Люс-а-гард
Шрифт:
Зульфия за полтора часа успела не меньше. Поскольку они с Люс решили сделать Свирель девицей знатного и обедневшего рода, то требовался подходящий наряд. Зульфия нашла его в здоровенной «Истории костюма». Это было в меру узкое платье, приталенное, с длинными свисающими рукавами и четырехугольным вырезом. Цвет она подобрала под светлые кудри и нежный румянец Свирели — бирюзовый, покрывало для волос выбрала чуть светлее, а венчик, придерживавший покрывало, решила сделать из золотой парчи. Пока Зульфия копалась в книге, две театральные портнихи сидели наготове — с сантиметровыми
Правила хорошего вкуса в одежде пышной красавицы были таким образом соблюдены. А корсет, позаимствованный в маленьком музее фирмы, выпускающей нижнее белье, удачно приподнимал пышный бюст Свирели, так что в вырезе платья виднелась действительно аппетитная и соблазнительная складка. Люс заметила, что теперь это сложносочиненное декольте певица может использовать как походный столик — спокойно ставить на него тарелку, класть книгу или даже ларчик с побрякушками.
Побрякушки Зульфия выдала из тех запасов, что сделала ей бабка Асият для соблазнения Разина.
Свирель все время, пока ее причесывали, одевали и инструктировали, настойчиво пыталась выставить на первый план свои проблемы. Их было немало — прежде всего, она боялась потерять голос, затем — девственность, и ей пока совершенно не был нужен никакой ребенок, даже от желанного концертмейстера!
Но ее почти не слушали.
У Люс и Зульфии хватало забот — нужно было успеть переправиться в Шервудский лес, пока певицы по-настоящему не хватятся. И не просто там оказаться, но и отрезать путь возможной погоне. Поэтому Люс одной рукой наряжала Серебряную Свирель, а другой листала брошюрку, выкраденную из кабинета Маргарет. Это было техническое описание хрономаяка. Люс, конечно же, верила в свою женскую интуицию. Именно интуиция, с ее точки зрения, заставляла ее выбирать для техники именно такой способ обхождения, от которого эта техника корчилась в предсмертных судорогах. Но тут требовались реальные знания. Люс пыталась понять, что именно следует повредить в хрономаяке, чтобы вывести его из строя временно, а не на веки вечные.
Пока Зульфия наводила на Свирель окончательный блеск и учила ее пользоваться браслетом хронодесантницы, Люс быстро переоделась в свой костюм пажа. И, подумав, протянула Зульфии ножницы.
— Ну-ка, А-Гард-джан, избавь-ка меня от этого одуванчика! Надоел — сил нет!
Зульфия прекрасно понимала, что модная прическа не могла так быстро надоесть, но Люс наконец-то окончательно осознала, что в двенадцатом веке не было химической завивки.
— Не жаль? — на всякий случай спросила Зульфия.
— Решено. Стриги!
Волосы у Люс у корней были немного темнее. Избавившись от искусственных локонов, они сами легли красивыми волнами. Теперь Люс больше была похожа на изящного мальчика. Вместе с золотистым одуванчиком она утратила свою драгоценную экстравагантность, но больше соответствовала стилю эпохи.
И тут в комнату, где боевые подруги готовились к очередному путешествию, без стука вошла Диана Кассион.
— Отыскали-таки! — изумленно воскликнула она,
В сердце неугомонной тренерши мгновенно зародился жесточайший гимнастический комплекс, который за два месяца избавил бы толстушку от тридцати килограммов. Люс по бабкиным глазам прочитала неуемное желание немедленно стянуть со Свирели средневековый наряд, засунуть ее в гимнастический купальник и умыкнуть в спортзал. Оставался только один способ отвлечь бабку — приласкаться, что Люс из воспитательных соображений делала очень редко.
— Бабуленька, милая, главное — это очень захотеть! — воскликнула она, обнимая Диану и целуя ее в щеки.
— Где же эти прошмандовки тебя отыскали, голубушка? — продолжала изумляться Диана. — И до чего же быстро они тебя отыскали!
Услышав незнакомое слово, Свирель вопросительно посмотрела на Люс. Но та и сама часто не понимала бабкиной лексики.
— Так чем же они тебя соблазнили? — не унималась вредная бабка, на которую как раз сегодня нежности и не действовали. — Они хоть объяснили тебе, какая нелегкая жизнь тебя там ожидает? Им-то хорошо, они у меня обе
— А-Гард, а ты?
Как Люс и Зульфия имели темное представление о звездах оперной сцены, так и Серебряная Свирель смутно понимала, что такое это самое «А-Гард». Поэтому никакого восхищения на ее лице не отразилось.
— А знаешь ли ты, с какими чудовищами?…
Люс поняла, что сейчас бабка Диана с большим чувством юмора расскажет про сражение Люс с блохами. А это было уж вовсе некстати. Судя по нежнейшей коже певицы, она очень заботилась о своей внешности.
— Бабуля, не шути так, не пугай нашу новую десантницу, — вмешалась Люс. — Конечно, мужчины и тогда не были ангелами, но и чудовищами их называть незачем. Обыкновенные здоровые мужчины, без дурацких проблем… И ты же знаешь — если я иду с ней, как сопровождающее лицо, ей ровно ничего не угрожает!
— Не нравится мне эта затея с сопровождающим лицом, — призналась Диана. — Разве мало эпох, в которые можно отправиться без всякого риска?
— Мало, ханум, — твердо сказала Зульфия. — А это еще довольно миролюбивая страна и безопасное время.
— К тому же маршрут недорогой, — Люс приготовилась было перечислить цифры из своего доклада, но тут по веселой бабкиной физиономии поняла, что сейчас произойдет. Диана, очевидно, решила развлечь новую десантницу рассказом о проколе великолепной Люс-а-Гард.
— Бабуля! — укоризненно сказала Люс. — Эпох, конечно, много, но второго Шервудского леса на свете нет! Ты подумай, ведь эти стрелки вели крайне опасный образ жизни. Вполне возможно, что они не оставили потомства. Представляешь, как пострадал генофонд?
Люс повернулась к Серебряной Свирели, потому что та куда больше нуждалась в обработке, чем Диана.
— Мы же спасаем генофонд! — патетически воскликнула Люс. — Мы восстаем против закона естественного отбора, который завел нас в тупик! Во все времена настоящие мужчины лезли во всякие передряги и гибли, а детей плодили домашние, безропотные, комнатные, постельные мужичонки! И вот мы пожинаем плоды этого безобразия!