Макс
Шрифт:
— Вы что, считаете, что в океане имеется источник радиации? Вы хотите сказать, доктор Двайер, что он вызвал мутации живых существ, превратив их в убийц-монстров? — спрашивает один из ученых.
Бриджит кивает:
— Именно это я и хочу сказать. Наша задача теперь — найти этот источник.
60
Корабль в сто раз лучше подводной лодки — я смотрю на пенистую дорожку, остающуюся у нас за кормой, и не перестаю радоваться, глубоко вдыхая свежий соленый воздух. Наш корабль — сорокачетырехфутовый и трехпалубный —
— Мы сейчас устанавливаем радиационные детекторы, — говорит Бриджит. — Клык, хочешь посмотреть? Ужасно интересный процесс.
Я чуть не до крови закусила губы — только бы не разораться. Клык искоса на меня глянул и пошел за Бриджит спускаться в отсек с оборудованием.
Через полчаса берега уже почти совсем не видно, даже с нашим острым птичьим зрением. Моторы выключены, но здесь слишком глубоко, чтобы встать на якорь.
А мне совершенно невозможно удержаться и не взлететь в небо.
Разбегаюсь по палубе и, взмахнув крыльями, спрыгиваю через парапет. Теплый морской ветер сам уносит меня вверх, и ленивыми кругами я поднимаюсь все выше и выше к солнцу. Ангел, Игги, Газман, Надж и Тотал следуют за мной. Все, кроме Клыка. Он там, поди, воркует вместе со своей Премудрой над океанскими картами. Но я стараюсь о нем не думать — не буду портить себе праздник, и все тут!
Еще шесть месяцев назад мы часами летали чуть ли не каждый день. Крылья, сильные и не знающие усталости, были нашим главным средством передвижения. Случалось, ходить и то было странно. Но в последнее время мы только и делаем, что путешествуем на самолетах, грузовиках, машинах, кораблях и даже подводных лодках. Как же мне надоели все эти транспортные средства! Хоть сегодня полетаю в свое удовольствие, наслаждаясь солнечными лучами, ласкающими мне крылья и обливающими теплом каждое перышко.
— Благодать, — урчит в лад моим мыслям Игги.
— Кайф, — вторит ему Газзи.
— Никогда, ни за что больше хаки не надену, — твердо заявляет Надж, выписывая огромный круг.
Было время, мы жили бок о бок с ястребами, а потом с летучими мышами. Они-то и научили нас паре-тройке всевозможных маневров. С тех пор каждый раз, как вижу, что кто-то из наших летает по-ястребиному, сердце у меня подпрыгивает от радости.
Но вернемся к тем блаженным временам, когда я не слишком чувствовала себя человеком. А значит, когда у меня особенных человеческих проблем не было. Не было похищенной мамы. Клык был братом и другом, а вовсе не проблемой и занозой. Бриджит не было тогда и в помине. Или Голоса, который то здесь, то там. А теперь я могу…
— Ой!
Что-то твердое и мокрое взорвалось у моего плеча и до нитки промочило мне рубашку. Оглядываюсь в надежде, что не увижу никакой крови. Похоже… Похоже, что это…
Поднимаю глаза вверх — Газзи практически сложился пополам и чуть не хрюкает от хохота. Чуток успокоившись, выуживает из-под куртки еще один шар с водой. Бах! Надж верещит, выжимая на лету свои кудри. Как она ни уворачивалась, он заехал ей прямо в лоб.
— Моя прическа! Гад ты, Газзи! — Вода стекает у нее по лицу. — Я их выпрямляла-выпрямляла!
Игги хихикает и вытаскивает свой арсенал. Они с Газманом почем зря разбомбили меня, Надж и Ангела. Как они только на такую высоту поднялись с этаким грузом воды в шарах? И откуда шары взяли? Не припомню, чтоб у них было время по магазинам шастать.
— Прекратите немедленно! — протестую я. — Я вам такого веселья задам! Попадитесь мне только!
Потом мы поиграли в ныряй-вертикально-вниз, в догонялки, в дерни-за-перо и снова в войну водяными шарами. Я поймала Газа за ногу, подвесила его вверх ногами и трясла, пока все шары из него не вытрясла. Ангел и Надж висели внизу и ловили «вражеское» вооружение. Так что Игги и Газу от нас тоже прилично досталось.
Короче, как в добрые старые времена, как и полагается детям-птицам, все мы здорово повеселились. То есть все, кроме Клыка.
Наконец идем на снижение. Скулы свело от смеха, мокрые, потные, красные, взлохмаченные ветром.
На палубе неподвижно стоит Клык. Ждет. Несколько ученых наблюдают за нами в бинокли. Где-то футов за шестьдесят от корабля Ангел внезапно закричала:
— Смотрите, смотрите! Вон там! Что-то громадное, но не кит!
Смотрю вниз. Правда, там что-то огромное, странной неправильной формы, похоже, уходит под воду. Секунда — и оно совершенно скрылось из виду.
Я опускаюсь на палубу. Грациозно, без единого звука, как какая-нибудь волшебная фея. Пусть-ка его красавица Бриджит так попробует.
— Мы только что видели что-то в воде, — сообщаю я, все еще слегка запыхавшись. — Оно ушло слишком глубоко вниз, и разобрать, что это, было невозможно. Но оно здесь, и совсем неподалеку.
— Надо нырнуть и хорошенько рассмотреть. — Ангел решительно забирается на поручень, готовая нырнуть в любую секунду.
— Эй, подожди нырять! Надо сперва план составить.
— Макс права, — соглашается со мной Бриджит. — Наши приборы зарегистрировали повышенный уровень радиации. Но мы не можем понять, где ее источник. Так что мы к визуальным наблюдениям пока не готовы, и я бы хотела провести еще кое-какие тесты.
— Понятно… — Ангел кивает, и у меня вырывается вздох облегчения. Такой сговорчивой я ее давно не припомню. — Но я-то уже готова!
Мой вздох облегчения явно был преждевременным. Потому что с этими словами Ангел легко подпрыгнула и головой вперед ушла под воду.
Я этого ребенка убью. Так и запишите: убью.
61
Позвольте обратить ваше внимание на тот незамысловатый факт, что под водой людям необходимы ласты, маска, дыхательный аппарат и баллон со сжатым воздухом. В небе мне ничего не нужно. Какой отсюда следует вывод? Для подводного обитания я категорически не предназначена.
Чтобы облачиться в перечисленное выше подводное снаряжение, мне, доктору Акане, Клыку и Джону потребовалось восемь минут. А казалось, целый месяц. Но в конце концов, спиной вперед и прижимая маску к лицу, я выпала с корабля. Груз и тяжеленный баллон сразу потянули меня вниз.