Локальная метрика
Шрифт:
— Альфа, проф говорит, это Чёрный! Валите его!
— Медяк, работай цель.
Хлоп. Хлоп. Хлоп
— Что за херня! — вопль снайпера в канале. — Его не берёт!
Фигура в балахоне никак не реагировала на выстрелы и приближалась быстро, как будто бегом.
— Чёрный, Анди, тут Чёрный! — пронзительно завизжала мулатка.
Из-за вагонов узкоколейки внезапно послышалась частая автоматная стрельба.
— Центр, Гамме! Мы атакованы!
— Гамма, статус?
Глухо ухнула пара ВОГов, замолотила длинная, на рожок, очередь.
— Гамма, что у вас?
Борух навёл прицел на балахонистого. Странное мерцание не давало толком прицелиться, но пулемёт есть пулемёт — майор увидел, как из балахона полетели вырванные пулями клочья. Фигура не упала и не остановилась, но замедлилась и начала двигаться в сторону, пытаясь уйти от огня.
Звук «Печенега» был глухим, как в подушку, в глазах рябило и плыло, небо темнело, и свет гас.
— Гамма, ваш статус, Гамма? — надрывался наушник.
Загрохотали выстрелы слева, в секторе Беты.
— Центр, это какие-то твари! — заорал кто-то в канале, забыв представиться. — Резкие, как не знаю что! Берёт только крупный!
— Бета, статус?
— Активный, Центр, отходим к вам.
Из-за бетонного корпуса бывшего торфосклада выскочили трое бойцов. Один остановился, высунулся за угол и заложил длинную очередь. Перевернул магазинную сцепку, передёрнул затвор — но больше ничего не успел. Выскочившее оттуда нечто было размером с корову и имело ломаные насекомые очертания — подробнее Борух не разглядел. Оно хватануло стрелка и буквально располовинило, несмотря на бронежилет и разгрузку. Кровь фонтаном плеснула на серую стену. Двое оставшихся развернулись, встали на одно колено и начали поливать чудовище из автоматов. Полетели брызги чёрной крови, оно замотало треугольной головой и стало пятиться за угол.
— Бета, сзади, сзади! — закричал в наушнике Медяк. — Да сзади же!
Он забыл переключиться в общий канал, и бойцы его не слышали. Захлопала винтовка, работая по новой цели, но Боруху этот сектор закрывала распотрошённая охотниками за металлом трансформаторная будка.
Чёрный балахон сделал неожиданный рывок и спрыгнул в раскоп прямо с края. Стрелять по нему из пулемёта стало невозможно, слишком много людей вокруг, а снайпер палил куда-то в сторону, не отвечая на вызовы.
— Емеля, Немец, — вниз, блокируем того, в чёрном, — скомандовал Борух. — Бабай, прикрой отход Беты.
В раскопе был уже полный бардак. Блондин, задвинув за спину мулатку, палил из пистолета в Чёрного. То ли не попадал, то ли пули того не брали. Мулатка визжала как резаная и остервенело лупила чем-то чёрно-белым по камню репера, не добиваясь никакого видимого эффекта. Невнятный мужик из гостей в панике дёргал из кобуры застрявший там пистолет и никак не мог его вытащить. Карасов стоял с пистолетом в руках, но не стрелял, а внимательно рассматривал Чёрного. Чёрный двигался к реперу, но уже значительно медленнее, и прихрамывал — то ли всё-таки ранен, то ли неудачно спрыгнул. Пока майор с бойцами добежал до деревянного трапа, тот уже почти дошел, благо блондин расстрелял обойму, и теперь растерянно хлопал себя по карманам
Чёрный остановился в шаге от него и требовательно протянул руку.
— Да хрен тебе! — нервно сказал блондин. — Самому нужен.
— Анди, он разомкнулся, разомкнулся! — крикнула мулатка.
Чёрно-белый продолговатый предмет в её руках разделился на две части, и теперь в левой руке было что-то чёрное, в правой — что-то белое.
— В ковчег клади, дура!
— Что вам нужно? — громко спросил Карасов.
Чёрный молча стоял с протянутой рукой.
— Рекурсор ему нужен, чёрту страшному! — зло сказал блондин, перестав искать обойму и убрав разряженное оружие под куртку.
Зато уцелевший гость, наконец, выцепил свой пистолет из кобуры, тонко закричав что-то невнятное, направил его на Чёрного — и тут же перестал быть уцелевшим. Карасов, не меняясь в лице, выстрелил ему в лоб. Один раз, но точно.
— Мы можем обсудить это, — сказал он Чёрному.
Борух с бойцами как раз добежали и взяли того на прицел. От существа в балахоне исходила мучительно-неприятная аура, хотелось стрелять и стрелять в него, пока не кончится лента, а потом топтать ногами то, что останется. Но майор, разумеется, сдержался, повинуясь жесту Карасова. Емеля и Немец дёргались, переминались, злились — но тоже держали себя в руках.
— Ну, скажи что-нибудь! — сказал блондин. — Я знаю, вы говорящие!
Чёрный молчал.
— Андрей? — вопросительно обратился Карасов к блондину.
— Это ж функция, — непонятно ответил тот, — чёрта с ним разговаривать?
Борух вдруг понял, что уже пару минут не слышит стрельбы сзади. Группа Бета тоже не появилась.
— Медяк? — сказал он в микрофон шлема, не сводя глаз с Чёрного. — Медяк, ответь Боруху.
Тишина.
— Альфа, Центру, — прорезался внезапно Кузнецов.
— На связи, — ответил майор.
— Мы блокированы, повторяю — мы блокированы. Заперлись в бывшей котельной, в коридоре какие-то твари. Визуальный контроль потерян, рулите сами.
— Потери, Иваныч? — тихо спросил Борух.
— Все, кроме меня и связиста. Он трёхсотый тяжёлый, я — лёгкий, выживу. Двери стальные, прочные, мы вас дождёмся. До связи, не отвлекаю.
— Чёрт! — выругался Карасов, который тоже слушал канал. — Что за твари там?
— Мантисы, — отмахнулся от него блондин, — Эви, сваливаем. Тут сейчас будет слишком весело. Хватай планшет, поехали.
Он подхватил под мышку сундучок и помахал рукой собравшимся.
— Андрей, сука, ты что… — начал удивленно Карасов, но мулатка ткнула наманикюренным пальчиком в планшет, и они с блондином исчезли.
Без всяких спецэффектов — вот стояли, и вот — пустое место. Немедленно потеряв интерес к происходящему, развернулся и пошел к деревянному трапу Чёрный. Он даже не обернулся, когда в раскоп спрыгнуло первое чудовище, и забился в руках «Печенег» майора. Полетели брызги чёрной крови, но стойкость на рану у мантиса была необыкновенная — почти в упор, мощным патроном 7.62х54, свалить его удалось только на половине «сотой» ленты.