Линда

Васичкина Екатерина Васильевна

Размышления прервали едва слышные шаги за спиной.

— Ну что, Макаренко? Как оцениваешь свой первый педагогический опыт?

— Сама ты, Макаренко! — Кирилл плюхнулся на диван, — подсматривать неприлично!

— Я не подсматривала, я наблюдала. Метод исследования такой, чтоб ты знал.

— Ладно. И какие выводы?

— Маленький упырь.

— Это да. А чего ты такая хмурая?

— Я не хмурая. Я просто кое-что не понимаю. И это меня расстраивает. Скажи, а ты ведь намного сильнее его? Не в драке, а

вообще? Сможешь дотащить до стола и там зафиксировать? Чтобы не дергался?

— Линда?! Ты чего?! Кто мне тут пару часов назад обещал, что пыток не будет?!

— Не будет, — девушка подошла к дивану и села рядом, заглянула в глаза, — правда. Но мне нужно будет кое-что узнать. Можно усыпить и спящего осмотреть, но, если он поймет, что с ним что-то делали в бессознательном состоянии, невесть что ведь подумает! Кирилл, я все понимаю, но это важно.

— Послушай, я в любом случае сделаю все, что ты скажешь. Если надо, я его живьем вскрою. Да я и себя живьем вскрою, если надо! Но причина должна быть веская. Мне не надо, чтобы ты мне объясняла. Просто скажи, ты точно уверена?

— Душа моя! Если я затею что-нибудь настолько жуткое, я буду не просто уверена, что без этого нельзя, но и буду уверена, что мир рухнет без этого. Но сейчас речь только о том, чтобы парень спокойно полежал на столе и не мешал нам его изучать. Не больно. Не инвазивно. Ну, может, кровь возьмем. Да и то, скорее всего, не понадобится. Да, унизительно. И страшно. Но в остальном безопасно. Послушай, это же не первый наш живой материал. Вот скажи, когда это я такие ужасы устраивала? Ты же давно со мной работаешь. Я даже неразумных магических зверушек не обижаю, а уж разумных существ, тем более!

— Ну… у нас не так уж много было здесь живых подопытных. Чаще всего, это люди, попавшие под какое-нибудь воздействие. С ними проще. Вылечил и выпустил! Ой! Линда, ты чего!?

В первый момент он не успел среагировать на бросок внезапно рехнувшейся начальницы, за что получил весьма болезненный укус в плечо. А вот ее кисти, с мгновенно отросшими, острыми, как бритва когтями, он успел перехватить. Начальница еще раз чувствительно прикусила его, на этот раз кисть, и затихла в его руках, прижатая к дивану весом ничего не понимающего мужчины.

— Извини, — голос ее стал хриплым, — просто не нашла, что умного сказать в ответ. Ты ведь так меня себе представляешь? Злобной кусачей нечистью.

— Нет, конечно! — как ни странно, он даже на секунду не предположил, что девушка всерьез. Удивился, растерялся, но ни на мгновенье не испугался, — понял я все, понял. Зачем же кусаться?

— Для наглядности. Чтоб уж точно продемонстрировать абсурдность твоих сомнений.

Очевидно, отпускать ее Кирилл не собирался и Линда окончательно расслабилась.

— У меня же синяки будут! Что я завтра ребятам скажу?

— Зная тебя, — девушка развеселилась

еще сильнее, — могу предположить, что ничего не скажешь. Хмурый ты у меня и нелюдимый.

— Да, я такой.

Не смотря на всю глупость ситуации, обстановка начала навевать оборотню совсем не профессиональные мысли. В кабинете было темно, только монитор светился. Девушка лежала ни спине, надежно удерживаемая и даже не пыталась освободиться. Хотя могла бы сделать это легко. Уж он-то знал, насколько крепкой может быть эта хрупкая с виду барышня. Да и просто исчезнуть ей не составляло труда. Но она лежала.

Кириллу вдруг отчаянно захотелось ее поцеловать.

Он заглянул в ее лицо.

Ожидание и любопытство. Девушка как всегда была в курсе его переживаний и теперь ждала, куда же они его заведут.

Знать бы, чего она сама хочет.

— Линда.

— А?

— Сколько тебе лет?

Она рассмеялась. Легко и мелодично. Зеленые глаза вдруг снова стали небесно-голубыми.

— Больше, чем ты можешь себе представить. Больше, чем имеет смысл считать.

— Ты бессмертна?

— Нет. Просто меня сложно убить.

— В мире есть еще существа, вроде тебя?

— Есть. В мире вообще полно разных чудес.

Она начала растворяться в воздухе. На этот раз медленно и плавно. Истончилась, растеклась туманом, стекла с дивана и вновь сконденсировалась уже в кресле Никиты.

Он на мгновенье опустил лицо на диванную подушку, ныряя в волны сладкого запаха, мысленно поставил себе пару неутешительных диагнозов и сел ровно, стараясь не смотреть на начальство.

— Ладно. Ложись уже спать, завтра предстоит играть в злобного фашиста-ученого. Выспись.

И она исчезла, попросту растворившись в темноте без всяких дополнительных эффектов.

Разбудили его голоса коллег. Как уж им удалось подкрасться к чутко спящему оборотню, осталось неизвестным. Видимо, он настолько привык к их присутствию, что перестал реагировать. Было утро, и звуки были самые стандартные утренние. Шкварчала Никитина кофеварка, видимо, все-таки сумевшая пережить взаимодействие с Линдой, щелкал клавиатурой Бронюс, Линда отстукивала бодрый ритм ногтями по столу, живо напоминая несчастному сотруднику о вчерашних трансформациях. Элеонора что-то вещала преувеличенно-серьезным тоном, как всегда, когда шутила.

Кирилл прислушался, не открывая глаз и пожалел, что все же проснулся. Похоже, коллеги строили различные гипотезы происхождения синяков с явными отпечатками зубов. Хорошо еще, что ребята в силу специфики образования не могли точно определить, что зубы принадлежали человеку! Хотя, такая идея отчего-то была у них самой популярной. Ну что стоило вчера рубашку одеть? Нет, в футболке уснул. И теперь, лежащие поверх одеяла руки выставлены на всеобщее обозрение.

— Я что, проспал? Сколько время?