Любовь Муры
Шрифт:
Макс
Так же как ты недовольна Идусей, я страдаю из-за Ол-ки. Моментами презираю её. И она уже сложившийся человек — ничего не изменится. А Идусины «гадости» могут пройти. Только старайся не стать с ней во враждебные
Приезжай же, моя ласточка родная — обсудим всё, всегда найдём выход. Обнимаю тебя горячо. Жду. Твоя Ксюша.
Идусенька, моя дорогая, что стряслось с тобой, почему, за что ты так мучаешь свою мамочку. Я получила от неё уже несколько очень тяжёлых, грустных писем и мне до слёз жаль её.
Ты всегда была такой чуткой, доброй. Я не могу допустить мысли, что ты изменилась. Девочка моя дорогая, я очень люблю тебя и думаю, что не стала и для тебя совсем чужой. Послушай меня — пожалей мамусю свою, не огорчай её, слушайся. Ведь никто другой не заменит тебе её, не будет так любить. Напиши мне всё о себе и передай письмо через Муричку, когда она будет ехать ко мне. Ей, бедняжке, так необходимо отдохнуть.
22/X. 7 час. веч.
Дорогая Ксюшенька!
Дома меня ничто-ничто не порадовало. Ида не только не лучше вела себя, но возмутила даже соседей своим отношением к бабушке, она с ней дралась.
В школе тоже произошёл большой скандал. Учительница назвала её хулиганкой и снова стоит вопрос об её исключении. Ида, конечно, говорит, что в школе на неё «взъелись». Случайно нашла записку, кот. она собиралась послать мальчику. Пересылаю её тебе. Выражения до того грубы, что у меня захватило дыхание.
Я теряюсь и сейчас растерянно ищу какого-либо выхода. Его не нахожу. В часов 9 пойду к завпеду школы. А сколько было обещаний с её стороны и таких горячих, что я ей поверила. Её ни на час нельзя отпускать от себя и пока я в отпуску — всё время уделю ей. Боже, какое она никчемное существо!
Больше писать о ней не могу.
Как только получишь от Симочки деньги, отправляй их, пожалуйста, поскорей. Себе же обязательно оставь 100 р. Прошу тебя сделать это, чтобы я не отправляла их тебе по получении всех денег. Сейчас больше всего мне неловко за долг соседке (кот. я купила галоши). Ещё раз благодарю за всё тебя. Я знаю, что тебя никак не удовлетворило моё пребывание в М-ве, но, как ты сама видишь, мне не надо было ехать. Жаль мне и тебя и себя. Мы обе хорошо несчастны. Крепко тебя целую. Твоя Мура.
Дорогая Ксюшенька!
За все эти дни впервые выдался свободный вечер, и я села за письма. Тебе — это уж 4-е письмо по счёту. От Кати вчера была телеграмма — беспокойство о молчании.
Всё время или лежала или ковыляла в поисках работы (печатание). Я упала и повредила больную ногу. А сегодня опять грохнулась, да так, что Ида тянула меня домой. Такое впечатление, будто вывих в бедре.
О многом надо писать тебе, не знаю с чего
На след, же день по приезде я продала на скупочном пункте за 500 р. Я поторопилась с продажей моли. Вечером же в детсаду я узнала, что есть покупательница, кот. приготовила за этот материал 800 р. (такую цену я всем говорила). Но уже было поздно. Большая вина в этом и Софы, она ей соврала, что была у мамы и мама ей якобы сказала, что я моль увезла в М-ву. Не вмешайся она в эту сделку, Вера Моисеевна собиралась идти ко мне за материалом. В общем о сделанном нечего жалеть, но Софина ложь мне обошлась в 300 р.
С самыми настойчивыми мелкими долгами я приблизительно рассчиталась (Луше, в школу, Рах. Моис., Жене). Рахиль Моис. была искренне огорчена моей «поспешностью» и желанием рассчитаться с ней. В воскресенье она была у меня с мужем, как будто бы он и возьмёт бостон себе на костюм.
Мне так неудобно перед Симочкой, сколько хлопот, волнений принёс ей этот «злополучный» отрез.
Ты напрасно, дорогая выслала 100 р. Как только получу их, — отошлю тебе обратно. Спасибо. Это я за ними шла на почту и упала, да так, что на почту уже не дошла. Ида шла на базар, вместе с ней вышли, и почти у ворот я свалилась.
Посылки давно отослала, сразу две. Повозилась с Ганниной — она была неплотно упакована, т. е. там что-то тарахтело и только по приказанию директора посылку у меня приняли. Я была совсем в отчаяньи. Ящик был плотно забит. При отправлении посылок в Харьков — учти это обстоятельство.
Ну вот, о деловом, кажется, всё.
От Иды я теряю голову. Она получала и сама писала дичайшие письма. Наполненные босяцким жаргоном. Прочитав их, я первый раз в жизни (не от физ. боли) была почти в обморочном состоянии. Моя чистая девочка может писать такие гадости. Что может быть подобно горю матери, когда она теряет веру в своё дитя?! Не легки эти дни.
О тебе тоже думаю с грустью и жалостью. Пусть пройдёт некоторое время, тогда, если захочешь, напишу об этом обстоятельней. Неужели нам всегда на расстоянии всё кажется лучшим? По крайней мере, этот приезд ещё раз подчеркнул, что не видя меня ты питаешь и нежность и теплоту, что исчезает при встречах. Это меня обижает. Я не хочу, чтобы ты думала обо мне лучше, чем я есть в самом деле…
Дорогая Ксюшенька!
Первые дни по приезде из Москвы мне не думалось, что твоё молчание меня так будет беспокоить сейчас. Мне представляется, что ты больна, что с тобой случилось что-то скверное.
Написала я Ол-ке с просьбой сообщить о тебе и не получая ответа совсем забеспокоилась. Поэтому напиши мне о том, что с тобой всё благополучно, а дальше если не хочешь — не пиши.
В нехорошее время ты перестала мне писать. Происходят ужасы с Идой. Она окончательно изолгалась, обманывает на каждом шагу. Дошла до того, что вместо школы она где-то гуляет. Нина на неё влияет самым пагубным образом. Сблизилась она с паскудной компанией. Ко мне стала относиться враждебно, а бабушку ненавидит. С каждым днём я чувствую, как она окончательно уходит от меня. Уходит куда-то в грязь, в нехорошую жизнь. Даже глаза у неё стали другими.