Мастер печали

Колл Джастин

Фин привязал к поясу фонарик с фениксом.

– Да я каждый день тренируюсь. Могу во что угодно вырядиться – и меня все равно никто не заметит.

В это Анневу верилось с трудом, однако он решил оставить свои мысли при себе. Напряжения в их команде и без того хватало.

– Ладно. Только фонарь потом вернуть не забудь.

– Верну, – пообещал Фин и похлопал ладонью по деревянному цилиндру. – А если под твоим умелым руководством мы облажаемся – я принесу его Тосану, и, считай, половина титула у меня в кармане.

– Здорово придумано, – ответил Аннев.

Как же ему хотелось придушить

этого самодовольного придурка!

«Они оба меня ненавидят… Хотя я их тоже недолюбливаю, чего уж там».

Он покачал головой: то, что они умудрились добраться до Банока и не поубивать друг друга, – это уже чудо. Остается лишь надеяться, что он до конца сумеет удержать команду и они выполнят это задание.

Аннев с Фином направились к Кентону, который уже стоял у стены и, прищурившись, осматривал каменные блоки.

– В чем дело? – с беспокойством спросил Аннев.

– Тут камни на полдюйма выпирают, – с презрением заметил аватар. – И это называется защитная стена?

Фин задрал голову:

– Да это же настоящая лестница. У нас в Академии тренировочные стенки и то посложнее будут.

Однако Аннев нервничал. Он прислушался – на эту сторону праздничный шум почти не долетал, – потом вытер о штаны взмокшие от пота ладони и вцепился пальцами в выступающие камни. Боковым зрением он успел увидеть, что аватары сделали то же самое. Без лишних слов они сунули носки мягких кожаных сапог в зазоры между блоками и начали карабкаться.

Чтобы добраться до верха, Анневу потребовалось меньше минуты. Бесшумно, словно тень, он спрыгнул на короткий парапет и, присев на корточки, замер рядом с едва различимым во тьме Кентоном. Через пару секунд к ним присоединился Фин. Аватар хвастался не зря: несмотря на внушительный арсенал, двигался он совершенно бесшумно. Все трое медленно выпрямились и устремили взгляд на раскинувшийся под ними город.

Банок предстал перед ними в виде бескрайнего нагромождения покатых крыш. Если в Шаенбалу улицы располагались в виде концентрических окружностей, которые строго по центру пересекали две дороги, то в Баноке ни о какой четкости не могло идти речи. Дюжины и дюжины улочек и переулков – одни такие широкие, что вполне могли сойти за магистрали, другие настолько узенькие, что сверху казались тоненькими полосочками, – пересекались друг с другом под разными углами, образуя какой-то невероятный лабиринт.

Большинство домов были одноэтажные, но попадались и двухэтажные, и даже такие, что возвышались надо всем городом. Самое огромное здание, построенное из песчаника, напоминало замок и крепость одновременно и лишь чуть-чуть уступало по размерам Академии. Правда, выглядело не так мрачно и гнетуще. Оно стояло вдалеке от центра, который нынче являл собой средоточие праздничного веселья: здесь пылали костры, вокруг которых толпы горожан пили, смеялись, играли на музыкальных инструментах или предавались всем этим занятиям одновременно. Поодаль топтались несколько человек в одинаковой форме – очевидно, представители городской стражи.

– Это он? – спросил Аннев, указывая на замок-крепость.

– Судя по описанию мастера Кейиша, да. Он сказал, замок круглосуточно охраняют, причем не только снаружи – в коридорах тоже полно стражников.

Фин расправил плечи:

–

Ну и пусть. Я знаю, что с ними делать.

Он любовно погладил гарроту.

– Неужели тебе и правда не терпится кого-нибудь убить? – спросил Аннев. От беспечности Фина ему стало не по себе. – Вообще-то, отнять жизнь у человека – это не пара пустяков.

– Для того, кто полжизни учился на священника, – может быть, – огрызнулся Фин. – Но не для меня – меня к этому с детства готовили.

Аннев понял, что этот спор не имеет смысла.

– Допустим. Но если кого-то из стражников недосчитаются, поднимется суматоха, и плохи наши дела, если к этому моменту мы не успеем убраться. Поэтому действуем незаметно, следов не оставляем.

Фин демонстративно сложил руки на груди, однако возражать не стал.

– Мастер Кентон, – Аннев посмотрел на темноволосого аватара, – что предлагаешь?

– Пойдем по крышам, – ответил парень. – Пускай темно хоть глаз выколи, зато на караульных не нарвемся.

– Отлично. Фин, если что – включай фонарь. Еще не передумал идти первым?

Вместо ответа Фин презрительно цыкнул, развернулся и спрыгнул со стены спиной вперед. Повис, ухватившись за край, мощно оттолкнулся руками и ногами и, сделав кувырок, мягко приземлился на ближайшую крышу.

– Давайте за мной, если силенок хватит.

Через пару мгновений оба стояли рядом с ним, а Фин уже наметил следующую цель: несколько кучно стоящих двухэтажных зданий в узеньком переулке, который соединялся с этой улицей под острым углом. Фин разбежался и прыгнул; схватился за козырек над балконом и, качнувшись, перелетел на подоконник.

Это выглядело явным вызовом, и Кентон его принял. Он помчался к тем же зданиям, но для своего трюка выбрал дом, стоящий напротив. Он прыгнул на каменную стену, тут же, не оставляя гравитации ни малейшего шанса, от нее оттолкнулся и, пролетев через улицу, словно огромный ворон, приземлился в нескольких футах над головой Фина.

Аннев воздел глаза к небу: эти парни даже сейчас не упускают случая покрасоваться друг перед другом. И все же, с неохотой признался он себе, это здорово. Кентон и Фин – это вам не Титус с Терином, за ними присматривать не нужно, поэтому можно дать себе волю и как следует повеселиться. Аннев измерил взглядом расстояние до нужного дома и, разбежавшись, прыгнул, как и Кентон, на стену дома напротив, но оттолкнулся под другим углом, в результате чего взлетел на перила балкона, подбросил себя сильным толчком и оказался на самой крыше. Через долю секунды к нему присоединились и аватары. Фин уже приготовился к следующему трюку, но Аннев предупредительно поднял руку и не без сожаления произнес:

– Хватит. Так мы сами себя тормозим. Кроме того, будем и дальше выделываться – привлечем к себе внимание. Надо спуститься.

На этот раз пришла очередь Фина закатывать глаза, однако перечить он не стал. Через несколько минут они неслись по крышам одноэтажных зданий. Вожака не было, каждый выбирал собственный путь среди сгрудившихся домов, нависающих карнизов и петляющих мощеных улочек. Они мчались стремительно и беззвучно, словно тени или призраки, освещенные бледным сиянием убывающей луны, то и дело выныривающей из серых туч, и отблесками пылающих внизу костров.