Марготта
Шрифт:
Просидев в воде полчаса и продрогнув до костей, я тщательно застирала одежду (для этого пришлось-таки ее снять) и несколько раз окунулась с головой, пытаясь отделаться от любых воспоминаний об оторванной башке оборотня. Ну в самом деле, кто же мог знать, что он взрывается? Да еще с таким грохотом и… хм… визуальными эффектами. Или как еще можно назвать фейерверк из ошметков только что бегавшего и рычащего тела?
Брр, мерзость какая… Пришлось срочно окунуться еще раз и пообещать себе больше не вспоминать об этой гадости. Какое счастье, что
На берег я вышла, стуча зубами от холода. В кроссовках хлюпало и булькало на все лады, кожа покрылась толстым слоем мурашек, с волос текло, а со штанов, рубашки и нижнего белья, которое я сжимала в онемевших руках, – капало. Сообразив, что сил на выжимание одежды уже не хватит, я просто развесила вещи на раскидистых ветках ивы и принялась прыгать, чтоб хоть как-то согреться. Да чтоб я еще хоть раз отмывалась ледяной родниковой водой… Не дождетесь!
Вчерашние водные процедуры, когда я сигала в речку с релтской стены, показались детским бултыханием в отапливаемом бассейне. Кстати, уже какая-то нехорошая тенденция получалась, – купаться в незнакомом водоеме вторую ночь подряд, да еще и опять в одежде. Так ведь и простыть недолго!
– Так ведь и простыть недолго! – неожиданно произнес кто-то у меня за спиной.
Я резко развернулась, подхватывая с земли нож, но это оказался всего лишь Хозяин в сопровождении Глюка и Глазастого. Все трое взирали на меня с нескрываемым любопытством, как будто в первый раз увидели.
Упс! Я внезапно сообразила, что они действительно увидели меня в первый раз… без одежды. Ну не то чтоб совсем уж без одежды, если кроссовки и медальон тоже считать деталями гардероба, но все равно…
Первая реакция была завизжать и прикрыться всем, что под руку попадется. Вторая – шарахнуть по представителям мужского пола пульсаром, чтобы впредь неповадно было. Но поступила я, как всегда, вопреки всем законам логики. Я встала, уперев руки в бока, и строго уставилась на подошедших.
– И не стыдно вам под покровом ночи подкрадываться к беззащитной девушке? А если она обидится и уйдет от вас далеко и надолго? Вот утоплюсь, не вынеся позора, что вы тогда делать будете?
Честное слово, они покраснели и дружно отвернулись. Все, включая крыса и коня. Я довольно ухмыльнулась, укрылась за деревом и уже оттуда продолжила:
– А где вы забыли вещи и остальных лошадей? Вот сопрут – сами будете виноваты и придете ко мне просить прощения. А я вас не прощу, потому что знаю, какие у вас на самом деле подлые и мелкие душонки. Ладно уж вы, Хозяин, все ж таки мужчина в самом расцвете сил и ничего человеческое вам не чуждо, но от этих двоих я никак подобного не ожидала. И не надо мне говорить, что звери – суть твари неразумные. Мозгов у них побольше, чем у некоторых людей! И я даже иногда подозреваю…
– Ну хватит! Мы уже поняли, – оповестил меня Хозяин, пытаясь удержаться от смеха. – Не надо обвинять нас во всех смертных грехах. Вещи и лошадей
– Кому? А, тому стражнику!
– Да, ему. Они там сейчас пытаются навести порядок и успокоить людей. Послали за градоправителем, но, пока его разбудят, труп успеет несколько раз разложиться. Кстати, а я и не знал, что они взрываются.
– Я тоже. Только не надо об этом, ладно?
– Ладно. Будем о чем-нибудь другом. Можно повернуться?
– Да поворачивайтесь, чего уж там. Меня теперь все равно не видно, – великодушно разрешила я.
«Мужское население» развернулось как по команде «кругом» и придирчиво обозрело дерево на предмет присутствия за ним меня. Я присутствовала, но увидеть это сквозь раскидистую иву, да еще густо завешанную моими вещами, было "практически невозможно.
– Я там немного приврал, – продолжил разговор Хозяин. – Сказал, что голову у зверя оторвало потому, что я рубанул его по шее мечом, а меч мой в незапамятные времена принадлежал святому… Черт, сам забыл, какого святого помянул. Ну да ладно, их много всяких. Так что успокойся, никто твоих огненных шаров не видел, а если и видел, то подумал, что показалось.
– Да я не особо и волновалась. Как-то не до того было, – созналась я и задала-таки один из мучивших меня вопросов: – Хозяин, а вы кто?
– В смысле?
– Ну вас здесь очень многие знают. Уважают. Особенно стражники. Вы их тоже знаете, причем по именам. Так кто вы?
– Начальник внешней стражи Тангара, – вздохнул Топиэр Рулипп айр Муллен. Мне показалось, что ему стыдно за свою должность. А Глазастый вздрогнул и уставился на Хозяина, как нашкодивший первоклассник на злобного директора школы.
– А что такое внешняя стража? – не унималась я .–И чем она отличается от городской?
– Видишь ли, эльфеныш, городская занимается городскими проблемами. Ну муж застал жену с соседом-любовником, убил обоих, сам с горя повесился. Мимо шла с рынка старушка, несла корзинку с яйцами, заглянула в открытое окошко – а там один труп висит да еще два окровавленных в постели лежат. Старушка испугалась, корзинка из рук выпала, яйца разбились. Она пошла к городским, требовать возмещения морального и материального ущерба. Дескать, родственники усопшего убийцы ей должны за яйца заплатить. Но родственники подали ответную жалобу, и оказалось, что эта старушка сама им должна за то, что подглядывала в чужое окно.
– Короче, ерунда полнейшая.
– Ну иногда не такая уж и ерунда. Но общий смысл, я думаю, понятен. А теперь представь, что любовник жены трупа был не их соседом, а каким-нибудь релтийским купцом. Или, еще хуже, вельможей из Альсоро. Тогда городские быстро заявляют, что они умывают руки, потому что в деле замешан человек, не проживающий постоянно на территории Тангара. И дело быстренько переходит к нам, внешним. А у нас и своих хлопот достаточно. С одними только контрабандистами проблем столько, что…