили для хранения хозяйственного инвентаря. Метел, граблей, лопат и прочей поебени. Амбарный замок, который дверь запирает, хлипкий, пальцем открыть можно. Я спрячусь там, дождусь, пока цель выйдет, и завалю его со спины. Надеюсь, рации ты еще не выкинул?
Гоблин чуть замешкался, а потом на его лице проступило нечто вроде понимания:
– Я останусь во дворе, по рации скажу, когда тот выйдет, и свалю.
– Именно.
Я с важным видом кивнул головой.
– А план хорош, - задумчиво протянул Гоблин. – Все-таки иногда в твоем чугунке кроме ветра зарождаются дельные мысли. Все. Пора по домам.
Дорога была пуста, и Филин быстро довез меня до ставшего мне родным двора. Всю дорогу мы молчали, погруженные в свои мысли. О чем думал Гоблин мне неведомо, а вот я был всецело поглощен обдумыванием завтрашнего убийства.
Отчего – то мне вспомнился один момент из слежки. Когда Хонда чуточку изменил свой хаотичный маршрут…
– Ну и где его черти носят?
Гоблин нетерпеливо ерзал на сиденье, уставившись на дверь подъезда. На часах было восемь утра, а Хонда все еще не торопился выходить из дома. Гоблин нервничал, курил одну сигарету за другой, и крыл жертву таким отборным матом, что даже Филин после часа ожидания попросил его заткнуться. Гоблин замолчал, но вместо ругательств начал ерзать на сидение и горестно вздыхать.
Хонда вышел из дома, когда на часах уже было девять утра. Хлопнула подъездная дверь, наш новый знакомый не спеша пересек двор. Пискнула сигнализация, и Хонда уселся в машину.
– С какого хуя? – удивленно спросил Гоблин, заметив этот маневр.
– У нас спрашиваешь? – не понял я.
– Вопрос был риторический. Просто не люблю, когда что-то меняется.
«Камри» выехала со двора и поехала по Белинского в сторону центра.
– И куда его хер понес? – удивленно спросил Гоблин. – Все чудесатее и чудесатее.