Макс
Шрифт:
— И ты никому ничего не сказала, потому что?.. — У Клыка всегда бывает такой терпеливый спокойный голос, когда он хочет дать мне понять, что знает: я сваляла большого дурака.
— Я хотела сначала проверить. — Я начинаю оправдываться, из чего он сразу понимает: я осознала, что выбрала не самое лучшее решение проблемы. А наоборот, самое худшее. — Я потом сказала об этом Джебу, и он побелел, как будто из него сразу всю кровь откачали. А затем сказал, что ничего ни о каком мистере Чу не слыхал. Будто я тупарь какой безмозглый и ему поверю.
В
— Махимум Райд! — кричит со двора двойник Ари.
— Трудно, что ли, было запрограммировать его правильно произносить мое имя? — злобно шиплю я.
— Приказываю вам покинуть территорию здания, — продолжает псевдо-Ари.
Высовываю нос из-за занавески. Он стоит совсем близко, ярко освещенный большой, полной, низкой луной. Рассматриваю его повнимательней и от того, что я вижу, кровь у меня холодеет. И не потому, что он похож на Ари.
— Клык, посмотри. Кажется, это не робиот.
Клык слегка приподнялся и внимательно поглядел в щель:
— Хммм…
Считайте, что за его «хммм» стоит целый параграф, да еще кое-что между строк прочесть можно.
Снова смотрю наружу. Бойцоботы стоят друг к другу плечом к плечу. Их плотный строй образовал правильный круг вокруг дома. Колени полусогнуты, руки подняты на уровень груди и «Узи» на взводе. Они в любую секунду готовы к действию.
Но их главный не просто стоит на отшибе. Он совершенно не такой, как остальные, и, несмотря на механические резкие движения, несмотря на металлический монотонный голос, он странно и болезненно напоминает человека.
Меня вдруг осеняет:
— Эй, Клык! Помнишь, в ИТЕКСе на роботов натягивали кожу, чтоб они были похожи на ирейзеров или просто на гуманоидов. С этим, кажись, все наоборот: понимаешь, не просто механику прикрыли, а будто настоящего человека взяли и встроили ему внутрь робота. Вот мерзость!
Клык несколько секунд молча на меня смотрит.
— Тяжело быть Максимум Райд.
— В этом я полностью с тобой согласна. Так и запиши. А то потом будешь говорить, что я всегда с тобой про все спорю. Но ты мне скажи: ты считаешь, что то, о чем я говорю, невозможно? Считаешь, что никто не расценит это как извращение, что в живого человека врастили кибера? Я и сама не могу в это поверить. Это почти так же невероятно, как и подсадка птичьей ДНК на человеческую. Это все из области научной фантастики, а в реальной жизни такого не бывает!
— Ты чего так орешь? — шепчет Газзи, спустившись с лестницы.
— Я не ору, — говорю я, понижая голос. — Я просто оцениваю врага.
— Ну-ну, продолжай оценивать. Пока они не взорвались.
24
Запри Газмана в одиночестве, дай ему пачку зубочисток и миску желе — он, как не фиг делать, сочинит вам из них взрывчатку.
От окна меня как ветром сдуло, и я стремительно закатилась за диван.
— Взорвались? — переспрашиваю его. С нашим Газзи всегда так. Сначала меры предосторожности принимай,
— Когда вы покинете территорию дома, вы будете ликвидированы по всем правилам военных действий, — талдычит снаружи голос командира.
Газзи хихикнул:
— Вот долдон! Подожди, сейчас увидишь у меня в действии свои «правила военных действий».
Я глянула на Клыка, который быстро заполз под стол.
— Ты куда положил пламясбивающие одеяла?
Он пожимает плечами:
— Не помню.
Темнота в комнате вдруг сгустилась до предела. Исчез падавший из-за занавески отблеск луны. Потом откуда-то издалека донеслись громовые раскаты. Откуда бы здесь быть грозе? Мы в середине пустыни. Не больно-то здесь часто грозы случаются.
— Господи боже мой! Газ что, грозой управлять может? — обеспокоенно справляюсь я у Клыка.
Он в ответ только стонет, уронив голову в ладони.
— Махимум Райд!
— Максимум, болван, Максимум! — не выдержав, огрызаюсь я. Клык втянул голову в плечи.
Новые раскаты грома. Окна дрожат. Из-за спинки дивана выглядываю в приоткрытую занавеску. У командира такое же недоуменное лицо, какое было у Ари.
— Сейчас, сейчас начнется, — доносится с лестницы голос Газзи.
— Это ты подстроил? — спрашивает его Игги.
— Я.
— А ты не можешь направить ЭТО в сторону, подальше ОТ нашего дома?
«Да, да, пожалуйста. Что бы ЭТО ни было, пусть оно „действует“ в другую сторону», — лихорадочно думаю я про себя.
Газзи только хихикает:
— Сейчас начнется!
Внезапно всю округу освещает здоровенная молния. Невзирая на ставни и занавески, в комнате становится светло как днем. Одновременно раздается зловещий шипящий, свистящий звук, и в доме полностью вырубается все электричество. Потом громыхает адский раскат грома, и внутри у меня холодеет.
Воздух содрогается, барабанные перепонки чуть не лопаются от мощного взрыва. И все мгновенно стихает.
Наступает гробовая тишина.
— Классно! Классно все получилось! — возбужденно орет сверху Газман.
Слышу, как наверху наши ему аплодируют.
— Расскажи, ну-ка говори, как там все получилось! — просит Игги. — Ну что вы молчите! Ладно, я даже отсюда горелый запах чую.
— Я же говорю, класс! Вершина наших пиротехнических достижений! — Газ никак не может угомониться и вприпрыжку врывается в комнату.
Мы с Клыком осторожно поднимаемся на ноги.
— Макс, послушай. — Газзи подбегает ко мне. — Мы увидели в отдалении грозовые тучи. Зуб даю, здесь это первая гроза за сто лет. Смотри, что дальше было. На крыше дома — громоотвод, металлический прут, посылающий разряд молнии в землю. Мы его отсоединили, нацелили на боевиков, ну и, само собой, немного над ним поколдовали, чтобы разряд чуток усилить. Какая у нас логика была? Ты же знаешь: они а) хрупкие, б) металлические. А самое важное, они так близко друг к другу стояли, что заряд от одного к другому передался и всех по цепочке их и поджарил.