Маша, прости
Шрифт:
Федору показалось, что он умер. И родился опять.
– Маша, – он смотрел в ее бездонные глаза. – Я тебя люблю.
– И я, – теплым сиянием глаз и двумя простыми буквами она навсегда разделила его жизнь на До и После…
1699 г. Франция. Париж
Весь путь до Марселя маленький Филипп провел, обливаясь холодным потом, лицо его напоминало каменное изваяние. Он не ел, не пил, а, закрыв глаза, дрожащими руками держался за Джо. Ступив на твердую землю, он был несказанно счастлив и благодарен судьбе
– Давай руку, не хватало еще тебя потерять, – пробурчал Джо, явно смущенный такой бурной и кипучей городской действительностью.
– Ты когда-нибудь приезжал в Париж?
– Да, я как-то оказался в квартале Пью-Сертен, но, наверное, был чертовски пьян, раз не запомнил этот дьявольский муравейник с ордой демонов, – несколько озадаченно признался он.
С большим трудом они добрались до Пьи-де-Рам, забытого богом, грязного и плохо обустроенного квартала. Вдыхая зловония и не переставая шлепать по грязи в тесном лабиринте узких улиц и обшарпанных домов, Джо, наконец, привел мальчика в маленькую гостиницу. Переночевав в небольшой, но довольно опрятной комнатке под самой крышей, они проснулись бодрыми и полными сил. Съев на завтрак тыквенный суп, они отправились на поиски маркизы де Обинье, предварительно выяснив, что та проживает на левом берегу Сены, в предместье Сен-Жермен, по улице Сен-Доминик.
Теперь взору мальчика предстал совершенно другой Париж, где разбиты сады и парки, а воздух свеж и приятен. По ровным аллеям прогуливаются красивые нарядные дамы с искрящимися улыбками. Здесь царила радость, независимость и богатство.
«Это обитель богов! – восхищенно думал Филипп. – И я обязательно покорю этот Олимп!» Когда-то он обещал это своей матери, теперь поклялся самому себе.
– Ну вот. – Джо остановился перед величественным особняком, построенным в стиле барокко.
Привратник, открывший дверь, даже не удостоил их взглядом.
– Нищим не подаем, – презрительно бросил он.
– Мне нужно поговорить с маркизой де Обинье, – Джо ухватился за ручку, не позволив закрыть дверь.
– Да? – от такой наглости у привратника вытянулось лицо. – Тебе нужно? А кто ты такой? Прочь, бродяга, пока тебе не накостыляли по шее.
– Ну вот, – расстроился Джо. – Нас даже не пустили на порог, – он почесал затылок и нахмурился. – Ух, каналья, ну погоди! Встретишься ты мне в темном переулке! – запоздало погрозил он. – Но старые моряки не отступают, держи нос по ветру! – Джо потрепал мальчика по щеке. – Если крепость нельзя атаковать напрямую, мы возьмем ее на абордаж хитростью! Вперед! – И «великий полководец» Джо быстрым шагом пошел вдоль ограды.
– Улавливаешь запах? Наверняка здесь кухня, а значит, и черный ход. – Джо не ошибся, вскоре они обнаружили
– Ну что за дом? – в отчаянье воскликнул мужчина. – Ладно, жди меня здесь. – И он лихо перелез через ограду.
Филипп присел на корточки, прислонился к железной решетке и прикрыл глаза, он не разделял оптимизма Джо и не верил в помощь знатной дамы. Лишним тому подтверждением был прием, оказанный им в этом доме. «В этой жизни нужно надеяться только на себя», – к такому грустному выводу пришел семилетний ребенок.
Вдруг калитка неожиданно открылась, и из нее вышли две женщины в белых кружевных чепцах, с большими плетеными корзинами, с которыми обычно хозяйки ходят на рынок.
– Ах, бедная мадам, столько горя, – проворковала молоденькая краснощекая девица, поправляя на груди шаль.
– И не говори, Шарлотта, кто бы мог подумать? – тут же подхватила другая. – Месье Поль так мечтал о лошади. И вот такое несчастье, она оказалась с норовом.
Филипп вжался в ограду, опустил глаза и стал прислушиваться.
– Доктор Марье сказал, что мальчик уже никогда не будет ходить.
– Бедная маркиза, и почему только Святой Августин отвернулся от нее, – это были последние слова, которые удалось расслышать Филиппу.
Через несколько минут калитка отворилась во второй раз, и из нее, чертыхаясь, вылетел Джо.
– Ну и дом, ну слуги! Цепные псы! – он отряхнул штаны. – Не падай духом, малыш, – слова прозвучали так, словно он подбадривал сам себя. – Самое главное я все-таки узнал, хозяйка сейчас в церкви. Поэтому мы будем ее ждать.
– В церкви… – задумчиво отозвался мальчик.
Они устроились под тенистым деревом шелковицы так, чтобы держать на виду особняк.
Потянулись медленные часы ожидания. Старый моряк задремал. Наверное, ему снились былые походы и сражения, потому что, когда Филипп стал трясти его за плечи, он резко вскочил и, размахивая руками, заорал во всю глотку:
– Что? Где? На аборда-аж!!!
– Карета, к дому подъехала карета! – мальчик указал на элегантный экипаж, запряженный тройкой грациозных рысаков.
Из кареты вышла стройная молодая дама, одетая в пышное лиловое платье.
– Маркиза де Обинье, маркиза де Обинье! – что есть мочи закричал Джо и вприпрыжку бросился к даме.
– В чем дело? – женщина в нерешительности остановилась.
– Мадам де Обинье, вот. – Джо на ходу снял с себя заветную веревочку и протянул женщине.
– Кто вы?.. Где он? – она побледнела и пошатнулась.
– Вам плохо, мадам? – поспешил на помощь кучер.
Привратник, который недавно выгнал их взашей, с кулаками набросился на Джо:
– Разбойник, бродяга! Пошел вон!
– Оставьте его, – приказала женщина, и слуга неохотно подчинился.
– Вы не ответили на мой вопрос, – ее пальцы, сжимавшие перстень, дрожали.
– На какой, мадам? – потирая ушибленные места, усмехнулся Джо. – Где он? Один бог знает. А я? Так, старый друг.
– Наверное, вы очень близкий друг, раз он отдал вам это кольцо, – прошептала женщина и тут же добавила: – Чем я могу быть вам полезна?
– Когда-то, прощаясь, он сказал мне: «Старина Джо, когда ты захочешь уйти на покой, обратись к милой мадам Обинье».