Лорем
Шрифт:
— Госпожа, может быть ты можешь хотя бы намекнуть, что за общее дело у вас с лесовиком. Или может мы сами зададим вопросы и догадаемся, что скажешь, так можно?
Астонор пожала плечами. Значит, на эту тему она хотела отвечать и я задала вопрос, который возник, когда я пристальнее рассмотрела Эзобериена. При всей мрачности и пугающем облике, он был красив собой.
— Неужели тебе нравится этот дикарь?
Астонор пожала плечами
— Магуи, я думаю, ты не там ищешь. Посуди сама, у лесных есть их язык и легенды, наверное он вчера предложил записать сказки в Отрофонеке. — поддержал разговор Глэн.
— О, это было бы замечательно.
Астонор вздохнула. Теперь-то понятно, почему Эзобериен не хотел говорить. Город-древо больная тема для Отрофон-Кессеев, понятно, почему он избегает разговоров. Да и находиться рядом с Яном, когда тот наряжен как бальт, Эзобериен попросту боялся. Наверное он думал, что Ян увидит что-нибудь лишнее и донесет другим магам земли.
Словно камень упал с моих плеч. Ян никогда не стал бы вредить Лесу, тем более что Эзобериен был важен для нашей госпожи Аштанар. А это значит, что проблема решится, как только дикарь узнает, что мы не злодеи. Осталось только переубедить его. Я улыбнулась, показывая, что рада перестать волноваться:
— Какая честь, госпожа! Знаете, я всегда хотела увидеть это их дерево. Говорят, оно внутри как целый город, и все стены в записях, неужели мы увидим все своими глазами?
Аштанар взглянула на меня неожиданно грозно. Наверное, она ожидала, что мы не догадаемся, и не хотела даже слышать разговоров на эту тему. Все же, я видела, что Глэна и Чельдо также устроило такое толкование. Мы говорили на другие темы до самого привала. Я спросила, хочет ли госпожа что-то передать Эзобериену, она кивнула и начертила записку на общем языке с предложением обсудить, как нам путешествовать дальше. Я подсмотрела, в записке еще был вопрос, что она может сказать своим спутникам о цели нашей поездки.
Я отнесла записку Эзобериену, который остановился отдельно от нас и сосредоточенно что-то жевал. Он прочитал текст, перевернул лист и посмотрел на обратную сторону. Я улыбалась и ждала, пока он прожует. Он сказал:
— На юго-запад и ничего.
— Извините меня, что вы сказали?
— Я сказал, передай Аштанар: на юго-запад и ничего.
Я передала его слова и Глэн обреченно вздохнул. Все надежды на то, что мы поняли цель визита, рухнули. Отрофонек был на юго-востоке. Мы продолжили путь. Опасаясь новой волны возмущения, я спросила:
— Госпожа, но на юго-востоке только земли нимов. Что нам делать там с лесовиком? Ладно мы с Глэном, но Чельдо снова привлечет лишнее внимание, да и вам нельзя будет просто так покидать повозку. — Она молчала. — Аштанар, намекни пожалуйста хоть как-нибудь.
Не дождавшись ответа Аштанар, мне ответил за нее Глэн:
— Ты всегда задаешь столько вопросов, а между тем учишься на толкователя. Истолкуй Эзобериена, как если бы он был сказкой. Этот Эзобериен, он кто такой?
— Ну, он лесовик. — Я начала рассуждать. — Только необычный, по наряду ясно, что лесовик, но вот именно таких я только на празднике Пробуждения Леса видела. Как понимаю, он из того племени, что живет у Рощи Старейшин. Но непонятно, почему он так далеко от своих земель. Впрочем очевидно, раз он идет с нами и зашел так далеко от своих земель, что он искал сказочницу. Но ему не нужно было просто говорить о сказках, иначе он бы уже это сделал, ему нужно, чтобы сказочница оказалась где-то еще. Не у Отрофонека, как мы теперь знаем. И направляемся мы в земли нимов. И сам он ним, хоть и выглядит как лесовик. Он считает, что сказки зачем-то нужны нимам?
— Так,
— Он ним из лесного племени, который хочет, чтобы мы толковали сказки для нимов. Может быть, он предает свое племя?
Аштанар высунулась из двери повозки. Я успела заметить ее разгневанное лицо. Что я наделала! Мы надоели ей? Или мои догадки оказались слишком близки к правде? Глэн тоже выглядел встревоженным. В любом случае, эту тему развивать больше не следовало.
Госпоже наверное было плохо, я тронула ее за рукав и позвала:
— Извини, пожалуйста, я переусердствовала с заданием. Я волнуюсь за тебя, вот и болтаю всякое.
Аштанар забралась обратно и благодарно посмотрела на меня. Нужно было как-то еще показать, что мы заботимся о ней и поддержим, даже если ее затея нам не по душе.
— Госпожа, я верю, что дело важное и ты знаешь, что делаешь. Что думаешь, может отвлечемся и немного потолкуем какие-нибудь из старых юбок? — Сказал Глэн. Кажется, он думал так же, как я.
Аштанар кивнула и мы достали из сундука юбки прежних сказочниц. Толковать их был труд неблагодарный, многие узоры недоступны для понимания, поскольку у сказочниц не было общего алфавита, они лишь шили быстро и так, чтобы сами потом могли вспомнить. Все же, это занятие всех успокоило и заняло нас до вечера.
Когда начало темнеть, мы собирались свернуть к постоялому двору, но Эзобериен позвал нас дальше. Мы ехали в надвигающейся темноте и сделали привал лишь глубокой ночью, сильно устав в дороге. Эзобериен давно спал, когда мы закончили ставить лагерь и готовить ужин. Я постелила нам с госпожой на сиденьях повозки, что обычно мы делали, только когда переходы приходились на дикую местность.
День был тревожным, и не удивительно, что сон мой был прерывистым. Проснувшись до рассвета, я обнаружила Чельдо также бодрствующим. Он сидел у тлеющего костра и напряженно всматривался во тьму. Дозоры были делом обычным, но в землях нимов, а мы еще были на территории Архипелага, где было безопасно.
Впрочем, его можно было понять. Мы были уже далеко от столпа Земли, и сюда могли забрести случайные нимы. Я решила выйти к Яну и, увидев меня, он сказал:
— Прилетала какая-то хищная птица и долго сидела рядом с Эзобериеном. Он что-то ей передал и птица улетела. Не нравится мне все это. Думаю, он поддерживает связь с племенем и нам стоит ждать засады.
Сон как рукой сняло. Я задумалась. Чтобы не волновать Яна еще больше, тем временем я налила травяной отвар из чайника, греющегося в углях, в две глиняные чашки, села рядом с Чельдо и передала ему напиток. Он с благодарностью принял чашку и начал пить, и я тоже сделала вид, что увлечена чаепитием. Правда в том, что я боялась Эзобериена и не знала, говорить ли Яну, что тот советовал ему пойти пешком. Тогда это казалось безобидным, но если бы повозка оказалась без охраны, нас было бы проще схватить. Все же пугать бальта не хотелось, и я сказала:
— Если бы целью Эзобериена было заманить нас в ловушку, он все же побрезговал бы обратиться к нимам. Может быть, его соплеменники где-то впереди, но не здесь, они бы не смогли. Обещаю, я постараюсь расспросить его, скажу, что видела красивую птицу и интересно, зачем она прилетала. Но сейчас еще есть время. Мы пока что еще не покинули Архипелаг, лесные или нимы вряд ли нападут на нас тут. Ян, я уже выспалась и посижу здесь, разведу костер. А вот ты очень нужен нам отдохнувшим, пожалуйста, иди спать.