Маэстро
Шрифт:
Энтрери схватился за рукоять, украшенную драгоценными камнями, но не стал вынимать кинжал. Он воззвал к нему, давая оружию выпить оставшуюся энергию женщины, словно вампир, переливая её хозяину.
Силы медленно возвращались к мужчине. Эта инъекция жизненной силы боролась с ядом.
Вторая жрица уже была рядом с ним, быстро атакуя булавой, но Энтрери задержался чуть дольше. Коготь Шарона яростно метался из стороны в сторону, блокируя булаву и держа кнут подальше от человека.
Он знал, что осталось еще чуть-чуть.
Онемение покинуло ногу Энтрери.
Убийца вырвал кинжал, и труп жрицы по инерции рывказавалился на бок. Мужчина встал на ноги.
В этот момент Энтрери увидел Дзирта, охваченного огнем, и решил, что один из союзников потерян.
Он понял, что у них нет времени.
Энтрери взмахнул Когтем Шарона, используя немного его магии. Клинок создал завесу волшебной золы, которая создала непроницаемую стену между ним и противницей.
Он подкинул кинжал в воздух и метнулся вправо, сквозь угольную завесу.
Мужчина заметил растерянный взгляд жрицы, следящей за летящим в неё кинжалом. Драгоценные камни вспыхивали в свете факелов.
Наконец, она развернулась, только сейчас понимая, что Энтрери прорвался сквозь странный парящий пепел, и смущенное выражение на лице женщины сменила гримаса ужаса. Энтрери был слишком близко. Обеими руками он сжимал этот могучий меч, совершая широкий замах вправо. И никакая магическая броня не могла остановить его удар, нанесенный столь уверенной рукой.
Артемис Энтрери разрубил жрицу пополам.
Дзирт знал, что это пламя не было обыкновенным. Он был свидетелем многих подобных атак. Часть из них исходила от Кэтти-бри. Эта магическая волна была сотворена матроной матерью правящего дома, и огненные языки жалили и кусали его тело.
Но Дзирт вышел из огня. Ему было неуютно, но, тем не менее, он был целым и невредимым, к великому неудовольствию двух жриц, в том числе и Жиндии, которые сосредоточили внимание на нем.
— Как? — услышал он шепот жрицы, стоявшей рядом, стоило ему броситься на неё. Его клинки слились в размытое пятно, разрубая магическую защиту и разрывая кожу женщины. Её озадаченность не удивила Дзирта. Она не могла знать о морозном клинке по имени Ледяная Смерть, который защищал его даже от мощных магических атак. Тем не менее Дзирт не чувствовал себя комфортно, магия матроны матери почти подавила магию лезвия. Какое-то время Дзирт даже сожалел, что отдал свое кольцо Кэтти-бри. Но, в конце концов, ему потребовалось лишь мгновение, чтобы среагировать. Защитных сил клинка оказалось достаточно, чтобы сохранить его жизнь, не давая пламени нанести серьезного вреда.
Жрица повалилась на пол, тяжело дыша и хватаясь за разрезанное горло. Дзирт обратил свое внимание на дальнюю дверь, к матроне матери, которая стояла перед ним, снова творя заклинание.
Она была достаточно мудра, чтобы больше не использовать огонь.
Следопыт ощутил волны захватывающей магии, заклинания сдерживания. Он уже собирался совершить движение, отклоняясь туда, откуда пришел, но сила взрыва повалила его на пол. Во время падения он попытался убрать скимитары. Маневр, который он с успехом
Дзирт проигнорировал это и превратил падение в неуклюжий кувырок, вынимая Таулмарил, как только ему удалось встать на ноги.
Дроу, пошатываясь, поднялся с пола, его мозг онемел от магической атаки. Он сохранил достаточно разума, чтобы контролировать свои движения и направление. Дзирт выпустил первую стрелу прежде, чем Жиндия успела закончить своё заклинание.
Выстрел казался удачным, но в последний момент магический клинок закружился и затанцевал в воздухе, отбивая стрелу и отводя её в сторону.
Она создала барьер лезвий, понял Дзирт.
Та же участь постигла вторую стрелу. Третья прошла сквозь барьер, но взорвалась снопом искр, врезавшись в личный магический щит Жиндии.
В этой вспышке разноцветных огней Дзирту удалось лучше рассмотреть клинки, вращавшиеся вокруг Матроны Матери Жиндии. Следопыт пригнулся и перекатился взад-вперед, посылая в женщину непрерывный поток стрел. Он понимал, что ему не преодолеть магическую защиту, ему не убить Матрону Мать, просто стреляя из лука.
Но это больше не было его целью.
Он оценивал барьер лезвий, наблюдая за порядком их кружения, за скоростью клинков и областями, которые они облетают.
В воздухе перед ним возник волшебный молот. Дуги черной энергии потрескивали на его поверхности — безусловно, эта сила пришла с нижних планов.
Дзирт увернулся. Он бросил Таулмарил, чтобы блокировать удар, и его руки задрожали от столкновения. Черные усики, вырвавшиеся из молота, проползли вдоль лука и вцепились в Дзирта.
Отступив назад, дроу получил достаточно времени, чтобы выпустить еще одну стрелу, но Матрона Мать Жиндия была так поглощена сражением, что даже не моргнула, когда новый снаряд взорвался искрами прямо перед её носом.
Она подняла руки перед собой и начала чертить пальцами, оставляя светящийся след там, где их кончики касались воздуха.
Женщина нарисовала символ, руну, которая повисла в пространстве. Дзирт упал и схватился за грудь, которую внезапно обожгло мощной волной боли.
Жрица, стоявшая по другую сторону стола, рухнула, разрубленная пополам. Но даже когда она упала, Энтрери, убивший её, споткнулся, задыхаясь от боли, причиняемой символом Жиндии.
Волшебный молот пронесся в стороне от Дзирта, и дроу понял, что ему не уклониться от удара.
Но клинок парировал молот — это Джарлаксл выбросил Кхазид’хи вперед.
Дзирт понял, что это дало им не более чем маленькую отсрочку. Джарлаксл тоже ощущал боль, которую причиняла руна, и его рывок оставил наемника валяться на полу, скорчившись в агонии.
Жиндия уже рисовала в воздухе второй магический символ, и Дзирт осознал, что его друзья не могли победить. Они категорически уступали в численности и, разумеется, были обречены. Он хотел отбросить свой лук, чтобы сдаться и молить о быстрой смерти.