Любовь
Шрифт:
– Вот до чего доводит безрассудство, – прогудел голос Даратаса.
– А без него скучно жить, – нашлась Оля.
– Может быть, но не думаю, что тебе было бы так же весело, расшибись ты об землю. Тебе повезло, что я находился рядом и следил за боем Герды. В следующий раз меня может и не оказаться поблизости, – говорил маг, устраивая на спине драконицы подобие седла.
– Вы уезжаете? – комок подступил к горлу девушки. Вскочив на плохо слушающиеся ноги, она прижалась к Герде.
Даратас озадачено посмотрел на неё, затем ответил:
–
– Мессир Даратас! – окликнул мага подошедший Строгонов. Его охраняло пятеро закованных в латы воинов. – Вы покидаете нас?
– Пора, мой друг. Время не ждёт. Я подготовлю почву.
– Вы забираете дракона? – нахмурился главнокомандующий.
– Иначе мне не добраться быстро.
– А если снова придут другие рептилии? Что нам делать?
– Сражаться. Маги знают своё дело. Думаю, новых белых не должно быть. Этот был исключением.
– Едва ли, – покачал головой Владимир. – Слишком много странностей в наше время.
– Меня не будет неделю. За это время тебе нужно снять Лагерь и двинуться к Санпулу. Не медли, время не ждёт, – Даратас прикрепил торбы к седлу, и, взмыв в воздух, плавно опустился на спину драконицы.
– Но у Герды раны! – попыталась задержать мага Оля.
– Это царапины. Они заживут через пару часов, – сказал маг. – Помни, Строгонов, обратный отсчёт неумолим. Чем дольше ты будешь тешить надежды, тем меньше останется шансов у людей Лагеря.
– А нас точно примет Санпул? – сомневался Владимир.
– Доверься мне, – ответил маг и похлопал драконицу по шее. В следующий миг Герда расправила крылья и за пару мощных взмахов взмыла в небо.
– Наверное, ничего больше и не остаётся, – пробормотал Строгонов, оставив Олю в одиночестве. Девушка долго смотрела Герде вслед, пока та не скрылась за облаками.
***
– Как мы здесь оказались? Почему Арена духов заработала? – размышлял вслух Ромунд, пробираясь сквозь густые заросли. Дорога из пустыни вывела оставшихся в живых участников игр к поросшему высокой осокой лугу. Здесь их застали сумерки и туман. Ощущение опасности снова повисло в воздухе.
– Трудно сказать, – качал головой Сильвестор. – Судя по пустующим трибунам, это замечательное место может работать и без присутствия публики.
– Дурной мальчик, – влез Игнок. – Я говорить не ходить туда? Говорить?
Ромунд отмахнулся от него трезубцем.
.– Если каждый раз всё просчитывать, можно элементарно сойти с ума, – заметил Ромунд. – Меня вело чувство. Мне казалось, что я делаю правильно.
– Чувство! – Игнок сплюнул. – Теперь твой чувство ощущать мой зад. Скоро все мы чувство. И почему мы идти вот так? Без маскировка?
– Потому что это арена, Игнок, – ответил Сильвестор. – Прятаться бесполезно: Стражи Арены рано или поздно найдут нас. К тому же заросли отличное место. для хорошей резни.
– Шедоулайн, – выдохнул Ромунд,
– Думаю, да, – кивнул Сильвестор, в который раз проверив щиты. Оба мага ни на секунду не ослабляли магических чар, защищавших их и Игнока. Нападения можно было ждать откуда угодно.
– Жаль, что среди этих людей не осталось магов, – посетовал Ромунд, оглядев плетущуюся за ними толпу. – Кто они вообще? Игнок вроде говорил, что в этом. мире живёт только его народ, и ещё какой-то.
– Эти человеки не жить здесь. Они походить на Сотворяющих, но не быть ими. Тедо рассказывать, что Сотворяющие находить таких вне, и делать рабы.
– Может и так. Но Сотворяющие покинули перемычку много лет назад, а участники битвы выглядят свежими.
– Анабиоз? – нахмурился Ромунд.
– Возможно. Но я не исключаю веерных искажений, – проговорил очкарик, и, заметив косой взгляд Ромунда, пояснил: – Сотворяющие были великими мастерами, гениями! Может быть, они устроили свой. Колизей так, что при включении он вырывал различных людей из других миров и швырял сюда. Согласись, гораздо веселее наблюдать не за агонией обречённого раба, а за сбитым с толку пришельцем из другой реальности. Это подогревает интригу!
Насчёт веселья Ромунд не мог согласиться с Сильвестором. Наверное, потому, что был участником, а не зрителем.
Неожиданно Сильвестор остановился. Юноша последовал его примеру и присел, беспокойно озираясь по сторонам. Так же сделали и другие люди. Теперь они доверяли каждому действию магов, умудрившихся уложить двух Стражей Арены!
– Чувствуешь? – спросил Сильвестор.
– Что? Что я должен чувствовать? – голос Ромунда предательски задрожал.
– Холодно. Температура быстро сменилась.
– Может, очередная локация Арены? – нахмурился молодой маг, стараясь справиться с нервами.
– Нет, – твёрдо ответил Сильвестор и в следующий миг с его рук сорвался пульсар.
Шар яркого пламени взорвался в десяти шагах от Сильвестора и Ромунда, и взрывной волной задел кого-то, прятавшегося в кустах. Невидимый издал пронзительный визг и молнией метнулся к Сильвестору. Ромунд успел различить два невероятно быстрых удара огромных лезвий, прежде чем очкарик отлетел далеко в сторону, а сам Ромунд с перепугу активировал трезубец.
Артефакт Раптора и в этот раз не подвёл. Яркое пламя ударило в стремительного противника и отшвырнуло в заросли. Среди людей началась паника. Кто-то рванул по дороге обратно, другие попытались сбиться в плотные кучки. И это стало большой ошибкой: Шедоулайн – а это был тот страшный монстр, сотканный из мрака – накинулся на них и принялся с упоением сечь и рубить.
Ромунд приказал Игноку спрятаться в осоке, а сам нашёл Сильвестора. Одежда мага сильно обгорела, как и правая половина лица, но он дышал. Видимо, потерял сознание. Скорее всего, магические щиты, выдержав чудовищную силу ударов Шедоулайна, взорвались, и откатом задело мага.