Мастер печали

Колл Джастин

– Ты парень умный. Сам догадаешься, не сомневаюсь.

– Спасибо, мастер Эдра.

Эдра пожал плечами:

– Ты его честно заработал, так что благодарности ни к чему.

Больше он сказать ничего не успел, так как дверь, ведущая в спальни мальчиков, со скрипом приоткрылась и наружу высунулся крепыш Чедвик.

– Говорил же, что слышу чьи-то голоса! – крикнул он товарищам. – Это Эдра, он пришел за нами!

Дверь распахнулась, и мальчишки хлынули в коридор. Эдра коротко кивнул Анневу и посторонился,

чтобы не мешать.

Титус вышел в числе первых и, заметив Аннева, бросился к нему и крепко обнял.

– А ты рано, – заметил он.

– Ага, даже раньше обычного. – Аннев огляделся. – А Терин где?

Титус махнул рукой на дверь:

– Одевается. Хочешь, внутри его подождем?

Аннев помотал головой.

– Он так расстроился из-за вчерашнего. Все ругает себя за то, что украл у тебя медальоны.

– Да неужели?

– Ты ведь знаешь Терина. С ним всегда так: сначала натворит глупостей – а потом думает. Он не нарочно.

Аннев придерживался другого мнения, однако спорить с Титусом не стал. Сегодня они оба ему нужны. Пусть даже он и зол на Терина, нельзя подавать вида: если он лишится поддержки одного из друзей, его шансы на победу, считай, уменьшатся вполовину.

– А ну пошевеливайтесь! – взревел Эдра. – Это ваше последнее Испытание суда. Кто опоздает – будет дисквалифицирован!

В коридор тут же выбежало еще мальчишек десять, некоторые одевались и обувались на ходу. Вдруг Аннев увидел Фина, стоящего в окружении своих мерзких прихвостней, и мгновенно позабыл об их с Титусом разговоре.

Яспер, видимо, удачно пошутил, потому что Фин ржал во весь голос. Но тут он заметил Аннева и резко прекратил смеяться. Взгляд аватара скользнул по правой руке его злейшего врага, и тот поднял ее, демонстрируя невредимое запястье.

Фин что-то злобно прошипел, но толпа уже двинулась по коридору. Друзья поволокли его вперед, а он все оглядывался, и его горящие ненавистью глаза выискивали в потоке служителей и аватаров Аннева.

– Да, Терин у нас такой, – поддакнул Аннев, глядя на Титуса. – Иногда он думает только о себе и совершает идиотские поступки, но он все равно мой друг.

– Ого, приятно слышать, – вдруг раздалось у него за спиной.

Аннев развернулся – и увидел Терина.

– И давно ты здесь стоишь?

Терин улыбнулся:

– Примерно столько, сколько нужно, чтобы штаны на все пуговицы застегнуть.

Значит, этот наглец успел подслушать большую часть разговора.

– И чего ждал? Пока Титус за тебя извинится?

– Ну… я просто не хотел перебивать – у него это так здорово выходит, намного лучше, чем у меня.

– Это потому, что Титус скромный и честный.

– А вот это несправедливо, – заявил Терин, притворно хватаясь за сердце. – Он скромный и честный, потому что у него другого выбора нет.

– Эй, я, вообще-то, все еще здесь! – замахал руками

Титус, пытаясь привлечь к себе внимание.

Аннев кивнул белокурому малышу, но глаз от Терина не отвел.

– У Титуса есть свои сильные и слабые стороны – точно так же, как и у нас с тобой. Но я точно знаю, что он никогда меня не подведет. А могу ли я то же самое сказать о тебе? Или о Кентоне? Да о ком угодно еще?

Улыбка сползла с лица Терина.

– Я не такой, как Кентон.

– Да? А вчера мне так не показалось.

– Вперед! – прорычал Эдра. – Последний шанс для вас, служители, показать, чего вы стоите!

И быстро зашагал по коридору. Мальчишки поспешили за ним, однако Аннев, Терин и Титус, наоборот, пошли медленнее и вскоре оказались позади всех. Терин, опустив голову, тихо проговорил:

– Наверное, я и правда повел себя вчера как придурок.

– Это точно.

Аннев с Терином одновременно оглянулись, в изумлении уставившись на Титуса. Щеки мальчика вспыхнули от смущения, однако он не опустил глаза и не остановился.

– Ты поступил очень плохо, – прошептал Титус. – Мы договорились друг другу помогать, а ты взял и выкрал у Аннева его медальоны. Ладно, если бы это сделал Фин или Кентон. – Он перевел дыхание. – Но ты не такой, как они, Терин. Я знаю: когда настанет решающий момент – ты нас не предашь.

– Да ладно? – усмехнулся Терин.

Но Аннев видел, что под напускной иронией друга скрываются сомнение и самая настоящая боль.

– Мы идем на наше последнее Испытание суда. Титул аватара получит только один. Вы, конечно, мои лучшие друзья, но я, как и вы, стюардом быть не хочу. – Он опустил голову и, глядя в пол, добавил: – Вчера я повел себя как болван, потому что хотел получить преимущество перед всеми.

И Аннев понял, что Терина гложут те же мысли, что и его самого. Академия делала все, чтобы настроить их друг против друга, и у нее почти получилось: всего несколько часов назад Аннев думал так же, как Терин.

Но теперь у него созрел новый план, и, хорошенько взвесив все за и против и просчитав возможный исход, Аннев лишь еще больше убедился, что все делает правильно. Он положил руку на плечо Терина, и тот поднял глаза.

– Я не хочу сражаться с тобой, Терин. Я хочу, чтобы мы снова действовали заодно, как и всегда.

– Почему? – недоверчиво спросил тот. – Все равно они дадут победить только кому-то одному.

– Да – если мы будем играть по их правилам. А я предлагаю играть по своим собственным.

– Это еще как?

– Будем работать как одна команда. Как знающие девы на вчерашней тренировке. Придем к финишу все вместе, и тогда, возможно, древние присудят титул аватара нам троим.

Терин тихонько присвистнул:

– И пусть Тосан подавится своими правилами!

– Именно.

Терин засмеялся: