Малец
Шрифт:
Хозяева затеребили бороды, действительно не по-людски получается, но и про свой интерес забывать ни в коем случае нельзя. Как бы то ни-было, когда Асата заявился домой, основной накал страстей удалось сбить и народ хоть и хмурился, но уже руками размахивать не пытался. Дальнейший разговор по душам закончился взаимными договоренностями, хозяева ищут нам работников взамен тех на кого имели виды, а мы прилагаем все усилия на убеждение их вернуться к прежнему занятию.
Однако на этом не закончилось, тот самый Евсей, который был похож на гнома, решил
– Слышь, кузнец. Прознали мы, тут по случаю, что ты со своими работниками не деньгами, а 'таликами' рассчитываешься, а потом они в твоих магазинах за эти талики товар берут.
Талики? Какие еще талики? Асата тоже недоуменно на меня косится. Достаю из кошеля два талона, и начинаем искать откуда могли взяться эти пресловутые талики? А и точно, если посмотреть на надпись, то последняя буква 'Н' в слове 'талон' своей правой стороной упирается в дырку и потому, при некоторой натяжке смотрится как буква 'К'. И в тоже время, в букве 'О' перед ней при наклоне рисунка верхняя и нижняя часть не просматриваются, вот и получился 'талик'. Объясняю отчиму, что произошло и он от смеха чуть не падает под стол, смеялся он так заразительно, что мужики вокруг не выдержали и тоже стали посмеиваться, хоть и не понимали в чем дело.
– Это ж, где такой грамотей выискался?
– Спрашивает Асата, утирая слезы.
Судя по тому, что Сашка Черный резво покраснел, искать грамотея дальше не имело смысла, тем более что не так уж он и далек был от истины.
– То не 'талик', - принялся пояснять отчим, - а 'талон', это долговое обязательство завода перед работником. Захочет тот, чтобы с ним рассчитались, приходит в наши магазины и забирает то, что ему нужно, на сколь этих талонов у него есть. А чтобы считать проще было, на талонах назначена цена обязательств.
– А если нет в магазине товаров, которые ему нужны?
– А вот если нет, - сразу стал серьезным Асата, - тогда по старому, берет то, что есть в магазине и идет менять на торг.
– Но деньга все одно нужна, как мытарю платить?
– А для мытарей мы работникам одну десятую деньгой отдаем.
– Ага, - прищурился Евсей, - а вот скажи мне, кузнец, ежели я тебя попрошу для расчетов по своим делам ссудить мне этих талонов, как решишь?
К такому обсуждению отчим был не готов, поэтому, не особо заботясь о своем авторитете, повернулся ко мне:
– Ну давай, Васька, расскажи людям чего ты там придумал.
Пожимаю плечами:
– А чего здесь думать, с талонами как с деньгами, хочешь их заиметь, вносишь в магазин либо деньгами, либо товаром по малой цене. Не хочешь по малой, свой угол откупаешь и сам за талоны торгуешь.
– Э нет, - тут же встрял Черный, вот же бузотер, - вы то сами денег не вносили, товар не торговали.
– То совсем не так, - возражаю мастеровому, - талонов в обороте ровно столько, сколько у нас денег и товара, будет больше, верить перестанут, а нам этого не надобно.
– Завтра товар в магазин завезу, талонов дашь?
–
– Сразу? Нет!
– Дам на треть товара, остальное в зависимости как продаваться будет, вдруг товар окажется лежалым.
– Это мой-то товар будет лежалым, да моими бочонками весь посад пользуется, - тут же подбоченился Евсей, - а давай я в твоем магазине лавку откуплю, буду сам свое продавать.
– Одного не пойму, мужики, - в очередной раз встрял Черный, - да зачем вам эти талоны? Мы и без этого магазина сторговаться можем.
– Можем, Сашка, можем, - согласился Бондарь, - да только деньгу мало кто дает, раза по три приходится обмен делать, пока на нужный товар сговоришься, а шкурками расплачиваться сам знаешь, с каждым разом в цене теряешь.
Все, процесс пошел, завтра буду сговариваться с артельными, нужно быстро большой пристрой к магазину ладить, да делить его на торговые места. Заботы резко прибавится, нужно кого-нибудь нанимать в помощь нашим торговцам.
Дед Голеня сидел за столом у окна и пил китайский чай, радуясь наступлению настоящего летнего тепла, при этом он присматривал за внучкой, которая сидя на завалинке, пыталась сплести из березовой коры небольшой кузовок. Получалось не ахти, хоть и старалась девчонка, а все равно без искры в душе ничего путного не выходит.
– 'И как это так красиво и ловко у соседских, Дашки с Лисаветой, выходило?' - При этом думал он.
– 'Вроде бы и усилий никаких не прикладывали, а раз, раз и готово, да так ладно, хоть сразу на торг. Ан нет, они еще и украсят так, что люди с руками рвут. Всё говорят их Васька учил, вот откуда у мальца что берется? Раньше ходил Васька дурак, а теперь люди и по отчеству не стесняются его звать. Высоко взлетел малец, у купца Гандыбы лучший компаньон и над двумя заводами приказчиком стал.'
Вдруг пару раз гавкнул кобель и, виляя хвостом, двинулся к воротам, знать Тимофей, младший, с берестой из дальней рощи вернулся, вблизи-то все ободрали. Пора заканчивать с этим делом, прибытка никакого, как последний раз на рождество выкупили часть поделок, так и все, если и покупают чего, так больше возни. Сын открыл ворота, завел лошадь с телегой во двор, и бросил поводья, всю остальную работу проделают внуки Голени, которые уже принялись тягать листы коры из телеги в сарай на просушку.
– Что-то ты сегодня долго, - высказал свое мнение отец.
– Так и дальнюю рощу ободрали, пришлось по остаткам добирать, - принялся оправдываться сын, - сейчас в округе хорошей коры не сыскать.
– А не нужна она больше, - высказал свое мнение хозяин, - нет от нее прока, пора тебе другую работу искать. Сейчас пристроиться говорят легко, как кузнец свои заводы поставил, так работники сразу в цене стали. Хочешь на верфь иди, правда там только до холодов работа будет, хочешь на кирпичный, там работа потяжелей, зато платят хорошо, а можешь возницей в караван, но там с деньгой трудно.