Мастер Рун. Книга 5
Шрифт:
У лейтенанта во время похода вообще багажа не было, кроме спальника и плаща и пары клинков, которые тащил на себе обычно сержант Леви, это видели все. А ящик появился после башни.
— По глазам вижу, что врёшь и сам это понимаешь. Ты украл чертежи? Вы были в древней башне в Серой Пустоши и там ты своровал чертежи, по которым смог сделать ящик? Ты хоть понимаешь, что это за чертежи и как они важны? Да города Степи насмерть перегрызутся ради них, и демоны тут окажутся совершенно не при делах, понимаешь? Ты хочешь, чтобы между городами началась война? Мы уже воевали
— Я ничего не крал, — повторил я, стараясь сохранять спокойствие. — Это моя работа. Моя. И я делал её по приказу лейтенанта Стейни.
— Врёшь! — Корстен ударил кулаком по столу, его лицо исказилось от ярости. — Это артефакты сложнейшего производства, секрет которых утерян столетия назад! Где чертежи и схемы, и что там должно еще быть, инструкции?
Он подошёл вплотную, его дыхание обжигало лицо.
— Я дам тебе последний шанс, мальчишка. Расскажи, как ты это сделал. Какие руны использовал, какую технику, откуда взял знания. Расскажешь — и я сделаю тебя богатым. Мой город щедро платит за таланты. Откажешься… — он выпрямился, — и я найду способы развязать твой язык. Поверь, у меня есть люди, которые умеют это делать.
Я молчал, взвешивая варианты. Рассказать правду? Но какую? Что я интуитивно понимаю руны? Что Камень Бурь на моей шее — это нечто гораздо большее, чем простой артефакт? Что я сам толком не понимаю, как всё работает? Про Систему? Точно нет.
— Нет ответа? — Корстен усмехнулся. — Тогда давай попробуем по-другому.
Он подошёл к столу, открыл ящик и достал оттуда что-то, завёрнутое в ткань. Это были инструменты для пыток. Старые, но ухоженные, щипцы, иглы, какие-то крючья.
— Видишь? — он провёл пальцем по лезвию одного из них. — Это древнее искусство. Когда-то его практиковали инквизиторы Бездны, выискивая еретиков. Сейчас оно почти забыто, но в Городе у Горы ещё помнят. И я помню.
Я сглотнул. Сердце колотилось так, что казалось, вот-вот вырвется из груди.
— Последний раз спрашиваю, капрал, — Корстен взял одну из игл, поднёс к свету, проверяя остроту. — Как ты сделал пространственный сундук?
— Я… — я запнулся, пытаясь придумать хоть что-то, что могло бы его удовлетворить, но не выдать всей правды.
— Время вышло, — Корстен шагнул ко мне, игла в его руке блеснула в свете рунных ламп.
И в этот момент его взгляд упал на мою шею. На Камень Бурь.
Полковник замер. Его глаза сузились, фокусируясь на артефакте. Я видел, как в них загорелся нездоровый интерес, жадность, которая затмила даже гнев.
— Это… — он протянул руку, почти касаясь камня пальцами. — Это же…
— Не трогайте, — я попытался отшатнуться, но наручники держали меня намертво.
— Древний Знак Помеченных, — прошептал Корстен, и в его голосе появилось что-то похожее на благоговение. — Бездна свидетель, я таких только на рисунках древних летописей видел. Откуда у тебя это? Ты его тоже там взял?
— Нашел, — выдавил я сквозь зубы. — Оно не имеет отношения к сундуку. Это моё.
— Врёшь, — Корстен покачал головой, его пальцы сжались на игле. — Такие артефакты не появляются просто так. Ты украл его. Украл из башни, как и всё остальное. Сколько ещё ты прячешь, мальчишка? Сколько сокровищ утаил от секты? Видит Бездна, мы вернем всё что ты украл у вольного народа степи!
— Я ничего не крал! — я дёрнулся, пытаясь вырвать руки из наручников, но металл впился в кожу, заставляя шипеть от боли.
Корстен не слушал. Его взгляд был прикован к Камню Бурь, и я видел, как в нём борются эмоции — жадность, любопытство, и что-то ещё, что-то тёмное и опасное. Он протянул руку, пальцы потянулись к шнуру на моей шее. Я попытался увернуться, но стул не давал двигаться. Его ладонь коснулась камня. И мир взорвался, заставляя меня закрыть глаза, но я слышал крик, протяжный, нечеловеческий, полный такой боли и ужаса, что у меня волосы дыбом встали.
Это кричал полковник Корстен.
Сквозь прищуренные веки я видел, как его фигура содрогается в конвульсиях, как свет, исходящий от Камня Бурь, обвивает его тело, словно живые щупальца. Кожа полковника сохла на глазах, трескалась, седела. Мышцы сдувались, проваливались внутрь, оставляя лишь обтянутые кожей кости. Волосы выпадали клочьями, глаза западали в глазницы, превращаясь в пустые провалы.
Всё это заняло считанные секунды. Корстен рухнул на пол с глухим стуком, поднимая облачко серой пыли. От него остался лишь иссохший труп, мумия, из которой высосали всю жизнь. Руки, застывшие в последней судороге, всё ещё тянулись к моей шее, пальцы, превратившиеся в когти, скребли по воздуху.
Камень Бурь на моей груди слабо пульсировал, словно сытый хищник, только что закончивший трапезу. Я чувствовал, как внутри него бурлит энергия, огромная, давящая, готовая вырваться наружу в любой момент.
— Бездна… — прохрипел я, не в силах оторвать взгляд от того, что осталось от полковника. Когда дядя говорил, что камень может убить, придал ли я значение его словам? Нет, хотя и держал в уме, что для других камень может быть опасен. Но чтобы настолько?
Тишина. Оглушающая тишина, которую нарушал лишь моё собственный прерывистое дыхание, бешеный стук сердца и тихое гудение рунных ламп на потолке. Я сидел, прикованный к стулу, и смотрел на труп, пытаясь осознать, что только что произошло.
Камень Бурь убил его. Просто забрал жизнь. Высосал её, как вампир кровь, не оставив ничего, кроме пустой оболочки. И самое страшное, я чувствовал, как часть этой энергии перетекла в меня. Моё тело наполнилось силой, этер хлынул потоком, заполняя опустошённые резервы. Накопитель на запястье засветился, начал наполняться сам, без моего участия.
Внимание. Получен критический объём этера из внешнего источника.
Камень Бурь. Второй уровень.
Отправление сигнала… Отклик… Отправление данных о носителе… получение ответа.