Мастер печали
Шрифт:
– На самом деле этот лес как три Чащи – или половина Возгара. Отсюда не видно, но он простирается до самого Палдрона.
– И что, до самого Палдрона он зачарован призраками? – ехидным тоном спросил Фин.
Кентон пожал плечами:
– Фолум еще упоминал друидов. Но какая разница, нам-то нужно в Банок.
– Точно, – сказал Аннев, глядя на маячившие вдалеке стены города. – И нам понадобится свет, но заметить нашего приближения не должны.
Солнце, напоминавшее о себе лишь тоненькой красновато-розовой линией
Надеясь, что он поступает правильно, Аннев вынул из седельной сумки деревянный цилиндр, нажал большими пальцами на два узора – перо и пламя – и уже собирался повернуть половинки фонарика, но тут ему в голову пришла кое-какая мысль. Вместо того чтобы поразить парней, с любопытством взиравших на его странные действия, он бросил цилиндр Кентону.
– Это еще что? Зачем ты мне его даешь?
– Это фонарик с секретом, – ответил Аннев, вспомнив, как называл артефакт Крэг. – Посмотрим, сможешь ли ты этот секрет разгадать.
Кентон ощупал диковинную штуковину.
– Кажется, это…
Он удивленно взглянул на Аннева. Тот кивнул, с интересом наблюдая за аватаром.
Кентон закрыл глаза, пальцы снова пробежали по искусной резьбе. Нащупав перо внутри пламени, Кентон замер, не понимая, что ему делать дальше.
– Дай сюда, – сказал, вытянув руку, Аннев. – Я покажу…
Но Кентон и сам догадался: он повернул верхнюю часть цилиндра, и из фонарика брызнул яркий свет.
– Боги!
Фин от неожиданности подпрыгнул в седле, с силой натянув поводья. Мерин под ним испуганно заржал.
Аннев был впечатлен. Сам он распознавал магические артефакты получше многих – провал с жезлом исцеления не в счет, – но Кентон, похоже, в этом деле являлся настоящим гением.
– Молодец.
Аватар, казалось, его не услышал, всецело поглощенный источавшим свет цилиндром. На изуродованном шрамом лице застыло восхищенное выражение.
– Это магия, да? – почти благоговейно произнес он.
– Когда знаешь, в чем фокус, – это уже не магия, – процитировал Аннев Крэга. – Но это и впрямь артефакт.
Кентон поднял на него изумленный взгляд:
– Ты взял его в Проклятом хранилище?
Аннев снова решил рискнуть.
– Не совсем. Получил в Чаще, вчера. Торговец дал мне его в качестве уплаты за помощь.
– До или после того, как ты перерезал ему глотку? – прыснул Фин.
Аннев посмотрел ему в глаза и без тени улыбки ответил:
– До.
Издевательский смешок перешел в уважительное ворчание.
– И все равно, – пробубнил здоровяк. – Какой нам прок от такой яркой штуки, если весь смысл в том, чтобы нас никто не увидел?
Аннев слегка наклонил голову, соглашаясь.
– Кентон, разберешься?
Парень открыл было рот, собираясь что-то сказать, но быстро передумал. Он взялся за верхнюю и нижнюю половины и, нажав на секретные кнопки, повернул в разные стороны. Рассеянное
– Хм. – Фин изо всех сил старался не выдать удивления. – Так-то оно получше будет.
И нахмурился:
– Ты послал меня за факелами, хотя при тебе была эта штуковина. – В его голосе не улавливалось и намека на вопросительную интонацию.
– Ага. – Аннев подъехал к Кентону и забрал у него фонарь. – Если бы древние о нем узнали, то сразу же спрятали бы в Хранилище.
Он бросил цилиндр Фину, который поймал его обеими руками.
– А мне-то он зачем? – с опаской спросил аватар.
– Потому что нам нужен свет, а до Банока нашим проводником будешь ты.
– И как им пользоваться? – спросил Фин, вместо того чтобы согласиться или поспорить с решением Аннева. Он осмотрел фонарь со всех сторон и повернулся к Кентону. – Как ты его включил и поменял свет?
Кентон объяснил, после чего Фин выключил фонарик, а потом успешно включил. Все остались довольны.
– Прикрывай глаз феникса пальцем, – посоветовал Аннев. – Так луч будет светить только нам под ноги, и мы сможем подойти к городу, не привлекая к себе внимания.
Фин с Кентоном переглянулись и синхронно кивнули.
– Хорошо, мастер Айнневог, – проговорил Фин почти серьезно. – Я вас поведу.
– Благодарю, – сказал Аннев. – В таком случае в путь. Вы, мастер Фин, впереди, а вы, мастер Кентон, не прикроете ли нас с тыла?
Мальчишки, смутившись, снова переглянулись.
– Не смешно, – проворчал Кентон. – Ты ведь знаешь, что никакие мы не мастера.
– Это в Академии вы не мастера, – возразил Аннев. – Но здесь, за границами Шаенбалу, вы можете быть кем захотите.
– Бред сивой кобылы, – ощетинился Фин. – Хоть сто тыщ раз назови оленя уткой, он все равно не взлетит.
– Твоя правда. – Аннев с готовностью подхватил предложенную аналогию. – Если назвать существо другим именем, природа существа от этого не изменится. Посмотри на нас. Мы всю жизнь тренировались, чтобы стать мастерами-аватарами, и каждый из нас ничуть не уступает тем, кто уже получил свой титул. Так почему же я должен звать вас по-другому?
Кентон с Фином обменялись задумчивыми взглядами.
Аннев продолжил:
– Лично для меня ты, – он указал на Фина, – мастер оружия, а ты, – кивнул он в сторону Кентона, – мастер проклятий. И сегодняшняя ночь лишний раз это подтвердит. Так что, если только вы не желаете, чтобы я обращался к вам как к равным, я буду называть вас мастерами.
Воцарилось молчание. Один хмуро смотрел на Аннева, поглаживая свой шрам. Другой, казалось, переваривал услышанное.
– Значит, так, – заявил наконец Фин. – Я по-прежнему считаю, что ты под завязку набит лошадиным дерьмом, но… видать, я уже попривык к запашку, потому что та чушь, что ты здесь несешь, мне по нутру.