Лорд
Шрифт:
— Да… — Желтиков несколько секунд хлопал глазами, а потом опять выдал порцию ругательств.
— Тихо! — рявкнул я на него. Вот же с таким матёрым матерщинником боги свели. — Здесь женщина присутствует. Веди себя, как положено благородному мужчине.
Почему-то после моих последних слов пленные посмотрели на меня как-то странно, с нехорошим подозрением, будто уличили в чём-то непотребном.
Оказалось, что с путами мы с Прохором переусердствовали. У одного бойца ступни посинели и стали холодными, что твой лёд. А у командира так же выглядела левая кисть. Надо было
— Не стоит бояться, — тут же стала успокаивать их Маша. — Киррлис вас вылечит, для него это несложно.
— Ну, Машка, — вновь рассердился старик, — ну, балаболка. Ты чего это за других даёшь обещания? Всё, вывела ты меня! Пошёл я за вожжами, — и в самом деле направился к телеге.
— Ой, дядька Прохор, — подскочила девушка и побежала за ним, — не надо, простите меня. Я больше не буду.
«Поверила ему или поняла, что он, в самом деле, высечет её?», — подумал я, глядя на эту парочку.
— О чём она? — отвлёк меня командир.
— Что? — я посмотрел на него. В первую секунду подумал, что он хочет узнать про взаимоотношения моих помощников.
— Девушка говорила, что ты можешь легко вылечить это, — он поднял пострадавшую руку.
— А-а, вот ты о чём. Да, могу, — кивнул я. Хотелось мне как-то заставить этого человека почувствовать себя обязанным мне. С ментальным внушением, даже самым простым в сложившейся ситуации это будет просто. Но решил воздержаться от этого. Показалось бесчестным, да и чувствовал лёгкую вину за то, что искалечил этих людей, пусть и по незнанию. К тому же, моё даже самое качественное ментальное заклинание развеется через день-два. — Держи вот так свою руку.
Я коснулся кончиками пальцев вялой кисти и прошептал заклинание среднего лечения. Немного боялся, что оно не подействует на уже начавшие отмирать ткани, но опасения не оправдались.
— Это как, что ты сделал? — воскликнул собеседник, когда на глазах ладонь и пальцы приобрели здоровый цвет, и к ним вернулась подвижность.
— Все вопросы потом. И сразу хочу предупредить, что не отвечу на все из них, — сказал я и придал себе особый серьёзный вид. — Ты не имеешь достаточных полномочий, чтобы их услышать.
В государстве, где секретность и бюрократия заметно влияют на жизнь общества, такой ответ способен решить кучу проблем. Так оно и вышло. В глазах Желтикова мелькнула опаска.
— Угу… вот оно как, значит… — хмыкнул он. — Понимаю.
Следующим получил своё исцеление его подчинённый, который мысленно уже похоронил себя. Ну, кому нужен безногий молодой солдат? Да его даже в крестьяне на лёгкую работу не возьмут, где особой прыти не требуется. А уж в мастерские и подавно. К тому же, ему ещё необходимо выбраться из вражеского тыла, что тоже та ещё задачка на выживание.
Отдохнув, я наложил чары и на третьего переодетого красноармейца. Пусть руки-ноги у него целы, но не станет лишним повысить общий тонус и ему. Теперь все трое были полны
Глава 12
Взбодрённые магией, бывшие мои пленники пёрли — по-другому и не скажешь — вперёд, словно лоси во время гона. Оказалось, что их отряд устроил себе лагерь всего в часе ходьбы от того места, где они попали под моё заклинание. Лагерь был временным и потому особыми комфортными условиями не блистал: низкие шалаши из веток, чтобы не выделяться на фоне кустов, лежаки из травы и, опять же, веток. В шалаши можно было залезать только на четвереньках, иначе никак. Лошадь с телегой пришлось оставить в нескольких сотнях метров, так как дороги в лагерь для повозки не было.
Знакомство прошло легко и быстро, в чём немалую роль сыграла Мария, приковавшая к себе взгляды парней. Все, кто не стоял в карауле, тут же решили завязать с ней знакомство и развлечь историями да шуточками.
— Пусть трещат, — остановил я командира, догадавшись по его нахмуренному облику, что он собрался приструнить подчинённых. — Здесь Прохор присмотрит за порядком. А ты веди к раненому.
— Да что тут вести, здесь он, — Желтиков указал на центральный шалаш, в котором лежал кто-то под плащом. Судя по тому, что даже не пошевелился в ответ на суматоху, которая вызвало наше появление, он или крепко спал, или пребывал без сознания.
— Нужно разобрать навес, чтобы я мог осмотреть твоего человека, — сказал я и первым взялся за ветки. — Помогай, Иван Владимирович.
За пару минут с неказистой постройкой было покончено, и я опустился на колени рядом с пациентом.
«М-да, тут всё плохо, — тяжело вздохнул я, оценив ауру больного и использовав слабое диагностическое заклинание из лечебной магии, — Он даже не калека, а живой труп. Скоро начнут отказывать внутренние органы», — после окончания осмотра я наложил на него среднее лечение и повернулся к Желтикову.
— Всё так плохо, Киррлис? — спросил он. Видимо, диагноз прочитал по моему лицу. — Ты не можешь ему помочь?
— Как сказать. Помочь могу, но не прямо сейчас. Мне потребуется… скажем так, особое лекарство, а сам процесс лечения может показаться тебе и твоим людям весьма, эм-м, тоже специфическим, — я старательно подбирал нейтральные слова и фразы, чтобы с ходу не ошарашить командира группы советских диверсантов.
— Это лекарство можно где-то здесь найти?
— Легко. Понимаешь, Иван Владимирович…
— Называй меня Иваном, не нужны все эти «владимировичи», — прервал меня он.
— Хорошо, как скажешь, — кивнул я в ответ. — Иван, его может спасти чужая жизнь. Например, жизнь крупного животного, как лошадь. Или другой человек.
— Это как? — нахмурился он. — Я тебя не понимаю? Ты можешь его вылечить, но нужно кого-то убить? Так?
— Ты меня неправильно понял. Слышал про жертвоприношение? Может, в детстве в сказках тебе про них рассказывали или читал в романах.
Вот тут в его взгляде проскочила догадка.