Мастер икебаны
Шрифт:
— Но вы ведь не знаете, что я ела в пятницу и субботу, — перебила я лейтенанта, — значит, придется еще кое-что проделать.
— Не придется. Мы уже нашли причину отравления. Обнаружили следы тяжелых металлов в вашем желудке. — Сказав это, лейтенант произнес традиционное итадакимасу и потянулся за своей чашкой.
— Получается, я сжевала кусочек фольги? Ерунда, я бы почувствовала, если бы мне в рот попало что-то металлическое! Вкус металла я бы отличила от чего угодно.
— Если уж говорить о металлах, то этот — из адской плавильни,
Я согнулась от внезапного спазма в животе. Чистой воды психосоматика.
— Мышьяк — это серьезно, — озаботилась тетя Норие. — Это долгоиграющий яд, он задерживается в организме надолго. Он до сих пор отравляет мою племянницу! — Она поглядела на лейтенанта с возмущением, как если бы он только что признался в преступлении или показал ей свои руки по локоть в этом самом мышьяке.
— Его было не так уж много... — Он не успел договорить.
— Рей, детка, ты обедала в дешевых ресторанах? Ужас-ужас! — Тетя взялась за меня как следует. — А ведь ты могла жить со мной припеваючи и каждый день кушать свежую японскую пищу!
Мы с лейтенантом переглянулись. Я поняла, что он знает, о чем я подумала.
— Мисс Симуру, несомненно, отравили в универмаге «Мицутан», — пояснил он тете. — Она там пила чай с сахаром. В сахар кто-то добавил средство от муравьев. Это средство, собственно, и есть мышьяк, смешанный с сахаром. Сахар нужен, чтобы привлекать муравьев, они любят сладкое.
— Это же антимуравьин, я его знаю! — воскликнула тетя. — Я сама его подсыпаю в свои пионы! Это ужас как неприятно, но муравьи просто безжалостны!
— Как занятно, что вы это упомянули.— Лейтенант обратил к тете свой проницательный взгляд. — Дело в том, что баночка из-под этого — как вы сказали? — антимуравьина была найдена в служебном помещении на выставке икебаны. Частицы пыли и цветочной пыльцы совпадают с частицами, взятыми на анализ в вашем саду, в вашем сарайчике. Одним словом, баночку с ядом в «Мицутан» принесли из вашего сада.
Тетя Норие поперхнулась чаем. Она открыла рот, чтобы что-то сказать, но смогла только жалобно мяукнуть.
— Не волнуйтесь, тетушка. Я не верю, что вы меня отравили, — утешила я ее и с негодованием обернулась к лейтенанту: — Не пытайтесь даже намекать на это! Если бы вы знали, какой заботой тетя окружила меня с первого дня моей жизни, и если бы вы знали, каким чудесным другом она была мне все это время, вы никогда не посмели бы...
— Дайте вашей тете самой сказать, — перебил меня лейтенант.
— Это я во всем виновата, — сказала тетя и, помолчав, добавила: — Я же никогда не запираю сарайчик! Кто угодно может зайти туда и взять что угодно.
— Не понимаю, с какой стати вы устроили обыск в тетином саду? — Я почувствовала, что начинаю сердиться не на шутку. — Вы что же, облазили все до единого садовые сарайчики в районе Канто? В каждом из них найдется горстка похожей пыли, и не сомневайтесь. Какое отвратительное шпионство!
— Мы получили разрешение от сына госпожи Симуры. Вчера, когда вы были еще в больнице. И это было не шпионство, а грамотный розыск. Нам нужно было установить, каким именно
— Убить? Но меня ведь не подозревают... в убийстве? — Последнее слово тетя произнесла с запинкой.
— А следовало бы? — быстро спросил лейтенант.
— Я признаю себя виновной в том, что оставила опасный яд в доступном месте. Я также признаю себя виновной в том, что не смогла защитить свою племянницу от покушения на ее жизнь. И еще — в том, что терпеть не могла Сакуру Сато и говорила с ней неподобающим образом...
— Но это же бред какой-то! — Я снова не выдержала. — Мы все прекрасно знаем, что тетя Норие не могла этого сделать, ее даже не было в тот день в универмаге «Мицутан»! Она собиралась прийти, но я ее отговорила. А в пятницу она не могла принести этот несчастный антимуравьин, потому что я видела все, что она принесла! Две корзинки ирисов! И это все!
Лейтенант Хата поднял руку, останавливая меня, и стал говорить с нами мягко, как с двумя непослушными, раскапризничавшимися детьми:
— Мы вовсе не собираемся отправлять вас в тюрьму, Симура-сан. Но мы, без сомнения, должны наблюдать за вами и вашей племянницей для вашей же безопасности. И, разумеется, для безопасности остальных.
Тетя кивала с несчастным видом. Ей было так же не по себе, как и мне. А у меня ко всему еще и горло саднило просто ужас-ужас как. Я протянула руку, чтобы налить себе чаю, и чуть подвинулась в своем кресле. В этот момент в глаза мне бросилась шелковая ткань старинного кимоно, висевшего за спиной лейтенанта, рядом с его форменным дождевиком. Оранжевый геометрически правильный узор по белому полю. Длинные, до самого пола свисающие рукава. Глядя на эти рукава, я вдруг вспомнила такие же — длинные и глубокие, — принадлежавшие госпоже Коде. В тот день в универмаге «Мицутан» на ней тоже было старинное кимоно! В такой рукав можно засунуть все что угодно, не говоря уже о баночке с ядом. А дальше — просто дождаться, когда я отвернусь.
«Похоже, именно у госпожи Коды была возможность отравить меня», — подумала я и тут же поделилась своей догадкой с лейтенантом.
— Как ты можешь говорить такое, Рей, деточка моя! — встрепенулась тетя Норие. — Госпожа Кода — моя подруга, я знаю ее всю жизнь! Она ни в коем случае не способна на подобную подлость.
— Как насчет остальных ваших подруг, тетушка? — напомнила я ей. — Некоторые с вами даже разговаривать не пожелали в тот день, на цветочной выставке. Это ли не доказательство нежной дружбы!
— Версия о виновности госпожи Коды не представляется мне интересной, — заметил лейтенант Хата. — Мышьяк положили в сахарницу, следовательно, угоститься мог любой посетитель, пожелавший выпить чаю. Убийца намеревался отравить по меньшей мере несколько человек.
— Неужели террористический акт? — На тетины глаза уже наворачивались слезы.
— Почему бы и нет? — заявила я с надеждой. — Че Фуджисава и его сторонники как раз торчали перед входом в универмаг, когда я туда приехала.
— Это нам известно. Но вряд ли они замешаны в отравлении. Дело в том, что Сакуру Сато отравили таким же образом, и это наводит нас на размышления...