Мастер Рун. Книга 5
Шрифт:
Он замолчал, давая словам осесть, затем добавил:
— Отряду предоставляется сутки на отдых и приведение себя в порядок. Всем помыться, поесть нормально, проверить снаряжение. Через двадцать четыре часа начнётся первая операция. Детали обсудим позже. Лейтенант Леви, распорядись о помывке и получении новой формы. Свободны.
Корстен кивнул, явно довольный тем, что церемония закончилась без эксцессов, и удалился в сопровождении своей свиты. Стейни задержался, переглянулся с Леви, что-то коротко сказал ему на ухо, и тоже ушёл.
Леви
— Так, парни, слушайте сюда. Первая смена в баню — с первого по третье отделение. Вторая — с четвёртого по шестое. График висит на двери кубрика, сами разберётесь. Кто опоздает — будет мыться холодной водой из ведра. Каюты остаются те же. Жрачка через час в кубрике. Вопросы?
Вопросов не было. Мы просто хотели наконец избавиться от въевшейся в кожу грязи и запаха смерти.
— Тогда разошлись, — махнул рукой Леви. — Андерс, задержись.
Я замер, чувствуя, как внутри что-то ёкнуло. Остальные парни потянулись к выходу, кто-то хлопнул меня по плечу на прощание, Марк подмигнул, мол, не переживай. Но я переживал. Потому что, когда Леви просит задержаться, это редко заканчивается чем-то хорошим.
Когда последний боец скрылся за дверью, Леви подошёл ближе, оперся о перила и посмотрел на меня оценивающе.
— Ты хорошо поработал, капрал, — сказал он, и в его голосе не было иронии. — Семь бомб за пять часов — это серьёзно. Стейни доволен, а он редко кем доволен.
— Спасибо, лейтенант, — ответил я осторожно, чувствуя, что это ещё не всё.
— Но у меня к тебе вопрос, — Леви прищурился. — Что это за браслет у тебя на запястье? Я таких раньше не видел.
Я инстинктивно дёрнул рукавом, прикрывая накопитель, но было уже поздно. Леви заметил. Конечно заметил, у него глаз как у ястреба. Впрочем, даже если бы я его закутал в семь слоёв, то спрятать что-то от практика, который за тобой приглядывает — довольно малореалистично. Больше вопросов бы вызвало, что это я пытаюсь утаить.
— Личный проект, — выдавил я. — Накопитель этера. Для подстраховки.
— Понятно, — Леви кивнул, но по его лицу было видно, что он не до конца мне верит. — Смотри, Кор, я понимаю, что ты умный парень. И понимаю, что хочешь подстраховаться. Но если ты что-то мастеришь втихаря, лучше скажи сразу. Не хочу потом разгребать последствия, если твоя штука рванёт в самый неподходящий момент.
— Не рванёт, — заверил я. — Это просто хранилище энергии.
— Ладно, — Леви выпрямился. — Верю. Но если что, сразу ко мне или к Стейни. Понял?
— Понял, лейтенант.
— Хорошо. Тогда вали мыться, пока место не заняли. И постарайся не свалиться в обморок по дороге, вид у тебя, как у покойника.
Я кивнул и направился к выходу, но на пороге обернулся.
— Лейтенант, можно вопрос?
— Валяй.
— Что произошло? — я помедлил, подбирая слова. — Когда мы улетали, Корстен был полностью у руля.
Леви усмехнулся, но в этой усмешке не было веселья. Он оперся спиной о перила, скрестил руки на груди и посмотрел куда-то вдаль, на серое небо за иллюминаторами.
— Политика, Кор. Грязная, подлая политика. Пока мы летели к Цветку, родня Стейни не сидела сложа руки. Его дядя, магистр Вейлон, он не просто глава секты. Он ещё и член Совета Вольной Степи, один из пяти, кто принимает решения. И у него есть связи, и рычаги давления.
Леви замолчал, словно обдумывая, сколько мне можно рассказать, потом продолжил:
— Корстен, дурак. Он думал, что раз ему дали Левиафан и пять тысяч бойцов, то он теперь неприкасаемый. Ошибся. Вейлон собрал досье на все его провалы за последние годы, а их было немало. Потом получил отчёт от племянника о том, как Корстен чуть не оставил целый отряд в степи, потому что не удосужился прочитать приказ полностью. И приправил всё это информацией о том, что именно Стейни разработал план, который может спасти город.
— И Совет проглотил?
— Не только проглотил, — Леви усмехнулся. — Совет вызвал Корстена на ковёр и устроил ему разнос. Дали выбор, либо он передаёт тактическое командование операциями Стейни и становится просто капитаном корабля, либо его снимают вообще и отправляют командовать обозом где-нибудь на окраине. Он выбрал первое, потому что хоть так сохранит лицо.
Я молчал, переваривая информацию. Значит, Стейни сыграл через своего дядю. Жёстко, расчётливо, без лишних сантиментов. И Корстен теперь просто марионетка, которая зачитывает указы и делает вид, что всё под контролем.
— Так что, — продолжил Леви, — тот факт, что Корстен не разжалован в рядовые и не отправлен в цепях в столицу — это исключительно потому, что Стейни решил этого не делать. Он оставил полковнику звание и должность, но власть забрал себе. Понимаешь?
— Понимаю, — кивнул я. — Прагматично. Сумел сдержаться.
— Вот именно, — Леви кивнул. — Ему не нужен враг в лице обиженного полковника. Ему нужна победа. А для этого нужна команда, которая работает слаженно, без склок и саботажа. Поэтому Корстен остаётся на борту, делает что ему говорят, и все довольны.
— Все, кроме Корстена, — заметил я.
— Ну, это его проблемы, — Леви пожал плечами. — Надо было думать раньше, прежде чем строить из себя главного стратега. А теперь вали, Кор. Вода в бане не бесконечная, а мне ещё с капитаном встречаться.
Глава 18
— Знаешь, на Землях Великой Степи не принято обращаться к именам покровителей других территорий. — заметил Марк, ковыряясь в зубах, когда мы чистые и румяные, в новенькой форме, развалились на кроватях после плотного ужина с двумя сменами блюд.