Мастер печали
Шрифт:
Вдруг вдалеке он приметил высокую башню. Ее стены из плотно пригнанных досок блестели, словно вымазанные жиром, а над вершиной, узкой и плоской, нависала до боли знакомая деревянная штуковина.
– Дьявольские качели, – проворчал Аннев.
Дьявольские качели – это когда огромные бревна, к концам которых привязаны камни и лезвия от топоров, проносятся над узеньким помостом, сметая все на своем пути. Этот снаряд появлялся почти на каждом Испытании суда, и всякий раз при виде него Аннева начинало мутить.
Гонг.
Сорок секунд.
– Ну дайте же посмотреть! –
Аннев обернулся – это Титус изо всех сил пытался прорваться сквозь плотные ряды одноклассников, правда совершенно безуспешно. Некоторые из мальчишек, решив, что увидели достаточно, спрыгивали вниз, однако большинство все еще толпилось на краю платформы, с благоговейным ужасом взирая на картину внизу. Что и говорить: в этом месяце мастер инженерного дела превзошел сам себя.
Аннев знал, что Титус с его зоркостью увидит то, чего другие не заметят. Поэтому он нырнул в толпу, растолкал всех локтями и, добравшись до Титуса, посадил его себе на плечи.
Гонг.
Тридцать секунд.
– Что видишь?
– Оставили больше свободного места, чем обычно.
– Точно. А еще оставили качели.
– Не страшно. Терин нас проведет. – Титус нагнулся вперед. – Сразу за качелями, в стене, дверь. Все указывает на то, что надо идти туда. Фин с остальными, кажется, к ней и направляются.
Гонг.
Двадцать секунд.
– А это не ловушка?
– Не знаю… но добраться до нее ой как непросто, к тому же Атэр сказал, что дверь на противоположной стороне.
– Как пойдем? По западной стене?
– Я тоже об этом подумал, – внезапно раздался рядом голос Терина. – Так доберемся прямо до…
– Не годится, – оборвал его Титус. – Над ней летает здоровенное бревно, оно нас попросту сшибет вниз.
– Тогда что делаем?
– Думаю, я понял…
– Смотри внимательнее, – предупредил Аннев. – Время на исходе.
Очередной удар гонга подтвердил его слова: десять секунд. Еще несколько мальчишек спрыгнули с платформы и исчезли из вида. Некоторым пришла в голову та же мысль, что и Терину, и они побежали по западной стене.
– Ну так что делать будем, Мышонок?
Титус слез с плечей Аннева.
– Там есть платформа, прямо под…
Бонг. Гонг. Бонг. Гонг.
– Пошли! – рявкнул Аннев, перекрывая громовой гул.
Мальчишки поспешили прочь. Некоторые, судя по решительному выражению лица, успели подготовить план действий, а остальные выглядели совершенно растерянными. Титус подтолкнул друзей к восточному краю площадки и показал на небольшой квадрат из досок, футах в пятнадцати от троих ребят.
– Он поднимается! – прокричал Титус. – Через несколько секунд можно прыгать!
Глонг-глонг-глонг-глонг-глонг. БОНГ!
Время вышло.
Атэр выступил вперед. Непринужденно помахивая коротким посохом, мастер прогулочным шагом подошел к группке сгрудившихся на краю мальчишек. Он взглянул на веснушчатого Алисандера, который в ответ испуганно улыбнулся, и со скучающим видом пригладил усы. Мальчик все еще улыбался, когда мастер, взмахнув посохом, скинул его вниз.
Через мгновение раздался громкий
– Ничего себе, – пробормотал Титус, краем глаза следивший за поднимающейся платформой.
Атэр сбросил еще двоих.
– Пора прыгать, – прошептал Аннев.
До платформы оставалось около шести футов. Первым прыгнул Терин. Платформу тряхнуло, и она медленно поползла вниз.
– Быстрее! – завопил мальчуган.
Атэр был совсем близко. Еще один служитель полетел с площадки и плюхнулся в густую смолу.
Аннев толкнул Титуса:
– Давай!
Тот спрыгнул и, мягко приземлившись на доски, тут же встал на ноги.
– А ты не торопись, – произнес нараспев Атэр, наклоняясь к Анневу. – Позволь, я тебе помогу.
Аннев оттолкнулся от края. На секунду ему показалось, что он успел, однако посох мастера настиг его в воздухе. От сильнейшего толчка под ребра Аннев перевернулся и, вместо того чтобы приземлиться на ноги, рухнул на бок. Платформа бешено закачалась и, сорвавшись с шарниров, полетела вниз. Титус и Терин упали на колени, все трое вцепились в край площадки и едва удержались на ней, когда она ударилась о черную вязкую поверхность.
На несколько мгновений мальчишки оцепенели. Аннев сделал глубокий вдох – и тут почувствовал под пальцами липкую жижу. Он вскочил на ноги. Сердце у него по-прежнему билось как сумасшедшее.
– Живее! Иначе увязнем!
– Глядите! – крикнул Титус, показывая на еще одну платформу, прямо над головой Терина.
Они действовали без промедления. Титус вскарабкался Анневу на плечи, а Терин взобрался по этой живой лестнице на платформу и втащил к себе Титуса. Аннев отодвинулся к самому краешку деревянного квадрата, который еще не успел скрыться под черным киселем, и с силой прыгнул вверх. Он ударился грудью о площадку, и Титус с Терином схватили его за руки. Они ругались и пыхтели, но в итоге втащили Аннева наверх.
– У тебя кровь, – сказал ему Титус, кивая на его ободранный подбородок.
– Идем дальше, – ответил Аннев, поднимаясь на ноги. – Куда теперь?
Роль проводника взял на себя Титус. На арену они прибыли последними. Несколько служителей, немного опередившие их, пробирались тем же путем, что и они, к восточной стене. Дьявольские качели находились на севере, а Тосан и Атэр наблюдали за Испытанием с южной стороны арены.
Несколько секунд Аннев оценивал ситуацию. Пока служители карабкались по балкам, перепрыгивая с одной подвесной площадки на другую, на противоположном конце арены двое аватаров умудрились как-то взобраться на стену, выполняющую роль огромной ширмы, и теперь со всех ног бежали по направлению к качелям. Аннев выругался, однако волновался он напрасно: огромное, усаженное кольями бревно, спущенное сверху, сшибло одного из них со стены. Именно об этом Титус и говорил. Второй попытался перепрыгнуть через устрашающий снаряд, но не справился: один из выступающих шипов ударил его в грудь, и он свалился в черное болото.