Лис и империя
Шрифт:
— Похоже, имперский генерал стягивает всех своих людей в одно целое, — доложил один из его всадников. — Так улитка убирается в свою раковину, если щелкнуть ее по рожкам.
Он растопырил два пальца, изображая улитку.
— На конце этих рожек у них глаза, — сказал Джерин.
Об этом удивительном факте он узнал еще в городе Элабон и, как и многое прочее, сохранил его в своей цепкой памяти, но за все минувшие с той поры годы ему впервые удалось щегольнуть этим познанием.
Блеснув глубиной своей
— Забавная шутка, лорд король.
— Я не шучу, — возмутился Джерин. — Если эти маленькие черные точки на конце рожек не глаза, тогда где они у улитки?
— Как я могу ответить на ваш вопрос? — удивился посыльный. — Всем ведь известно, что у улиток нет глаз.
— Нет, есть, — заупрямился Лис, но всадник все равно продолжал полагать, что с ним шутят.
В конце концов совершенно разъяренный Джерин отослал гонца назад к Райвину и, все еще кипя от злости, повернулся к Вэну, который слышал последнюю часть препирательств.
— Ты встречал когда-нибудь столь закоренелых тупиц?
Вэн хмыкнул. И покачал головой, но вовсе не так, как хотелось бы Лису.
— О нет, капитан, — сказал он. — Ты, конечно, можешь вешать лапшу на уши какому-то олуху из глуши, да и на здоровье, но со мной это не пройдет, клянусь богами! Если уж говорить напрямую, парень-то прав. У улиток нет глаз, все о том знают.
Джерин прорычал что-то малоразборчивое и зашагал прочь.
Два дня спустя ему вновь пришлось изрыгать брань в связи с тем, что имперские разбили один из его конных отрядов. Ущерб оказался настолько серьезным, что Райвин решил приехать к Джерину и самолично все объяснить.
— Они нас перехитрили, — сказал он. В голосе его сквозила злость, но проглядывало и смущение. — Небольшой группой они пересекали пшеничное поле. А большая их часть, оказывается, пряталась за деревьями. Как только мы навязали им схватку, остальные выскочили из засады.
— Да… прискорбно, — сказал Джерин. И, откинув голову, пристально оглядел приятеля Лиса. — Прискорбно, что ты попался на удочку, которую мы сами неоднократно забрасывали.
— От имперских зануд я ничего подобного не ожидал, — признался с обидой в голосе Райвин. — Ведь главная из причин, по каким я когда-то решил перебраться на север, если ты помнишь, состоит в том, что жить здесь куда интересней, чем за Хай Керс. Здесь всегда что-нибудь происходит, а там одна скука, тоска. То, как южане проводят эту кампанию, лишь укрепило меня в этом мнении.
— Кроме моментов, связанных с Увертливым Свериласом, — поправил Джерин. — Он разгромил нас под Кэссетом, причем тем же приемом. Выставил вперед одно войско, а затем ударил еще одним, чего мы вовсе не ожидали. Если приманка слишком уж привлекательна, мой милый Лис, скорее всего, за ней ловушка.
—
— Нет, она просто казалась случайной, иначе ты не попался бы, — возразил Джерин. — Наверняка Сверилас раскинул сеть загодя, просчитав, где находится твой отряд, в какую сторону движется и в каком темпе. — Он тоже ковырнул ногой землю. — И впрямь верткий тип.
— Я накажу его! — заявил гневно Райвин. — Никому не дозволено так со мной обходиться!
— К несчастью, с тобой уже так обошлось, — ответил Джерин, — и я не хочу, чтобы ты в порыве мщения вдруг сломя голову понесся на тех, кто задел твою гордость. Сверилас как раз этого только и ждет.
Как ни странно, но эти его слова дошли до приятеля Лиса.
— А ведь ты прав, — сказал он, остывая. — Именно этого и должен ожидать хитрец из города Элабон, оказавшийся в северных землях. Пусть местные дурни опростоволосятся хотя бы разок, а уж затем, по его расчетам, они опростоволосятся еще пуще, пытаясь исправить свои огрехи.
— Конечно, но он вряд ли знает, что имеет дело с таким же выходцем из-за Хай Керс, — поддел его Джерин.
— Давай-давай, сыпь мне соль на рану. — Райвин нахмурился, но потом рассмеялся. — Кстати о выходцах из-за Хай Керс, лорд король. Я сообщал вам о том, что мы захватили в плен моего кузена?
— Нет. — Джерин поднял одну бровь. — Как это произошло?
— Совершенно обыкновенно, — отвечал Райвин. — Его ранили в плечо, не слишком сильно, он выпал из колесницы, а мы его подобрали. Когда я узнал, что его зовут Улфилас, сын Бэтвина, то тут же припомнил, что сын моего дядюшки Бэтвина примерно одного со мной возраста. Стал расспрашивать. И оказалось, что мы действительно родичи.
— Которых разделяют двадцать лет и горы, — сказал задумчиво Джерин. Он вздохнул и обнял Райвина за плечи. — Ладно, в эту ловушку ты угодил. Но все позади. Впредь будь осторожней. — Он засмеялся. — Я разговариваю с тобой, как с одним из моих сыновей. Старший уже повзрослел, второй на подходе. Быть может, — я, правда, не очень на это надеюсь, — когда-нибудь повзрослеешь и ты.
— Я возмущен вашей вопиющей несправедливостью.
Райвин вновь напустил на себя обиженный вид.
— Да сколько угодно, — весело отозвался Джерин. — Вероятно, мне придется вправлять тебе мозги до тех пор, пока одного из нас не опустят в землю.
— Взамен этого ты мог бы просто заткнуться, — предложил Райвин.
И они засмеялись, хорошо зная, что Джерин заткнется, лишь когда Райвин остепенится, чему никогда не бывать.
Фердулф подлетел к расположению основных сил северян.