Магма
Шрифт:
– У тебя есть идея? – осведомился Раш.
– Сейчас, – ответил Женя, не отрываясь от подсчетов. Еще минуту он продолжал считать. Последняя цифра, выданная калькулятором, заставила Кузнецова подскочить едва ли не до потолка.
– Джейк, – произнес Кузнецов, возвращая мальчику калькулятор. – Ты нам очень помог. Я не знаю, что и делал бы без тебя!
Они вышли из дома Джейка и остановились на подъездной дорожке для автомобилей.
– Что ты нашел? – спросил Раш.
– Мальчик
– Допустим. Снова цифра пять?
– Она везде. Пять колонн. Пять появлений мальчика. Пять полос на камне. Помнишь, мы с тобой гадали – почему промежуток времени между появлением колонн разный?
– Мы так и не смогли ответить на этот вопрос.
– Верно. Интервал времени между третьим и четвертым появлением мальчика – ровно неделя, семь дней. Интервал времени между появлением третьей и четвертой колонн составляет тридцать три и шесть десятых часа или одну целую и четыре десятых дня.
– Ты хочешь сказать, что появление колонн соответствует появлению таинственного мальчика? – воскликнул Раш. – Это значит, что оно указывают время открытия прохода в барьере!
– Вот именно! Колонны появляются ровно в пять раз чаще! Вот где понадобилась эта ключевая цифра! Возьмем второй интервал. Между появлением мальчика прошло четыре дня. Между появлением колонн – ноль целых восемь десятых суток. Интервал времени между появлением колонн снова в пять раз меньше!
– Мы не знаем, когда мальчик появится в пятый раз, – продолжил Раш. – Но мы знаем время между появлением четвертой колонны и надписи в Долине Смерти, которую следует считать пятой!
– Да. Эта величина – два и четыре десятых дня. При умножении на пять получается двенадцать дней. Если последний раз мальчик появлялся девятнадцатого июля в полдень, то следующего открытия прохода следует ожидать в полдень тридцать первого числа. То есть завтра!
– Эта информация нам ничего не дает! – скептически произнес Раш. Первоначальный порыв от открытия в нем угас. – Если даже Мдраг завтра начнет цепную реакцию, мы не сможем ему воспрепятствовать. Мы же не можем проникнуть в магму.
Кузнецов как-то странно блеснул глазами:
– Есть у меня надежда еще на одного человека. Это канадский изобретатель Фредерик Паррель. Он построил аппарат, который может опуститься в магму.
– Твои слова похожи на слова безумца. Женя, я беспокоюсь о тебе. Ты кажешься сумасшедшим.
– Сейчас мою дочь можно спасти, только являясь сумасшедшим.
– Фредерик – это Кузнецов! – произнес Женя в трубку телефона.
– Доктор Кузнецов? – в задумчивом голосе Парреля проскользнуло удивление. – Как ваши дела? Я слышал, вы повесились.
– Это был не я... Как твои дела?
– Я изобрел аппарат для возбуждения сейсмических волн без взрывов. Такая замечательная
– Фредерик, – прервал его Кузнецов, – как поживает твой аппарат, который может опуститься в магму?
– Пылится на складе у военных. «Ред Зоун» и «Ай-Эсоботикс» отказались сконструировать робота для моего аппарата. Поэтому испытать его некому.
– Человек сможет находиться в твоем аппарате?
– Я делал его для человека. Вот только желающих испытать пока не нашлось.
– Я смогу тебе помочь.
– Правда? – обрадовался Паррель. – Ты сможешь продвинуть проект в «Ред Зоун»?
– Нет, я могу сам пилотировать аппарат.
– Ура!!! – закричал Паррель в трубку. Кузнецов, скривившись, отстранил ее от уха. – Женя!
– Что?
– Только военные его не отдадут. Это ведь их деньги потрачены на производство.
– А зачем он нужен был военным? – удивился Кузнецов.
– Чтобы нырнуть под землю в одном месте, а вынырнуть вражеской территории. Кузнецов усмехнулся.
– Ладно, с военными я все улажу. – Женя посмотрел Раша. Тот кивнул, уже берясь за трубку телефона. – Фредерик, срочно бегом к ним. Собирай все, что потребуется. У нас очень мало времени. Максимум через час ты с аппаратом вылетишь в штат Орегон.
– Женя, ты не пожалеешь! – произнес Паррель.
9.42 по стандартному времени горных областей США, 31 июля
– Он совсем молод и кажется безумным, – произнес Раш, глядя на изобретателя, когда тот сходил с борта военно-транспортного самолета.
– Такой же безумный, как я? – спросил Кузнецов.
– Еще хуже.
– Это хорошо, – ответил Женя. – Привет, Фредерик. Это Брюс Раш, специалист по аномальным явлениям.
– Мне очень приятно, – ответил Паррель, держась за руку Раша и глядя ему в глаза.
Аппарат уже выгружали из транспортного люка самолета. Он был массивным и походил на повернутую набок каплю. Стенки аппарата блестели. Вдоль борта располагалось восемь длинных спиралей наподобие тех, что бывают в мясорубке.
– У меня мало времени, чтобы научиться управлять им, – произнес Кузнецов. – Каков принцип действия аппарата?
– Я должен получить за него Нобелевскую премию... После вас, конечно, доктор Кузнецов. Только военные не дают опубликовать ни строчки из моих разработок.
– Он выдерживает температуры выше тысячи градусов? – спросил Раш.
– И даже больше. До 1300 для верхних слоев астеносферы1 . Вот только давления выше 13 000 атмосфер могут раздавить его. Поэтому максимальная глубина погружения не более пятидесяти километров.